Станция Горловка Екатеринославской железной дороги. 1905 год

Исторический очерк

Горловка — крупный промышленный город на Донбассе. Ее история тесно связана с развитием угольной промышленности России. Археологические находки доказывают, что еще в каменном веке древние люди добывали здесь киноварь (ртутный минерал), используемую ими как красящее и дезинфицирующее вещество. Десятки курганов в этих местах свидетельствуют о проживавших здесь позже представителях разных культур, начиная от срубной и скифской и заканчивая половецкой.

В XVII веке по территории современного города пролегали пути, по которым Крымское ханство совершало набеги на русские земли. Русское государство устраивало на этих путях сторожки и пикеты, со временем трансформировавшиеся в казацкие зимовники, а затем в поселения и хутора. Основными жителями таких поселений являлись отставные казаки и беглые крестьяне. Они начали добывать в небольших копанках уголь для обогрева жилищ, для кузниц.

* * *

После строительства Луганского литейно‑пушечного завода (1795) появилась острая потребность в каменном угле. На поиски месторождений в степь направилась экспедиция, в 1799 году обнаружившая уголь возле Никитовки и урочища Сухой Яр. Однако из‑за устаревших методов добычи его едва хватало для нужд завода и местных жителей.

Мощным толчком к возникновению города стала постройка Курско-Харьковско-Азовской железной дороги, призванной соединить между собой Харьков и Ростов‑на-Дону, а также обеспечить более быструю и эффективную доставку грузов из южных регионов России на север. Это позволяло преодолеть одну из серьезных проблем в деле развития тяжелой промышленности Российской империи — проблему бесперебойного ее снабжения донбасским углем, что, в свою очередь, дало возможность начать на Донбассе масштабную угледобычу.

В 1868 году концессию на сооружение дороги получил крупный предприниматель Самуил Соломонович Поляков (1837–1888). Ему же, согласно лицензии, предстояло построить возле станций Корсунь и Никитовка шахты по добыче каменного угля и рельсовый завод. Весной 1869 года начались работы. В рекордно короткие сроки — за 20 месяцев — дорогу ввели в эксплуатацию. Сооружение шахты было доверено молодому горному инженеру Петру Николаевичу Горлову (1839–1916), который полностью реконструировал две крестьянские копанки, превратив их в флагман шахтного дела — Корсунскую копь № 1. Вокруг шахты быстро разрасталось новое поселение, названное в честь своего основателя Горловкой.

* * *

Продолжая рассказ о возникновении города, невозможно не упомянуть Общество Южно-Русской каменноугольной промышленности (ОЮРКП), организованное С. С. Поляковым. Целью образования Общества являлась разработка залежей каменного угля и антрацита, а также развитие горнозаводской промышленности на юге России. Деятельность ОЮРКП началась со строительства Корсунской копи № 1. Затем в Горловке соорудили две новые капитальные шахты — «Альберт» (ныне — шахта № 5 имени В. И. Ленина) и рудник «Альфред» (ныне — шахта имени А. И. Гаевого). К 1890 году добыча угля выросла достаточно для того, чтобы полностью покрыть потребности железной дороги. Избыток поставлялся на южные металлургические заводы и на сахарные заводы в Москве. С середины 1890‑х годов на горловских рудниках приступили к выжигу кокса.

Не только шахтами была представлена промышленность города XIX века. В это время на территории будущей Горловки появлялись предприятия и других отраслей. В 1879 году горный инженер Аркадий Василье­вич Миненков (1849–1910) открыл вблизи станции Никитовка богатейшее месторождение ртутных руд. Разработкой и эксплуатацией месторождения занялся промышленник Александр Андреевич Ауэр­бах (1844–1916). С организацией ртутного дела в Горловке Россия прекратила закупку этого ценного металла за рубежом, более того — сама стала его экспортером. В конце XIX века на арендованной у ОЮРКП земле бельгийское акционерное общество построило машиностроительный завод. Неподалеку от Никитовки начали добывать доломит, на каменоломнях А. М. Французова — гипс. Горловка становится центром промышленного района. Здесь находилось Управление Горловского горного округа, к которому относились многочисленные рудники, шахты, заводы и карьеры в Енакиево, Дебальцево, Щербиновке.

