Конторский дом Сытина на Тверской. Из альбома: Товарищество печатания, издательства и книжной торговли И.Д. Сытина (М., 1907)

Иван Дмитриевич Сытин — крупнейший в дореволюционной России книгоиздатель — остался в памяти потомков как истовый труженик на ниве народного просвещения. Сытинские книги, альбомы, календари, учебники и поныне находятся в библиотеках, музеях, собираются книголюбами. Интерес к его имени и наследию не ослабевает. О нем пишут статьи, монографии, ему посвящают выставки, а в квартире, где он прожил последние годы (Тверская, 12), открыт музей.

Наиболее значительным источником биографических сведений об И. Д. Сытине служат его собственные воспоминания, свидетельства современников и семейный архив издателя, хранящийся в музее. Думается, настало время к уже известным и достаточно хорошо изученным фактам добавить новые, позволяющие взглянуть на нашего героя с иной стороны — как на человека глубоко воцерковленного.

* * *

Родился Иван в небольшом селе Гнездниково Солигаличского уезда Костромской губернии. Был он первенцем у Дмитрия Герасимовича и Ольги Александровны Сытиных (позже в семье родилось еще трое детей). Отец, происходивший из экономических крестьян, служил волостным писарем. Крестили Ивана «в церкви Свв. Бориса и Глеба в Солигаличе»¹.

При волостном правлении действовала сельская школа. Иван, по его собственному признанию, «вышел из школы ленивым и получил отвращение к науке и книге — так опротивела за три года зубрежка наизусть всех уроков». Тем не менее мальчик значился в числе лучших по арифметике и, обладая исключительной памятью, «знал от слова до слова весь Псалтирь и Часовник»².

В 12 лет он отправился на заработки, чтобы помочь семье, «нуждавшейся в самом необходимом»³. Трудовую жизнь начал на Нижегородской ярмарке, где, не по годам рослый, смышленый и старательный, продавал вразнос меховые изделия. Дела шли успешно, и в 1866 году Иван прибыл в Москву с рекомендательным письмом к купцу П. Н. Шарапову, державшему у Ильинских ворот торговлю мехами и книгами.

Иван Дмитриевич хорошо запомнил свой приезд в Первопрестольную: «Торжественно гудели колокола ко всенощной (был канун Воздвижения, последняя всенощная с красным звоном). <...> На другой день рано утром, в день Воздвижения Честного Креста, пошли мы к Ильинским воротам. Здесь прежде всего зашли в часовню к преподобному Сергию. Я молил его о покровительстве. Лавка Шарапова была против часовни»⁴. По счастливой случайности у купца не оказалось места в меховой лавке, и Иван поступил на службу в книжную.

* * *

Патриархальный купец-старообрядец Петр Николаевич Шарапов, известный в то время издатель лубочных картин, песенников и сонников, стал первым настоящим учителем, а потом и покровителем исполнительного, не гнушавшегося никакой черной работой подростка. Упорство, настойчивость, трудолюбие, стремление к знаниям нравились престарелому хозяину, и через год Иван уже допускался в «древнюю молельню Шарапова — счищать пыль и чистить серебряные и золотые части риз и лампад, которых были десятки».

Слушал он и назидания купца: «Видишь, какая перед тобой благодать Господня! Это вот — образ Царицы Небесной, написан евангелистом Лукой. Это вот Иоанн Богослов, писан Андреем Рублевым. Все, что он иконописал, меняли рублем, поэтому и именовали его Рублевым. Вот, сударь ты мой, в свободные часы читал бы для души хорошие книги. <...> Я тебе дам Иоанна Златоуста — это великий святитель, столп Церкви Божией, имя которого ты носишь, он великий мыслитель, борец за правду, сильный духом, читая его, укрепляешься силою, крепостию, твердостию на подвиг чистый и смелый. Это истинный воин Господа. А вот другой, Ефрем Сирин, учит терпению, милосердию, добродетели, труду. А вот третий, Петр Могила, учит, как избежать греха и в чем грех. Он даст тебе очертания всех грехопадений. Вразумляйся и избегай их. Если Богу будет угодно, он сподобит тебя черпать от этих святителей силу для жизни — счастье тебя не минует»⁵. Хозяин разрешил заниматься чтением до десяти часов вечера при сальной свече, следя за тем, чтобы «не окапать редкие древние книги, которые стоили больших денег»⁶.

В праздники Иван ходил с Шараповым к утренней службе в кремлевские соборы — Успенский, Благовещенский, Архангельский, Двенадцати Апостолов, в храмы Чудовского и Вознесенского монастырей. Сытина это «ужасно захватило». «В Успенском соборе мы составили небольшой кружок усердных посетителей утрени в течение не менее трех дней в неделю. В этом кружке был и Ф. Н. Плевако (знаменитый адвокат. — Л. Н.), который увлекал нас чарующей беседой перед утреней в сборной избе. Не забуду его вдохновенных речей»⁷. Московское купечество тех лет любило Успенский собор еще и потому, что там служил лучший в Москве протодиакон, обладатель густого и звучного баса⁸.

Письма, которые Иван получал из дома, неизменно содержали родительское благословение. Перед принятием важных решений отец наставлял сына: «Главное — помолись Богу, чтобы Он вложил мысль прямую, истинную, а не суетную и ложную, так как участь наша во власти Царя Небесного, и Св. царь и пророк говорит: “Возверзи на Господа печаль твою — и той тя пропитает”; также: “Аще не Господь созиждет дом твой, всуе трудится зиждущий”»⁹.

* * *

Любознательный и общительный юноша постепенно сделался доверенным лицом П. Н. Шарапова — продавал книжки и картинки, подбирал немудреную литературу для многочисленных офеней (бродячих торговцев). Хозяин поручал Ивану вести торговлю на Нижегородской ярмарке, сопровождать обозы с лубочными изданиями, отправлявшиеся в разные города России и на Украину.

1876 год стал переломным: женившись на Евдокии Ивановне Соколовой, дочери московского купца-кондитера, и получив в приданое 4 тысячи рублей, И. Д. Сытин занял у П. Н. Шарапова еще 3 тысячи, купил литографическую машину и открыл литографскую мастерскую, давшую начало всему огромному сытинскому делу.

Вскоре у молодого предпринимателя появилась возможность расширить производство и приобрести дом на Пятницкой улице, а затем выстроить на Валовой улице рядом с типографией особняк для быстро растущей семьи (всего у четы родилось 10 детей). По месту жительства Сытины стали прихожанами церкви Воскресения Словущего в Монетчиках...