Н.А. Булганин и Н.С. Хрущев. 1935–1936 годы

О председателе Исполкома Моссовета в 1931–1937 годах Николае Александровиче Булганине (1895, по другим данным, 1899—1975)

Имя видного советского государственного деятеля Николая Александровича Булганина, в разное время занимавшего ряд высших руководящих постов, вплоть до министра обороны и Председателя Совета министров СССР, сегодня основательно забыто. Нечасто (и большей частью вскользь) упоминается оно и в разделах москвоведческих публикаций, посвященных истории Москвы 1930‑х годов¹. А ведь этот человек почти семь лет (1931–1937) являлся, как ныне принято выражаться, «мэром» Москвы — председателем Исполкома Моссовета. При нем в столице происходили грандиозные перемены, и Н. А. Булганин был, что называется, на их острие. Дело, очевидно, в том, что, согласно многим свидетельствам, Николай Александрович, даже находясь на крупных должностях, самостоятельной политической фигурой никогда не являлся, поскольку, в силу своего характера, попросту не имел подобных амбиций. Однако на любом порученном ему участке и в любой должности действовал энергично, добросовестно, максимально эффективно. Так было и на посту московского градоначальника. Идеологами и инициаторами совершавшихся в столице преобразований выступали член Политбюро ЦК ВКП(б) Л. М. Каганович и сменивший его в 1934 году на посту первого секретаря МГК ВКП(б) Н. С. Хрущев. Слово партийных боссов было решающим; им доставались и все лавры; председатель же Исполкома Моссовета организовывал и возглавлял текущую работу, масштабы которой поистине впечатляют. Выдающиеся достижения соседствовали здесь с трагическими утратами — в духе переживаемой эпохи…

* * *

В 1931 году Пленум ЦК ВКП(б) (докладчик — Л. М. Каганович) принимает важнейшее для столицы решение: выделить Москву из состава Мос­ковской области в самостоятельную административно‑хозяйственную единицу. Эта мера была призвана повысить эффективность управления всеми сферами жизни города. 28 февраля того же года состоялся пленум Мособлсовета, образовавший из числа депутатов Московский городской Совет, председателем которого избрали Н. А. Булганина.

Приняв должность, Николай Александрович приступил к давно назревшей реорганизации деятельности Советов разных уровней. В составе орготдела Исполкома был создан сектор массовой работы, а при президиуме из 100 депутатов — группа инспекторов, призванных развернуть на предприятиях массовую агитацию с целью вовлечения трудящихся в дело хозяйственного управления. В результате на помощь депутатскому составу городского и районных Советов пришли 38 659 активистов»².

В марте для надзора и контроля за ходом намечающего масштабного строительства по предложению Н. А. Булганина при Исполкоме создается соответствующая секция; ударными стройками объявляются заводы «Фрезер», «Калибр», 1‑й государственный подшипниковый. Президиум Моссовета обязал Мосстрой обеспечить эти стройки всем необходимым в первую очередь, а свои отделы — направить туда наиболее опытных руководителей и специалистов, а также организовать улучшенное питание и культурное обслуживание занятых там рабочих. Результаты не замедлили сказаться: уже в октябре завершилось возведение цехов первой очереди шарикоподшипникового завода, в марте 1932‑го — оснащение их оборудованием, а конце года предприятие
выдало первую продукцию. В том же году вошли в строй заводы «Фрезер», «Калибр», велосипедный.

Многие предприятия Москвы нуждались в реконструкции и переоснащении. Н. А. Булганин и возглавляемый им Моссовет за этим тоже следили и помогали как могли. За два года (1931–1932) в Москве реконструировали и ввели в эксплуатацию 155 крупных промышленных предприятий, в том числе такие гиганты, как заводы «Динамо», «Красный пролетарий», АМО (Автомобильное московское общество, впоследствии — 1‑й государственный автомобильный завод имени И. В. Сталина, затем имени И. А. Лихачева). АМО не просто реконструировали, но и оснастили новым оборудованием. Его знаменитый директор Иван Алексеевич Лихачев говорил: «Мы фактически пришили пальто к пуговице»³.

В начале 1930‑х годов Н. А. Булганин вел очень живую кропотливую административную работу. Масса времени уходила на заседания, встречи, президиумы, пленумы, слеты. График работы складывался чрезвычайно плотный и все уплотнялся по нарастающей. Возрастал одновременно и управленческий авторитет Николая Александровича. Его начинают приглашать в Кремль не только на заседания, но и в кабинет самого И. В. Сталина, более того — на обеды к Хозяину. Н. С. Хрущев по сему поводу вспоминал: «В то время я считал, что просто придан в поддержку Булганину. Сталин, бывало, нас всегда вместе вызывал или приглашал на семейные обеды и всегда шутил: “Приходите обедать, отцы города”»⁴.

