Граф Сергей Дмитриевич Шереметев

На современном этапе архивы играют существенную роль в формировании информационного общества, составляют неотъем­лемую часть историко‑культурного наследия страны. Как отмечает руководитель Федерального архивного агентства (Росархива) А. Н. Артизов, «архивы выполняют важные функции по сохранению документальной памяти государства и общества, пополнению информационных ресурсов и предоставлению услуг населению» (перечень цитируемых источников см. в конце). Согласно Федеральному закону РФ «Об архивной деятельности», «архивный фонд Российской Федерации — исторически сложившаяся и постоянно пополняющаяся совокупность архивных документов, отражающих материальную и духовную жизнь общества, имеющих историческое, научное, социальное, экономическое, политическое и культурное значение, являющихся неотъемлемой частью историко‑культурного наследия народов Российской Федерации, относящихся к информационным ресурсам и подлежащих постоянному хранению».

В настоящее время, в эпоху массовых манипуляций сознанием людей и попыток «переписывания истории» в угоду определенным геополитическим интересам, «адвокатом» исторической правды выступают именно архивы. Нет ничего правдивее архивных документов, способных пролить свет на самые запутанные, спорные исторические события. В данном отношении показателен пример, который приводит в своем интервью бывший заместитель директора Российского государственного архива социально‑политической истории (РГАСПИ) Сергей Андреевич Котов (1953–2017). В 2000‑х годах тогдашний президент Украины Виктор Ющенко использовал в антироссийской риторике тему украинского «голодомора». Так вот, С. А. Котов заявил: «Именно материалы нашего архива убедительно свидетельствуют, что голодом в начале 30‑х годов в СССР были охвачены огромные территории не только Украины, но и России, Казахстана. И никакого “украинокоста”, о котором твердил г‑н Ющенко, не было и в помине: в те годы пострадали все. Это явно видно из документов, опубликованных в пятитомном издании “Трагедия советской деревни”».

* * *

Рассуждая о значимости архивов, для начала следует уяснить, когда они возникли и как создавалась централизованная система архивного дела в России. По мнению академика Алексея Ивановича Соболевского (1856/57–1929), к категории архивов уже можно отнести собрания рукописных книг, а также правительственных и частных грамот XI–XIV веков, то есть допустимо говорить о «новгородском архиве», «псковском архиве», «архиве московских князей» и так далее. До нас дошли опись Кирилло-Белозерского монастыря последней четверти XV века, а также перечень рукописей Слуцкого Свято-Троицкого монастыря 1494 года. В это же время появляется и нечто вроде должности сотрудника архива. Так, из Псковской судной грамоты мы узнаем, что государственным архивом Пскова — «Ларем святой Троицы», находившимся в стенах Троицкого собора, — заведовало особое лицо — ларник, являвшийся не только хранителем документов, но и облеченный полномочиями на скрепление частноправовых актов печатью. В церквах и монастырях делопроизводство вели дьяки (дьячки). В целях унификации документооборота в церковной среде разрабатывались своеобразные пособия — формулярники, где объяснялось, «како написати от святителя наместнику», «како написати игумену» и тому подобное. Церковных дьяков стали привлекать к работе в своих поместьях крупные феодалы, и уже где‑то с XIV века термином «дьяк» именовались светские должностные лица, ведущие письменное делопроизводство.

* * *

Тем не менее в Древней Руси архивы еще не обособляются от книжных собраний и в современном виде начинают формироваться в XV веке. Тогда же зарождается Московский велико­княжеский архив, позже составивший основу Государственного (Царского) архива России. Одним из первых русских архивистов считается думный дьяк, дипломат, государственный деятель Иван Михайлович Висковатый (?–1570). Как отмечает историк Т. И. Хорхордина: «Примечательна характеристика, данная “первому русскому архивисту” составителем Ливонской хроники Б. Руссовым: “Иван Михайлович Висковатый — отличнейший человек, подобного которому не было в Москве: его уму и искусству как мос­ковита, ничему не учившегося, очень удивлялись иностранные послы”». Висковатый принимал активное участие в описании документов вверенного ему архива и прекрасно ориентировался в них.

Документы в архивах XVII века разделялись по государственно‑политической ценности, в связи с чем появились «политические», «посольские» дела и отдельно — «приказные». Некоторые документы распределялись по дате создания, так и называясь — «старые» и «новые». В то же время возникают указатели к описям — «азбуки»; в частности, стали создаваться «азбуки по алфабету», то есть выписанные отдельно фамилии и географические названия с указанием единиц хранения, в которых они упоминаются.

