Поиск

Московские жители Зубовы, Прусовы, Демьянюк

Московские жители Зубовы, Прусовы, Демьянюк

Три поколения Зубовых. Деревня Омутищи. 1949 год


Василий Михайлович Зубов на охоте. Конец 1930-х годов

По материалам семейного архива.

В 2021 году в Музее Москвы проходила выставка, посвященная Таганке. Заинтересовавшись, я решила ее посетить. Там познакомилась с одним из кураторов выставки — Александром Сергеевичем Афанасовым, который, узнав об имеющихся в нашем семейном архиве документах и фотографиях, относящихся к теме недавней истории столицы и в частности Таганки, посоветовал подготовить об этом материал. Требовалось записать и обработать воспоминания, сверить факты, определить датировку фотографий… Получившуюся в итоге статью я передала в «Московский журнал», как известно, уделяющий на своих страницах немало места мемуарным свидетельствам москвичей и имеющий даже для этого постоянные рубрики («Семейный архив», «Семейные истории», «Свет памяти» и другие). Ниже речь пойдет о моем покойном муже Дмитрии Васильевиче Зубове и его родственниках, чьи судьбы неразрывно связаны с Таганкой.

 

Зубовы

В 1812 году предки Зубовых, отступая из Москвы с обозами, перебрались в город Покров Владимирской губернии. Там и родился отец Дмитрия Васильевича, Василий Михайлович Зубов (1907–1965). Но в 1920-х годах его отец, Михаил Васильевич Зубов (1884–1953) решил возвратиться в Первопрестольную. Для этого «раскатали» один из домов в Покрове и за огромные деньги перевезли на подводах в Москву, установив его на участке в районе Таганки (Новоселенская улица, 14). Двор окружали дровяные сараи, рядом паслась какое-то время корова. Двухэтажный деревянный дом был разделен на четыре квартиры.

Школу Василий Михайлович окончил в Покрове. Из-за происхождения продолжил образование платно (1925–1928) в единственном на ту пору частном вузе — институте Я. Ф. Каган-Шабшая, ставшем потом базой Московского станкоинструментального института. Его студенты осваивали шестилетнюю программу за три года благодаря отсутствию каникул и интенсивному обучению.

С 1928 года Василий Михайлович работал на нескольких машиностроительных предприятиях. В 1929-м был призван в Красную армию в связи с советско-китайским вооруженным конфликтом, но в начале 1930-го вернулся в Москву. В августе 1941-го отправился на фронт, служил командиром стрелковой роты. Прошел всю войну, под Будапештом получил ранение. Сохранилось его письмо из госпиталя к жене от 19 марта 1945 года:

«Милая Наташа!

<…> Ты просишь рассказать, где и как меня ранило. <…> Кратко скажу так: ранило меня под Будапештом, километров 40–50 восточнее от него, командовал я стрелковой ротой, невзначай с правого фланга во время наступления был обстрелян из автомата, плащ-накидка была прострелена в нескольких местах. Потом я почувствовал, что что-то кольнуло в коленку. Разобравшись в произошедшем, я понял, что фрицевская пуля попала по моему автомату, который я нес в правой руке, а металлический осколок от автомата или от пули попал мне в коленку. После ранения я шел и не обращал внимания, а потом почувствовал сырость — кровь, потом ординарец перевязал мне ногу.

Я хотел отдохнуть немного, пока роют окопы, полежавши минут 20, хотел встать, но не мог наступить и т. д. и т. п. Расскажу после.

Я все забывал тебе написать — я теперь не лейтенант, а гвардии лейтенант. Одним словом, били фрицев по-гвардейски. Гордись! — у тебя муж гвардеец.

Нога меня не беспокоит, пока заметного прогресса в выздоровлении нет.

Целую тебя и Димочку, твой В.»

После войны Василий Михайлович трудился начальником инструментального цеха номерного завода, где и скончался скоропостижно (буквально на рабочем месте) в 1965 году. Любил природу, путешествия, смолоду страстно увлекался охотой (что, кстати, очень пригодилось в суровых боевых условиях).

Дима родился 24 ноября 1940 года. Крестили его в храме Успения Пресвятой Богородицы в Гончарах. (Примечательная деталь: няня несла с собой чайник с кипятком, чтобы подогреть воду в купели.) Шло время. Дима поступил в школу № 622 на Марксистской улице. Тогда мальчики и девочки учились раздельно. В памяти от детской поры остался двор, футбол, выбитые оконные стекла, беганье по крышам сараев, катание на задней сцепке трамвая, походы с отцом в баню. Запомнились пленные немцы, идущие по Москве, обилие искалеченных людей после войны, перешитая из гимнастерок одежда (что, кстати, считалось шиком).

