Поиск
  • 17.01.2023
  • Былое
  • Автор Надежда Игоревна Подунова

«… у витрин Аванцо»

«… у витрин Аванцо»

Пересечение улиц Петровка и Кузнецкий Мост. Конец XIX века


Счет в канцелярию Императорского Эрмитажа

Иван Осипович Аванцо (1852–1900) и его художественный салон.

Если станет жалко мне

вазы вашей муки,

сбитой каблуками облачного танца, —

кто же изласкает золотые руки,

вывеской заломленные у витрин Аванцо?..

Это писал двадцатилетний Владимир Маяковский в одном из своих первых стихотворений «Я» (1913). Упомянутый здесь художественный салон Аванцо, наряду с художественным салоном другого итальянца — Дациаро, существовал в России более 70 лет и высоко котировался в обеих столицах.

Художественный рынок начал складываться в России в XVIII столетии. Формировался он тогда в основном за счет частных приобретений. С учреждением Академии художеств в ней стали устраиваться выставки и аукционы. Во времена Екатерины II в Россию приехало множество иностранцев, в том числе художников, купцов, искусных ремесленников, многие из которых остались в стране надолго. Позже они начали открывать художественные магазины; первый «эстампный кабинет», появившийся в 1779 году, принадлежал итальянцу Роспини. Следом появился художественный салон немца Германа Клостермана, продававшего не только изделия иностранных мастеров, но и гравюры русских художников (Г. И. Скородумова, А. Ф. Березникова). Он оставил интересные записки об известном литераторе Д. И. Фонвизине, имевшем огромную коллекцию картин и скульптур1.

Ко времени прибытия в Санкт-Петербург семьи Аванцо художественный магазин уже существовал, являясь «наиболее популярным <…> на четвертой линии Васильевского острова. Его владелец, сын итальянского фабриканта красок Довициелли, имел в Петербурге и свое производство и торговлю»2.

Аванцо по происхождению были итальянцами из Тироля, приехавшими в Россию, вероятнее всего, в первой трети XIX века. Мы знаем о трех старших представителях фамилии (степень их родства между собой доподлинно неизвестна) — Фелицио (Феликс), Иосиф (Осип) и Альберт.

Феликс Аванцо (1828 — после 1869) с 1859 года числился санкт-петербургским купцом 2-й гильдии3. Годом ранее он обратился в Правление Императорской академии художеств в связи со смертью комиссионера Академии Батиста Риппы4. В круг обязанностей академического комиссионера в числе прочего входила закупка различных художественных изделий — как по запросам отдельных корреспондентов, так и по указаниям Правления. Он устанавливал контакты с отечественными коллекционерами и заграничными торговыми представителями, для чего ему постоянно приходилось выезжать не только во все концы России, но и за границу. Кроме того, комиссионеры продавали работы членов Академии и другие принадлежащие ей произведения искусства, как правило, получая определенный процент с прибыли. И потому поставщиками Академии становились преимущественно торговцы (как, например, тот же Клостерман, исполнявший эту должность в течение долгого времени). Купец Б. Риппа владел фирмой «Риппа и Довизиелли» (Довициелли) и имел несколько магазинов в Санкт-Петербурге.

Феликс Аванцо, состоя главным приказчиком Риппы и его поверенным при выполнении поручений Академии, во время отсутствия хозяина управлял всеми делами фирмы. После смерти Батиста Риппы (1858) родственники покойного подтвердили его полномочия5. Тогда-то Феликс и обратился в Академию художеств с просьбой о возложении на него обязанностей комиссионера вместо скончавшегося Риппы «как давно заведовавшему делами покойного и известному Академии по торговле в его магазинах»6. Прошение было удовлетворено. В 1857 году Академия заключила с купцом Аванцо четырехлетний контракт на исполнение им обязанностей комиссионера и «краскотертного мастера». В перечень его обязанностей в последней связи входило изготовление «относящимся до художественной части материалов», включая масляные краски «отличной доброты». Ему также поручалось снабжение учащихся холстами, кистями, мольбертами и прочим, натягивание картин на рамы, а кроме того — заведование входящей и исходящей корреспонденцией Академии. Со своей стороны, Академия обязывалась предоставить Феликсу Аванцо квартиру с мастерской для работы7. По истечении контракта его срок продлили еще на несколько лет.