* * *

Серьезные изменения в организации архивного дела произошли в Петровскую эпоху. В указах императора можно встретить такую формулировку: «Положить в архив к вечному известию». Это свидетельствует о возрастании роли архивов в жизни государства. В 1720 году принимается «Генеральный регламент» — устав государственной гражданской службы, определявший, в частности, основные принципы производства, регистрации, группировки, описания документов. С принятием «Генерального регламента» архивы отделили от текущего делопроизводства. Первоначальный проект составил немец на русской службе Генрих фон Фик (1679–1750 или 1751), в свою очередь, взявший за основу шведский устав «О порядке в канцеляриях» (1661). Именно «Генеральным регламентом» впервые вводился сам термин «архив», учреждалась должность «архивариуса». Как пишет все та же Т. И. Хорхордина, «в Генеральном регламенте Петра I был декларирован принцип централизации в хранении архивного материала для всех коллегий и подведомственных им канцелярий и контор». Следует упомянуть, что именно при Петре I начали создаваться первые крупные коллекции древних рукописей, книг, документов. Царский указ гласил: «Во всех монастырях, епархиях и соборах прежние жалованные грамоты и другие куриозные письма оригинальные, такожде и исторические рукописные книги пересмотреть и переписать, и те переписные книги прислать в Сенат». Однако стоит отметить, что в итоге попытка Петра успехом не увенчалась: «Ни уверения грозного царя, ни благие намерения не могли подвинуть на дело <…> владетелей. Весьма немногие из них прислали до 40 книг, большею частью духовного содержания или житий, в числе которых как бы случайно попались четыре хронографа и четыре летописца».

* * *

По мнению ряда исследователей архивного дела, новую главу в данной отрасли открыл историк, естествоиспытатель, путешественник Федор Иванович (Герард Фридрих) Миллер (1705–1783), приехавший в Россию из Германии 20‑летним юношей и в 1725 году принятый на службу в недавно основанную Академию наук. Главная заслуга Миллера заключается в том, что во время экспедиции в Сибирь им была собрана, а также частично использована большая коллекция документов. Он открыл для источниковедения делопроизводственные источники. Как установили современные историки С. С. Илизаров и А. Б. Каменский, сам термин «источник» первым ввел в обиход именно Миллер. Ряд неопубликованных трудов Миллера в настоящее время хранится в его личном фонде, который незадолго до смерти он продал государству вместе со своей библиотекой. Впоследствии на основе этого личного архива образовался фонд РГАДА «Рукописный отдел библиотеки МГАМИД (Московского главного архива Министерства иностранных дел. — Д. А.)», известный сегодня как «портфели Миллера». Прирожденный архивист, Федор Иванович тщательно собирал все даже самые незначительные бумажки, благодаря чему в «портфелях» можно найти ответы на многие вопросы по новой истории России.

* * *

Первым отечественным архивистом, серьезно начавшим размышлять о самоценности архивов и необходимости создания архивной науки, был правовед барон Густав Андреевич Розенкампф (1764–1831). В 1820 году он составляет «План о приведении в лучшее устройство архивов вообще», где в частности говорилось: «Порядочное устройство государственных архивов — есть предмет не только немаловажный, но, можно смело сказать, один из полезнейших и необходимых, на который правительство должно обратить свое внимание. Истина сия признана всеми просвещенными европейскими державами». Позже идеи, высказанные Розенкампфом, использовал в своих работах Н. В. Калачов (о нем см. ниже).

В XIX веке положение архивного дела в России коренным образом изменилось. Фундаментальные науки, включаю историческую, перестают быть уделом аристократов и начинают стремительно демократизироваться. В 1862 году известный историк и филолог Петр Иванович Бартенев (1829–1912) начинает издавать журнал «Русский архив». Здесь следует назвать и другого историка — Сергея Михайловича Соловьёва (1820–1879) — ему по праву принадлежит приоритет в систематизации делопроизводственных источников XVII — первой четверти XIX столетия, а также в создании методики отбора источников и работы с ними. Используя свой статус преподавателя великих князей, он сумел добиться разрешения заниматься в крупнейших архивах империи — Государственном, Синодальной библиотеки, Сената, Военного и Морского министерств. П. И. Бартенев вспоминал о работе С. М. Соловьёва в старом здании МГАМИД: «Там уже не только сырость, но в помещении рукописей — туман от сырости. Обои уже гнили. Соловьёв острит, утверждая, что последний том его Истории никак не может быть сух, так как он работал с ним в архиве». Соловьёв видел главную задачу архивов в скорейшем приведении в порядок фондов, а также в составлении и издании выверенных описей.