Б. Н. Ельцина знакомятс «Программой реконструкции центральной части г. Москвы»

Имя Владимира Иосифовича Ресина хорошо известно в столице, в России и далеко за пределами нашей страны. Его знают как одного из самых успешных управленцев‑хозяйственников и мудрого политика. В 2026 году он стал Почетным Гражданином города Москвы.

Человек огромного опыта и чрезвычайной работоспособности, в сложный период социально‑экономических реформ он не просто сохранил и приумножил мощности столичного градостроительного комплекса, а превратил эту отрасль в локомотив, который уверенно провел экономику города сквозь дефолт и череду кризисов.

Как депутат Государственной Думы четырех созывов Ресин выступил автором важных законов, которые во многом обеспечили поступательное развитие строительной отрасли в масштабах страны. И уже более полутора десятилетий он возглавляет программу «200 храмов», направленную на возведение православных церквей, — самую масштабную в многовековой истории Москвы.

О руководителях:
практика и опыт

Судьба распорядилась так, что Владимиру Ресину в разное время посчастливилось работать с несколькими поколениями руководителей столицы — от первого секретаря московского городского комитета КПСС Виктора Васильевича Гришина, председателя исполкома Моссовета Владимира Федоровича Промыслова до мэра Москвы Сергея Семеновича Собянина. Работа с каждым из них оставила свой след и создала уникальный управленческий опыт Ресина — профессионала и руководителя.

Но расцвет профессиональной карьеры крупного хозяйственника Ресина пришелся на тот период, когда на посту мэра находился Юрий Михайлович Лужков, доверивший ему управлять всем градостроительным комплексом столицы. Накопленный в эти годы колоссальный опыт работы в качестве руководителя‑практика сделал Ресина одним из самых авторитетных, результативных и популярных политиков московского пула партии «Единая Россия».

О ценностях:
«У меня вера в Москву»

В 1990‑е годы страна пережила череду экономических кризисов, завершившихся финансовым дефолтом 1998‑го. Но гораздо страшнее оказался глубочайший морально‑нравственный кризис общества. Прежняя идеология была отвергнута. Поколения старых большевиков, искренне веривших в идеалы социализма, фронтовиков‑победителей, восстанавливавших страну из руин после Великой Отечественной войны, осваивавших целину и запустивших в космос человека, сошли со сцены, — их идеалы не были востребованными идеологией рынка. Отсутствие объединяющей национальной идеи привело к тому, что многие наши граждане вообще перестали верить и в завтрашний день, и в будущее страны.

В то сложное время получивший атеистическое воспитание и образование Ресин написал в своей книге «Москва в лесах»: «У меня вера в Москву! Мы строим, значит — и я, и мои дети и внуки, все москвичи, все в России будут жить хорошо, будут счастливы. Для этого надо работать. Не играть в политику, не искать, к кому сегодня удобнее пристроиться, не рядиться в политолога, теоретика, пророка, а каждодневно, нудно, обыденно — вкалывать. Для моего города. Для моей страны. Для моего народа».

Эту позицию патриота, любящего Россию, Владимир Ресин пронес через всю свою жизнь. Менялись времена и идеологии, руководители страны и ее столицы, — но неизменной оставалась гражданская позиция человека, которого мэр столицы Сергей Собянин по праву назвал великим строителем Москвы.

О фундаменте: «Полноценная жизнь начинается с дома»

Череда кризисов и финансовых манипуляций, связанных с заморозкой банковских счетов и обменом денег, многочисленные финансовые пирамиды, наконец, дефолт, окончательно подорвали доверие россиян и к руб-лю, и к банкам. При этом финансовые накопления у определенной части населения были, как и готовность их вкладывать в дело. Одними из осязаемых реалий, в которые люди поверили, стала жилая и нежилая недвижимость.

И здесь сложно переоценить роль Ресина, создавшего уникальные условия, при которых люди доверили свои сбережения сформированному в структуре Стройкомплекса Москвы Департаменту внебюджетной политики. Строители, таким образом, получили оборотные средства для развертывания новых объектов. Так в самое сложное для страны время был запущен мощный маховик градостроительного комплекса столицы. Во многом именно через строительство удалось активизировать производство стройматериалов, грузовых машин, кранов, бульдозеров, что, естественно, положительно сказалось и на других жизненно важных отраслях развития города. Почти миллиону человек была обеспечена занятость не только в самом мегаполисе, но и за его пределами. Вместе с ростом новостроек в городе росло доверие людей к власти.