Еще одной важной обязанностью Аванцо как комиссионера были дела, связанные с таможней, — получением присылаемых из-за границы художественных произведений (картин, скульптур и так далее). Для этого Академия имела в приграничных городах посредников, которые принимали поступающие из-за рубежа грузы, а потом отправляли их по почте или через транспортную контору к месту назначения. Аванцо должен был следить за доставляемыми в Кронштадт ценными грузами для нужд Академии и магазина. Дело хлопотное: договориться с перевозчиком, нанять складские помещения, оплатить провоз и таможенные сборы…8 Тут огромное значение имели предприимчивость и честность людей, занимающихся подобной работой. Для Феликса Аванцо ситуация упрощалась тем, что в Кронштадте такой человек, пользовавшийся его полным доверием, был. Речь идет о близком родственнике комиссионера — Иосифе (Осипе) Аванцо (1816–1859)9.

В отличие от Феликса, Иосиф осел в Кронштадте и числился в реестре Ораниенбаумского казначейства как Осип Дементьевич Аванцо. Кронштадт — это морской порт, куда приходили корабли со всей Европы, город моряков, купцов и комиссионеров. Там существовала довольно большая община иностранных подданных. Представители разных национальностей, особенно коммерсанты, быстро находили своих соплеменников и вливались в их общины: «Немец останавливается у немца, француз у француза. Он знакомится с городом и жителями его, принимая основными те понятия, которые передаются ему хозяином. <…> Он ходит в свои церкви, читает газеты на своем языке; обедает в трактирах, содержимых единоземцами <…> и <…> не чувствует тех мелочных, но важных затруднений, которые повсюду более или менее связаны с званием иностранца»10.

Осип Дементьевич значился в купеческом реестре города Кронштадта купцом 3-й гильдии. Жил он с семьей в каменном доме Ф. А. Винберга — торгового консула и вице-консула ряда европейских государств — на Господской улице (позже — Николаевский проспект, ныне — проспект Ленина), 45. На той же улице располагались Благородное и Купеческое собрания, Гостиный двор, римско-католический храм Святых апостолов Петра и Павла, православный Андреевский собор, гостиница «Неаполь», неподалеку — «порядочный» трактир итальянцев Делапортов.

Первое упоминание об Осипе Аванцо мы находим в метрической книге Петропавловского храма. В ней записано, что 13 мая 1848 года здесь был крещен «младенец именем Карл-Франц-Доминик <…> австрийского подданного Иосифа Аванцо и жены его Екатерины, родившийся в Кронштадтском приходе 24 марта 1848 года»11. Четыре года спустя (1852) в том же храме крестили другого сына Осипа Дементьевича — Иосифа (Ивана)12. Был еще сын Александр. Всех троих в разное время Осип Дементьевич вписал в свое купеческое свидетельство и решил, что они должны окончить Императорское Коммерческое училище, чтобы далее успешно следовать по отцовским стопам. В училище принимались подростки от 10 до 12 лет (на коммерческое отделение — дети купцов, на бухгалтерское — дети разночинцев). Курс обучения составлял 7–8 лет, годовая стоимость (довольно высокая) — около 55 000 рублей. Сюда-то О. Д. Аванцо и отдал своего одиннадцатилетнего сына Карла. В прошении на имя директора училища Осип Дементьевич указывает, что Карл в случае положительного решения вопроса будет находиться не на казенном, а на собственном содержании13.

В 1859 году Осип Дементьевич умирает. Заботу о его детях берет на себя родственник жены — Франц Францевич Нитче. В делах Осипа сменил брат Феликс, к тому времени, как мы помним, ставший комиссионером Академии художеств.

Через год Ф. Ф. Нитче ходатайствует перед Советом Коммерческого училища о следующем: «Желая дать приличное воспитание находящемуся под моею опекою сыну умершего кронштадтского купца Аванцо — Иосифу-Людвигу-Ивану Аванцо, <…> покорнейше прошу <…> допустить его к баллотированию, имеющему быть в этом году, для поступления в число штатных воспитанников»14. К ходатайству прилагались метрическое свидетельство, справка о здоровье и свидетельство Санкт-Петербургской Казенной палаты о том, что «Иосиф причислен <…> к семейству и капиталу отца его февраля 24 дня 1860 года»15.