* * *

На рубеже XIX–XX веков разразился мировой экономический кризис, затронувший все отрасли промышленности. Спрос на уголь резко упал, что привело к массовым увольнениям рабочих, ответивших на это забастовками. Наиболее крупной была забастовка шахтеров рудника № 5 «Альберт» в апреле 1895 года. Более полутора тысяч человек приняли участие в майской забастовке 1896 года на Корсунском руднике № 1. Через год она повторилась. Бастующие вручили администрации письменные требования: увеличить жалованье и улучшить условия труда. Однако ответ оказался жестким — наиболее активных участников забастовки арестовали и предали суду, требования рабочих проигнорировали.

С течением времени стихийное забастовочное движение набирало обороты, охватывая все больше предприятий Горловки. Пиком стало Горловское вооруженное восстание 1905 года. Началось оно с присоединения Горловки к всероссийской забастовке железнодорожников, в которой, кроме трудящихся данной отрасли, приняли участие работники рудника № 1, машиностроительного завода и даже крестьяне из окрестных сел. В дальнейшем главным организатором «беспорядков» в Горловке судебные органы назовут профессионального революционера‑большевика Кузнецова-Зубарева (имя в разных источниках указывается по‑разному). Появился он в городе в ноябре 1905 года и за короткий срок сумел убедить рабочих машиностроительного завода объявить забастовку. Во время переговоров с бастующими власти потребовали его выдачи. Рабочие отказались. Попытка силового захвата закончилась ранением Кузнецова-Зубарева, что явилось «спусковым крючком» грянувшего восстания. На призыв горловчан 16 декабря в город начали прибывать боевые дружины из Енакиево, Харцызска, Авдеевки, Гришина, Алчевска, Ясиноватой, которые 17 декабря напали на военные казармы государственных войск. Однако малоопытные и плохо обученные дружинники потерпели поражение. В 1908 году временный военный суд слушал дело «О захвате революционерами линии Екатеринославской железной дороги в декабре 1905 года». На скамье подсудимых оказалось более 130 человек. Часть их оправдали, часть приговорили к каторжным работам, а 44 человека — к смертной казни.

* * *

1 августа 1914 года Германия объявила войну России. Началась мобилизация. Из поселков и хуторов Никитовского, Горловского, Железнянского и других районов на фронт отправились забойщики, проходчики, крепильщики, машинисты, оставляя предприятия без специалистов. Около половины опытных шахтеров надели солдатские шинели. Им на смену приходили люди, впервые взявшие в руки топоры и обушки. Углепромышленники края стали использовать в шахтах труд прибывающих военнопленных, а также «гаст­арбайтеров» из Китая и Персии. По позднейшим данным, численность рабочих на угольных предприятиях Горловско-Щербиновского района с 1913 по 1916 год увеличилось с 35 до 50 тысяч человек. Однако количество — не значит качество: добыча угля неуклонно падала. Правительство приостановило действие законов об ограничении продолжительности рабочих смен одиннадцатью с половиной часами и о запрещении ночного труда подростков, а 9 марта 1915 года сняло запрет на подземные работы для женщин и детей. Обеспокоенные ухудшающимся положением дел в отрасли предприниматели засыпали военное министерство прошениями о прекращении призыва горняков. Вопрос о бронировании решился лишь во второй половине 1915 года. При этом оставленные на рудниках военнообязанные впадали в полную зависимость от администрации. Они не имели права самовольно переходить на другие предприятия, должны были неукоснительно выполнять установленные повышенные нормы выработки. Предъявлять какие‑либо претензии по поводу условий труда категорически возбранялось; строптивых ждала немедленная отправка в маршевые роты.

Горловский машиностроительный
за­вод еще накануне войны начал производить боеприпасы. Теперь военное ведомство поставило задачу увеличить выпуск снарядов, гранат и мин в 3–5 раз. Дополнительно к имеющемуся поступало станочное
и прессовое оборудование. Хотя и с трудом, но решалась проблема кадров — министерство мобилизовало для завода инженеров, техников, токарей, слесарей‑наладчиков, ремонтников и других специалистов.

Ртутный рудник тоже не остался в стороне. Для воспламенения пороха в патронах, приведения в действие взрывателей бомб и снарядов требовалось все больше гремучей ртути. В течение нескольких месяцев на старом заводе возвели две печи для обжига крупной и мелкой руды…