Потребность в жилье в Москве всегда была и остается стабильно высокой. В начале 1990‑х только что возглавивший городской стройкомплекс Ресин написал: «Я убежден, сейчас, для того чтобы людям захотелось строить новую страну, новое государство, поднимать ее, нужен прочный фундамент. Этот фундамент — семья, дом. Добротный, красивый, но главное — свой, собственный ДОМ. Им может быть квартира, коттедж, загородная дача, что кому по силам, по возможностям, но всегда свой дом — и навсегда. Тогда отношение, интерес к тому, где живешь, будут иными. Думаю, мы доросли до понимания того, что корни, Родина, полноценная жизнь начинаются с Дома, с достойных человека условий. Никакой силой человека, покинувшего коммуналку и “хрущобу”, обретшего дом, коттедж, квартиру в доме эксклюзивного жилья или квартиру в доме муниципальном, не загонишь обратно туда, откуда мы ушли».

Дом, квартира, коттедж — это основа для создания семьи. Мировая практика наглядно показывает: там, где строится полноценное жилье, наступает экономическая стабильность, создаются семьи, рождаются дети.

О Стройкомплексе:
сохранили традиции и кадры

Почти четыре десятилетия назад, 4 апреля 1988 года, Совет министров СССР принял судьбоносное постановление «О совершенствовании организационной структуры управления строительным комплексом г. Москвы». Эта дата — день рождения того градостроительного комплекса, который работает и сегодня. Главным идеологом постановления выступил начальник «Главмосстроя», известный строитель Петр Сергеевич Суров. В городе функционировало пять главных управлений (главков), занятых строительством. Они были объединены в единую структуру. Сурова назначили председателем комитета, а Ресина — его первым заместителем. Через год Владимир Иосифович возглавил Стройкомплекс столицы — и простоял у его руля более двадцати лет.

В результате проведенной административной реформы в одних руках сосредоточились все ресурсы и финансы, что позволило сохранить и производственную цепочку строительства, и, что самое главное, — рабочие коллективы. Во многом благодаря принятому тогда решению в трудные 1990‑е Москве удалось спасти от развала свой Стройкомплекс — прежде всего потому, что приватизацию предприятий руководство города позволяло делать, только если не нарушалась технологическая цепочка строительного процесса. Сохранилась единая ответственность за конечный результат всех его участников. Никто — ни фундаментщики, ни монтажники, ни отделочники — не мог выпасть из этого круга. Организациям запрещалось менять профиль. Так Москва смогла избежать многих негативных явлений, через которые прошли другие города страны. Приватизация предприятий и организаций была проведена, но ни традиций, ни кадров, ни перспективы Стройкомплекс Москвы не потерял.

О новой недвижимости:
«В Москве было все необходимое»

В начале 1990‑х строительная отрасль практически полностью лишилась государственного финансирования. Многие стройки остановились. Но руководство города удержало комплекс от развала.

Ресин вспоминает: «Когда начался кризис, меня спрашивали, не страшно ли работать в такой ситуации. Как говорится, глаза боятся, а руки делают. В нашей отрасли паника абсолютно недопустима. Как только чувствуешь дрожь в коленках, — все, нужно уходить и не мешать другим. Трудно — не значит зарывать голову в песок. Мы не такое проходили. В Москве было все необходимое, деньги тех, кто потом стал инвесторами, проекты, люди, техника, подобраны площадки».

В столице было много «незавершенок», доставшихся в наследство от прежней власти, бывших министерств и ведомств. Их решили продать тем, кто имел финансовую возможность эти «недострои» довести до сдачи в эксплуатацию. В московском градостроительном комплексе удалось запустить инвестиционный механизм финансирования. Это дало городу средства, а строителям — работу.

На деньги городского бюджета сооружались исключительно муниципальные объекты: жилье, поликлиники, детские сады, школы. Продолжилось возведение жилищно‑строительных кооперативов — это была пятая часть всей жилищной программы.

Стройкомплекс отказался от лимитчиков, сохранил рабочие места для московских специалистов. Были повышены расценки, улучшены бытовые условия строителей.

Под гарантию городского правительства был оформлен кредит в коммерческих банках на приобретение требуемых материалов и транспорта, на выплату зарплат. На эти же деньги строилась недвижимость, которая успешно продавалась на аукционах. На торгах уходили с молотка не только жилье, магазины, но и многие объекты незавершенного строительства, о чем мы уже упоминали выше.

В Москве начали возводиться не только серийные дома с типовыми квартирами, но и с эксклюзивными — по индивидуальным проектам. В городе началось строительство коттеджей, особняков на одну семью. Процесс продажи недвижимости возрос настолько, что через несколько лет были погашены все банковские кредиты. А успех торгов на аукционах превзошел самые смелые ожидания, в первую очередь потому, что в стоимость жилья был включен «столичный фактор». При этом у покупателей не требовали справки о прописке и отсутствовали какие‑либо нормы по квадратным метрам на каждого члена семьи.

