sohbet hattıelitbahiselitbahisbetgrambetgramgaziantep suriyeli escortelitcasinocuracao lisansli bahis sitelericanlı casinogebze escortkonya escorthttps://digifestnyc.com/https://restbetgiris.co/https://restbettakip.com/https://betpasgiris.vip/https://betpastakip.com/beylikdüzü escortbetgrambetgrambetgrammetroslotmetroslotelitbahiselitbahiselitbahisguncel.comelitbahisgiris.net/elitbet.commersin web tasarımelitbahiselitbahis videoelitbahis videoelitbahis
Поиск

Листая старинный фотоальбом

Листая старинный фотоальбом

Елизаветинская женская гимназия. Открытка начала ХХ века


Церковь при гимназии

Из жизни Елизаветинской женской гимназии (начало XX века).

Публикуемые ниже фотографии любезно предоставил мне академик РАЕН, профессор, доктор технических наук, кандидат культурологии Александр Юрьевич Евдокимов, поделившийся также своими воспоминаниями, за что хотелось бы выразить ему сердечную благодарность. Его бабушка, Елена Станиславовна Кодзь (1888–1961), была воспитанницей, а затем преподавательницей Елизаветинской женской гимназии в Москве (Большой Казенный переулок, 9). От бабушки у Александра Юрьевича остались хранящийся в семейном архиве фотоальбом, проспект, изданный в 1912 году, письма и другие материалы. Предлагаю читателям «Московского журнала» ознакомиться с ними.
* * *

elitbet

gaziantep escort


Учеба в гимназии и начало профессиональной деятельности Е. С. Кодзь связаны с именем великой княгини Елизаветы Федоровны, предметом особой заботы которой являлось покровительство нуждающимся воспитанницам (см., напр.: Отчет состоящего под Августейшим Ея Императорского Высочества Великой княгини Елизаветы Федоровны покровительством Попечительства о недостаточных ученицах Елисаветинской женской гимназии ведомства Императорского человеколюбивого общества, Общества поощрения трудолюбия в Москве за время с 14 ноября 1896 по 1 января 1898 года. — М., 1898. С. 5–6). Также великая княгиня подчеркивала значимость наличия домового храма при учебном заведении. Со своей стороны, воспитанницы питали чувство искренней признательности к своей высокой покровительнице. Весьма характерна телеграмма, отправленная великой княгине членами попечительского совета гимназии и опубликованная в № 148 газеты «Московский листок» за 1899 год: «Вступая в самостоятельную жизнь, они (выпускницы. — Д. Р.) будут счастливы руководствоваться теми началами любви к ближнему и к правде, которые внушило им воспитавшее их учреждение». Е. С. Кодзь окончила гимназию в 1908 году и осталась там служить сначала классной дамой, а затем преподавательницей (1909–1916). Ее знания и профессионализм высоко ценили и родители учениц, и коллеги, и начальница гимназии М. Д. Кузьмина-Караваева, на время своих отпусков поручавшая Елене Станиславовне руководство учебным заведением с правом приема на работу обслуживающего персонала. Упомянутый в предисловии фотоальбом был подарен Елене Станиславовне ученицами по случаю ее бракосочетания (см. ниже). В этом альбоме мы видим, во‑первых, снимки обучавшихся вместе с Е. С. Кодзь гимназисток — Анны Аристовой, Евгении Киндяковой, в имении родителей которой под Киржачом Елена иногда гостила, Любови Ковальской, И. Миловидовой, талантливой пианистки Мосоловой, которая умерла в юности, не успев даже завершить гимназический курс (установить полные имена всех фигурирующих здесь и далее в нашем повествовании лиц по имеющимся подписям не удается). Имеется фотография тоже учившейся в Елизаветинской гимназии Антонины Станиславовны Кодзь — старшей сестры Елены. А вот снимки преподавателей. Среди них — М. фон Розен и двое математиков: элегантный светский С. Доброхотов и безымянный — строгий, с бородой, в очках и мундире. Характерны надписи того и другого на память. Если первый изящно вывел: «Уважаемой сослуживице от бывшего учителя», то второй сухо черкнул: «От <нрзб> Е. Кодзь». В гимназии служили и иностранцы — француженка (классная дама) и итальянец (учитель рисования). Последний, судя по подписи на обороте карточки, в отличие от француженки, русским языком владел. А. Ю. Евдокимов сообщает интересные детали гимназического быта и нравов. Например, педагоги, особенно женщины, предпочитали получать жалованье ассигнациями, а не золотыми монетами (лишняя тяжесть). Он же поведал историю семьи одной из учениц своей бабушки — купеческой дочери Тамары Глушковой. Ее отец и мать заключили брак против воли родителей и уехали из деревни в город, где, не имея изначально средств, брались за любую работу, не гнушаясь самой черной. Их упорство было в итоге вознаграждено: со временем Глушковы достигли благосостояния и смогли определить дочь в престижное учебное заведение. В альбоме есть фотографии друзей Елены Станиславовны — Юлии Антоновны Поржезинской (урожденной Мего) и ее дочери Марии Дионисьевны, ученицы Елизаветинской гимназии. Мария Дионисьевна уже в годы советской власти вспоминала, как она с другими воспитанницами втайне от начальства посещала марксистский кружок в гимназии, и шутливо сетовала, что ее родители слишком долго оставались женихом и невестой, откладывая заключение брака и рождение ребенка: «Я ведь лишние несколько лет могла пожить по‑человечески до революции». Так, наряду с усилиями Великой княгини, в гимназии имело место и совсем противоположное, что весьма характерно для того времени…

 
mecidiyeköy escort