27 июня 1931 года в Центральном парке культуры и отдыха под председательством Н. А. Булганина в присутствии тысяч москвичей состоялся пленум Моссовета, на котором обсуждались вопросы реконструкции всех отраслей городского хозяйства. Пленум обратился к жителям столицы с призывом принять активное участие в реализации постановления прошедшего 15 июня пленума ЦК ВКП(б), где в частности говорилось:

«Необходимо немедленно приступить к подготовительной работе по сооружению метрополитена в Москве как главного средства, разрешающего проблему быстрых и дешевых людских перевозок, с тем чтобы в 1932 г. уже начать строительство метрополитена. <…>

Нынешнее состояние Москвы‑реки с ее крайне ограниченными водными ресурсами создает уже в ближайшее пятилетие угрозу как для водоснабжения Москвы, так и в особенности для судоходства. <…> ЦК считает необходимым коренным образом разрешить задачу обводнения Москвы‑реки путем соединения ее с верховьем р. Волги и поручает московским организациям совместно с Госпланом и Наркомводом приступить немедленно к составлению проекта этого сооружения, с тем чтобы уже в 1932 г. начать строительные работы по соединению Москвы‑реки с Волгой»⁵.

И уже на сентябрьском пленуме Моссовета в присутствии большого количества специалистов и рабочих обсуждался ход выполнения этих задач.

Год 1934‑й — для страны очень памятный. Для Н. А. Булганина — тоже. Он впервые выступает на съезде ВКП(б) с отчетом о своей работе на посту председателя Моссовета, подводит некоторые итоги, делится планами на будущее:

«Вода. Население г. Москвы получало в начале первой пятилетки 92 л на человека. В 1933 г. душевое потребление воды достигло 135 л, обогнав 132‑литровый Берлин. <…>

Мы должны в 2 ½ раза увеличить темпы и объем жилищного строительства и построить во второй пятилетке 4 ½ млн. кв. м жилой площади. Выполнение этой программы будет означать, что половина всей жилплощади Москвы будет построена большевиками, будет построена советской властью. <…>

Вопрос теплофикации имеет для нас исключительно острый характер. Нужно вам сказать, что сегодня, чтобы отопить Москву, мы ежедневно завозим в Москву 400–500 вагонов дров. Если мы будем продолжать топить таким варварским способом, мы вырубим и сожжем все леса, окружающие Москву, и леса Московской области. <…>

Мы должны создать в коммунальном хозяйстве прочную техническую базу. Если, товарищи, остаться на нынешнем уровне техники механизации и оборудования, поставленных задач нам не выполнить. Мы силами местных заводов, местной промышленности, кустарной промышленности в предстоящем сезоне вводим свыше чем на 1 млн. руб. механизмов для построек. Так, например, свыше ста штук насосов и вурф‑турбин для штукатурки. Это освободит огромное количество рабочих»⁶.

Съезд избрал Н. А. Булганина кандидатом в члены ЦК; отныне его фамилия фигурирует во всех документах, посвященных значимым московским партийным мероприятиям.

* * *

Эпопея создания Московского метрополитена нашла отражение во множестве книг и фильмов. Не будем повторяться, отметим лишь основные вехи.

О строительстве метро в Москве задумывались еще в начале прошлого века, существовали даже конкретные проекты подземки. Однако реальное воплощение замысел получил позже — в период, когда московским градоначальником являлся Н. А. Булганин. Курировал это грандиозное строительство от ЦК ВКП(б) Л. М. Каганович, вспоминавший о той поре: «Были и “леваки”, которые пороли такие глупости, что метрополитен — это “антисоциальный” вид транспорта, присущий якобы только капиталистическим городам, что при социализме люди все еще будут мало ездить и т. п. Были и просто деляческие возражения: метро, мол, слишком дорогостоящее сооружение, оно потребует много металла, цемента и оборудования, которые лучше дать промышленности, трамвайному хозяйству и жилищному строительству. Эти последние “возражатели” имели особенно большой вес в государственном аппарате, в том числе и среди части работников Госплана. Чтобы обеспечить принятие решения, необходимо было разбить противников строительства метро и особенно канала, соединяющего Москва‑реку с Волгой. Во всех этих спорах мы опрокидывали доводы противников, доказывая фактами и цифрами, что Москва без метро и канала обречена на прозябание»⁷. В «пристяжных» же у Кагановича состояли Н. С. Хрущев и Н. А. Булганин. И, конечно, все происходило под надзором И. В. Сталина, считавшего: «Только люди заскорузлые, не видящие дальше своего носа, могут не понимать, что без метро и канала Москва погибнет как крупный центр»⁸.

Потребовалось всего четыре года, чтобы воплотить идеи о метрополитене и канале Москва — Волга в действительность. «Со всей энергией мы, москвичи, боролись за выполнение постановления Пленума ЦК о метро, подобрали горняков, в особенности из Донецкого бассейна. Мы реорганизовали Метрострой. <…> Атмосфера любви к метро, которая была создана субботниками, проходившими под лозунгом “Вся Москва строит метро”, привела к тому, что в 1933 году тысячи, десятки тысяч комсомольцев ринулись на строительство»⁹.

Движение на первых линиях началось в мае 1935 года. Тогда же за «успешное выполнение решения партии и правительства, обеспечение большевистских темпов в работе и за своевременное окончание строительства первой очереди Московского метрополитена» Н. С. Хрущев получил орден Ленина, Н. А. Булганин — орден Красной Звезды…