О роли архитектуры: появились проекты уникальных зданий

Судьба распорядилась так, что Ресин возглавлял Стройкомплекс в самый бурный и динамичный период его развития. Под его руководством московские строители не только выстояли в 1990‑е годы, но в пору испытаний многому научились. В итоге вышли на мировой уровень. Работали быстро и качественно, воплощая в жизнь самые современные архитектурные задумки, сооружая уникальные здания. Проекты столичных архитекторов стали побеждать на престижных международных конкурсах.

Полноправным руководителем строительного комплекса Ресин стал в то время, когда главную роль на стройплощадках начал играть архитектор, а не чиновник. В советский период строилось много жилья, но достижения в этой сфере оценивались не уровнем комфорта квартир, а количеством квадратных метров только жилой площади, без учета кухонь, коридоров и вспомогательных помещений. Под эти параметры и подстраивали архитектуру. Как следствие — низкие потолки, совмещенные санузлы, крошечные прихожие, маленькие кухни, крыши без чердаков. В итоге сегодня приходится сносить и реконструировать здания, построенные сравнительно недавно — 50–60 лет назад.

После нескольких десятилетий торжества крупнопанельного домостроения именно Ресин открыл эпоху проектирования и строительства монолитных зданий по индивидуальным проектам и начал массовый снос отживших свой век пятиэтажек для переселения их жителей в новые комфортные дома.

О Генплане: не надо повторять ошибки прошлого

Введение в стране и ее столице института частной собственности, приватизация предприятий и недвижимости потребовали от властей разработки новых законов и новых подходов к градостроительному планированию. В 1999 году под руководством Ресина и главного архитектора столицы Александра Викторовича Кузьмина в Москве был подготовлен проект нового Генплана города. Специалисты, которые над ним работали, стремились не повторять ошибок прошлого и не ставить перед собой утопических, заведомо провальных задач.

На протяжении нескольких десятилетий в архитектурных кругах ведется дискуссия о том, что в рыночных условиях Генплан — анахронизм, пережиток советского прошлого. Но это далеко не так. Когда речь идет о развитии такого крупного мегаполиса как Москва, при строительстве необходимо учитывать наземные и подземные транспортные потоки, нагрузку на электросети, водопровод, канализацию. Москвичи должны быть обеспечены всей необходимой инфраструктурой — местами в школах, детсадах, больницах и поликлиниках. Все это требует детальных аналитических расчетов. Если бы Москва развивалась не по Генплану, хаотично, она не смогла бы обеспечивать своим жителям нормальные условия, создавать полноценную городскую среду.

Генплан фактически стал градостроительной Конституцией столицы, основным Законом, написанным московскими архитекторами. В нем получили равноправие типовое и индивидуальное проектирование, разнообразие форм и стилей, реализован оправдавший себя комплексный подход к социально‑бытовым, инженерно‑техническим задачам.

В чем кардинально отличался Генплан 1999 года от утверждавшихся ранее высшим руководством страны? Прежде всего, в том, что этот документ носил открытый характер — широко обсуждался общественностью, профессионалами и самими москвичами. В нем были четко прописаны инструменты и параметры зонирования городских территорий. Все, что не было запрещено и не противоречило его параметрам, разрешалось строить. Более того, принцип создания Генплана предусматривал включение в него тех программ, потребность в которых возникала после принятия документа.

Так, например, когда в Москве в начале нулевых резко выросла рождаемость, власти города оперативно приняли решение в течение 2008–2010 годов открыть 240 детских садов.

О новом планировании:
условия для комфортного проживания

Во время визита в Нью-Йорк Владимир Ресин встретился с одним из главных мировых авторитетов в области высотного строительства Фрэнком Уильямсом, который показал гостю построенные по его проектам небоскребы — практичные, но не лишенные оригинальности башни. Даже такой придирчивый девелопер, как Дональд Трамп, обращался к Вильямсу с заказами на свои высотки. Ресину они тоже понравились, и он пригласил архитектора в нашу столицу прочитать серию лекций о высотном строительстве. По их итогам в рамках действующего Генплана была разработана программа «Новое кольцо Москвы», которая предусматривала возведение на 60 площадках за Третьим транспортным кольцом 200 высотных зданий.

В условиях современных мегаполисов плотность застройки при грамотном планировании не определяет уровень комфорта. В квартале высоток плотность тоже очень большая, но там вокруг башен и небоскребов остается достаточно территорий для озеленения, а все необходимое — магазины, рестораны, банки — располагается в первых этажах зданий. По этому принципу строятся современные жилые комплексы во всем мире.