В августе 1861-го Иван Аванцо становится штатным воспитанником Санкт-Петербургского Коммерческого училища. И в младших, и в старших классах он вроде бы успевал по всем предметам, однако за год до окончания с ним случилось несчастье, о чем мы узнаем из архивных документов Ораниенбаумского полицейского управления. В письме исполняющего обязанности судебного следователя Н. Рыбкина от 9 июня 1870 года на имя директора училища сообщается: «Имею честь уведомить Вас, Милостивый государь, что Коммерческого училища воспитанник второго (предпоследнего. — Н.П.) класса Иосиф Аванцо пятого июня вечером покушался на самоубийство, выстрелив в грудь из пистолета, но остался жив и здоров. Причину самоубийства объяснил мне, что, не выдержал экзамена, уволен из училища и как растерявшийся и не зная, что ему предпринять, решился убить себя. Аванцо отдан на поручительство сводному его дяде Францу Нитче, а дело об нем <…> передано мною в Католическую Духовную Консисторию»16.

* * *

«Уволенный по домашним обстоятельствам из II класса Училища» Иван Аванцо в итоге оказался в Москве, где имелся еще один магазин семьи Аванцо. Здесь начинается взрослая жизнь и предпринимательская деятельность Ивана Осиповича. В Москве он появился, скорее всего, не позднее 1873–1874 годов17. Вначале мы встречаемся с ним как с «учеником коммерции» в семейном магазине на углу улиц Кузнецкий Мост и Петровки.

В те времена Кузнецкий Мост в Москве считался самым престижным коммерческим местом древней столицы. Череда модных магазинов — в основном заграничных: нотный магазин А. Гутхейля, художественный магазин Д. Дациаро, магазин оптики Ф. Шнабе, книжная лавка И. Готье, лавка деликатесов Урбена и другие, но есть и заведения российских предпринимателей — Поповых, Джамгаровых, Третьяковых, Солодовниковых… «Целый день туда тянутся кареты цугом», везущие «московских вельмож <…> во “французские лавки”»18. По вечерам на Кузнецком горят газовые фонари. Здесь можно видеть весь «цвет» Первопрестольной — представителей высшей знати, именитого купечества, интеллигенции…

Итак, Иван Аванцо в Москве. Он молод, энергичен, добродушен, любезен и потому обживается в ней достаточно быстро, обзаводится обширными знакомствами. Магазины Аванцо и его конкурента Дациаро торговали высококлассной художественной продукцией (картины, гравюры, скульптура), а также рисовальными принадлежностями, красками, бумагой, холстами, рамами, мольбертами и прочим подобным. Со временем сам Иван Осипович начинает прекрасно разбираться во всем этом многообразии; параллельно заводит деловые отношения с купцами, державшими торговлю на Кузнецком. В 1879 году он зачисляется в Московскую купеческую управу купцом 3-й гильдии19, ранее (1877) становится действительным членом Московского общества охоты имени императора Александра II20, куда входили видные представители не только аристократии, но и торгово-предпринимательского сословия. С многолетним казначеем Общества А. К. Лемерсье Иван Аванцо в конце концов породнился, женившись на его дочери Терезе. Коротко сошелся с членами известной купеческой семьи Четвериковых — Сергеем, Дмитрием и Михаилом Ивановичами. Усадьба С. И. Четверикова Тимофеевка находилась в селе Городищи Богородского уезда Московской губернии как раз на территории охотничьих угодий Общества. И. О. Аванцо часто приезжал туда отдохнуть и поохотиться в хорошей компании21.

После кончины А. К. Лемерсье (1879) Иван Осипович стал кандидатом в казначеи (1881), спустя семь лет — кандидатом в вице-председатели Общества и распорядителем зимних охот, а в 1888 году удостоился почетного членства. Он славился и как заводчик пойнтеров.