Дима, будучи очень любознательным и общительным, знал всю округу — Крестьянскую заставу, часовой завод, 100‑й гастроном, переулки Глотов (с 1964 года — улица Гвоздева), Зонточный (ныне не существует), Гендриков (с 1935 года — Маяковского). Позже ему довелось в качестве народного дружинника возить пьяниц в вытрезвитель, располагавшийся в усыпальнице бояр Романовых в Новоспасском монастыре. Старожилы делились с ним воспоминаниями о Маяковском и Лиле Брик, живших в Гендриковом переулке.

Дом Зубовых сломали, кажется, в 1960 году, и семья получила от предприятия, где работал Димин отец, комнату в доме на Новоостаповской улице, около хлебозавода.

О Дмитрии Васильевиче мы поговорим подробнее позднее. А теперь стоит уделить внимание его родне.

Прусовы

Сразу отметим, что написание этой фамилии варьируется, встречаясь иногда с двойной «с».

Мама Дмитрия Васильевича, Наталия Григорьевна (1914–1986), родилась в Москве в семье Григория Агаповича Прусова (1877–1933) и Елизаветы Васильевны Горшковой (1881–1950). Девочку крестили в храме Всех Святых на Кулишках. Отец Григория, Агап Степанович, погиб в Русско-турецкую войну (1877–1878) на Шипке, поэтому его сына определили в Московский Императорский воспитательный дом. Отец Елизаветы Васильевны, Василий Викторович Горшков, служил управляющим на ткацких фабриках купцов Барановых в Александрове, Струнине и Карабанове. Изготавливаемые на этих предприятиях ситцы славились по всей России орнаментами, яркостью и стойкостью красок, экспонировались на международных выставках.

Венчание Григория и Елизаветы состоялось 2 октября 1900 года в церкви Архангела Михаила в Овчинниках (церковь сохранилась). В семье родилось девять детей, в том числе Серафим, ставший известным советским художником-графиком (его назвали в честь преподобного Серафима Саровского, чью икону Прусовы привезли из паломничества в Дивеево в 1903 году). В недавно оцифрованных церковных книгах нашлись записи о крещении в храме Всех Святых на Кулишках и других детей — Веры (1912) и Андрея (1916). Имеются свидетельства о крещении старших детей — Льва и Нины: первого в храме святителя Николая чудотворца на Пупышах (не сохранился), второй в храме святителя Николая в Кузнецах (современный адрес — Новокузнецкая улица, 23б).

Хорошее приданое позволило Григорию Прусову открыть дело по продаже инструментов и скобяных товаров на Солянке; потом он стал соучредителем торгового дома «Петри и Пруссов». Контора компании находилась на первом этаже построенного по проекту В. В. Шервуда, И. А. Германа и А. Е. Сергеева дома Московского купеческого общества (улица Солянка, 1/2).

Примерно с 1910 года Прусовы жили в «доходном доме Мандель» в Солянском тупике, № 3 (такой адрес значится на сохранившихся почтовых открытках, хотя в других источниках здесь указан «доходный дом с торговыми помещениями храма Всех Святых на Кулишках»). До революции летом выезжали в Джамгаровку — модную тогда дачную местность в районе Лосиного острова.

В 1917 году городскую квартиру разграбили, и семья перебралась на арендуемую дачу в селе Тайнинском. Дима часто вспоминал эту дачу — по-детски романтично и радостно: тогда он не понимал, что жизнь была трудная, не хватало еды, дров, керосина… Рассказывал, как крутил ручку патефона на веранде и все танцевали фокстрот под пение Петра Лещенко и Вадима Козина. В одной из комнат дачного дома жила Августа Николаевна Абрикосова. Эта дама всегда красиво одевалась и изысканно накрывала на стол; позже оказалось, что она приходилась двоюродной сестрой художнику В. В. Кандинскому и родной сестрой Х. Н. Абрикосову — секретарю Л. Н. Толстого.

В советские времена Григорий Агапович работал в ГУМе, Метпромторге, руководил отделом снабжения Московского платинового завода. В 1933 году он умер от сыпного тифа. Похоронен на Перловском кладбище (могила утрачена). Жена и дети долго жили в Тайнинке, потом постепенно разъехались по всей стране — от Мариуполя до Томска. У Елизаветы Васильевны было 12 внуков, скончалась она в 1950 году…

 
Vdcasino Mariobet Gorabet Nakitbahis Elexbet Trbet Betpas Restbet Klasbahis Canlı Bahis Siteleri Canlı Bahis Siteleri hacklink Shell Download