Изготовление бочек на английской пивоварне XIX века

Известный сегодня многим москвичам и гостям нашего города Центр современного искусства «Винзавод» имеет почти двухвековую историю производства на этом месте различных напитков. В предлагаемом очерке речь пойдет о деятельности существовавшей на данной территории в первой половине XIX века пивоварни, основанной выходцем из Гамбурга Фридрихом-Николаусом Даниэльсоном, ставшим в России Фридрихом Николаевичем.

Он родился в Гамбурге. В последние годы царствования Екатерины II перебрался в Санкт-Петербург. До приезда сюда успел пожить в Англии, где работал на одной из пивоварен и познакомился с различными тонкостями производства пенного напитка, а в 1795 году вместе с компаньоном Абрамом Кроном открыл в Санкт-Петербурге напротив Александро-Невской лавры пивоваренное производство. Проект оказался успешным, и вскоре сваренное на новой пивоварне пиво начало пользоваться большим спросом. Предприятие активно работало до 1812 года. Высокое качество выпускаемой здесь продукции было оценено по достоинству: пивовары удостоились золотых медалей «За полезное» для ношения на Аннинской ленте.

24 мая 1821 года Комитет министров разрешил купцам А. Крону и Ф. Даниельсону «устроить в Москве завод для варения пива на манер Английского наподобие такого же их завода в Петербурге» и «удовлетворил просьбу Крона и Даниельсона на следующих положениях: чтобы они за временное пивоварение на манер Английского в Москве платили из каждого ведра жидкости, в заторных чанах вмещающихся, по 60 копеек. Для вернейшего учета учредить над их магазинами, из которых солод будет отпускаться, надзор».

Решение перенести производство из Санкт-Петербурга в Москву обусловливалось стремлением сократить издержки, связанные с доставкой пива в отдаленные губернии России, где спрос на него также оказался значителен. Последнее обстоятельство, по мнению предпринимателей, служило «лучшим доказательством доброты сих напитков и умеренности цен оных» (список цитируемых источников см. в конце).

В продажу пиво с новой пивоварни начало поступать с 1 февраля 1822 года. Цена бочки портера и эля была одинакова — 130 рублей, бочка полпива («легкого» пива, сваренного на вдвое разведенном сусле) стоила от 60 до 75 рублей. Наряду с этим пивоварня оказывала услуги по отправке своей продукции в другие города. Для этого покупатели дополнительно платили 15 рублей за обшивку и 5 рублей за увязку тары. На пивоварне пытались внедрить многоразовое ее использование: «Те же, кои возвратят порожнюю бочку, получат тотчас обратно заплаченные или оставленные в залоге 15 рублей». Кроме пива, предлагались дрожжи, квас и кислые щи.

Московская пивоварня, располагавшаяся в Сыромятниках (историческая местность на территории современного Басманного района), была устроена по примеру тогдашних лондонских. Воду из Яузы подавал специальный насос. Солодовню (помещение, где готовят зерно для солода), спроектировали так, чтобы расходовать минимальное количество дров. Имелся холодильник с проточной водой, в котором сваренное пиво сохранялось в жару. В одном из путеводителей по Москве говорилось: «Сия фабрика, любопытная во всех своих отношениях, в особенности отличается чистотою в приготовлении различных родов хорошего пива и портера».

По соседству с пивоварней Даниэльсона в Сыромятниках функционировала еще одна, пытавшаяся с ней конкурировать. В доме купца Дунаева Прокопий Мушников варил пиво опять же «на манер английского». Ставка им делалась на различные добавки. Покупателям предлагалось пиво розовое, коричневое, лимонное, апельсиновое, малиновое, миндальное, имбирное, померанцевое. Продукция реализовывалась на самой пивоварне, а также в портерной лавочке в доме купца Шевалдышева на Никольской улице; пиво можно было покупать как бочками, так и бутылками.

Окончательно обустраивать свою пивоварню Даниэльсон и Крон закончили только к осени 1822 года. В осенней рекламе фигурировали те же цены, что и весной. Теперь обещали разливать пиво из бочек в бутылки — при условии, что заказчик предоставит бутылочную тару и пробки. Кроме самой пивоварни, пиво продавалось в портерных лавках, расположенных на Ильинке в доме Плотникова, в Зарядье в доме Шмагина, на Рождественке в доме князя Оболенского, на Поварской в доме купца Черняева. Иногородние клиенты снабжались специальным печатным руководством, в котором рассказывалось о том, «каким образом поступать с пивом при привезении оного на место так, что оное при самых жестоких морозах останется при полной своей доброте».

В 1823 году пивоварня продолжила расширять сеть портерных лавок. К существовавшим ранее добавились торговые точки на Пятницкой в доме Синявской, на Покровке в доме Карпова, на Тверской в доме Мироновского и близ Сухаревой башни в доме Сапожникова.

Весной 1823 года случился период, когда, по сообщениям в «Московских ведомостях», сваренное Даниэльсоном и Кроном пиво «не имело надлежащей доброты». В чем конкретно это заключалось, неизвестно. Однако вскоре владельцы пивоварни заявили, что все проблемы с качеством устранены.

Так или иначе, продукция пивоварни становилась все популярнее. Во второй половине 1823 года в сети портерных наблюдался даже дефицит ряда сортов. Нехватка «пива № 2» была ликвидирована только в октябре. Одновременно «Московские ведомости» извещали читателей: «Пиво же Английское № 1 равным образом в скором времени поступит в продажу».

В 1824 году появились еще две новые портерные — на Пречистенке в доме священника Петрова и на Полянке в доме Фоминцевой. Стремясь сэкономить на таре, пивоварня объявила о приеме обратно своих пустых бутылок по 18 копеек за штуку. С 1 июля цена полпива составляла 30 копеек за бутылку и 4 рубля за ведро...