* * *

Манифест Александра II и последовавшие за ним реформы привели к небывалому подъему промышленности и торговли в России. Изменения коснулись всех сторон общественной жизни, в том числе сферы культуры. Возникают новые музеи в столицах и провинции, творческие объединения, научные сообщества. В формирование художественного рынка включаются представители торгово-промышленного капитала.

В 1860 году учреждается Московское общество любителей художеств. В числе главных его целей провозглашались поддержка художников, содействие их сближению с публикой, «развитие вкуса к изящному в целом в обществе посредством устройства постоянной выставки и учреждения публичной картинной галереи»22. Одним из начинаний стала регулярная демонстрация в Москве художественных работ, уже выставлявшихся в Санкт-Петербурге. Чтобы наладить обмен картинами с Северной столицей, Обществу понадобился посредник, каковым сделался торговый дом Аванцо. 19 марта 1865 года Феликс Аванцо писал членам Комитета Общества: «Честь имею Вас уведомить, что имел счастье получить <…> предложение Ваше быть мне комиссионером МОЛХ и условия об обязанностях Комиссионера. Прочитав присланное Вами письменные условия сего почетного для меня звания, я надеюсь своими трудами на пользу Общества заслужить его расположение»23. Он также предлагает поставлять Обществу краски, рамы и прочие принадлежности, подчеркивая, что находится «в постоянных сношениях со всеми заграничными производителями художественных вещей»24. В дальнейшем переписка становится все более оживленной. В ней речь идет, в частности, о делах, связанных со страховкой, получением и отправкой картин, их сохранностью25. Из нее мы узнаем о передвижениях полотен В. В. Верещагина, К. П. Брюллова, Т. Горшельта, Е. А. Ознобишина, В. И. Якоби и многих других именитых живописцев. В то время картины перевозились уже преимущественно по железной дороге. Феликс действовал четко и оперативно: «Что касается до картин, принадлежащих Государю, то они только вчера получены из Парижа в Эрмитаж и на этой или на будущей неделе будут высланы в Общество»26.

В дальнейшем Феликса сменил Альберт Аванцо, родившийся в 1844 году, возможно, уже в России. Работая в магазине сначала в качестве ученика, он постепенно дорос до служащего, а затем до помощника и управляющего салоном (в письмах, рассылаемых магазином Аванцо, рядом с подписью Феликса стоят инициалы Альберта). В 1870 году имя Альберта Аванцо появляется в списках купцов 2-й гильдии Санкт-Петербургской купеческой управы27. Судя по всему, на тот момент Феликс отошел от дел: позже он в официальных бумагах магазина не фигурирует.

Став владельцем фирмы «A la palette de Raрhael” («Палитра Рафаэля») — существовавшего в прошлом, как мы помним, художественного салона «Риппа и Довизиелли», Альберт расширил свою деятельность. Кроме картин, гравюр, скульптуры он торговал красками, лаками, другими рисовальными принадлежностями, открыл при фирме фабрику по производству рам28, как преемник семейного дела продолжил исполнять обязанности поставщика Академии художеств, а в 1872 году подал министру двора Его императорского величества следующее прошение: «Я приемлю смелость обратиться к Вашему Сиятельству с почтительнейшею просьбою о ходатайстве пред Его Императорским Величеством Государем Императором о всемилостивейшем даровании мне звания поставщика Его Императорского Величества, причем я, одинаково питая верноподданнические чувства со всеми русскими, пользующимися милостями Августейшего Монарха, всеми силами буду стараться заслужить внимание и милость моего Высочайшего Покровителя, как и Вашего Сиятельства, <…> семейству которого, смею надеяться, фирма моя довольно известна»29. Прошение удовлетворили, и в следующем году Альберт Аванцо удостоился звания поставщика императорского двора и права помещать на вывесках изображение Государственного герба. Со временем фирма стала одной из крупнейших и авторитетнейших на художественном рынке России…

 
deneme bonusu veren siteler deneme bonusu deneme bonusu deneme bonusu veren siteler Devranlink Mariobet Gorabet Nakit bahis Elexbet Trbet Klasbahis Canlı Bahis Siteleri Canlı Bahis Siteleri artemisbet truvabet Restbet Vdcasino Betpas hacklink Shell Download