Поиск

Работы здесь еще непочатый край…

Работы здесь еще непочатый край…

Храм Спаса Преображения Господня в Богородском. Фотография 2015 года


Храм Ильи Пророка в Черкизове. Фотография 2019 года

Черкизовское и Богородское исторические кладбища Москвы: проблемы изучения и охраны.

Сегодня наблюдается заметный рост исследовательского интереса к историческим некрополям как к части культурного наследия страны. В связи с этим все более актуальными становятся вопросы их изучения, сохранения, мемориализации, возрождения. К сожалению, сегодня кладбище большинством граждан воспринимается лишь в качестве места, где мы скорбим о потере близких. По большому счету, конечно, так и есть, но стоит задуматься и о том, что на кладбище покоится не один конкретный человек, а множество людей, среди которых могут быть видные деятели истории и культуры. Утратив могилы, предав забвению имена этих людей, мы утратим связанные с ними страницы нашего прошлого. К сожалению, подобное ныне нередко происходит. Многие захоронения или даже целые исторические кладбища уже безвозвратно потеряны, другие же мы можем потерять, если ничего не предпримем для их сбережения. В свое время академик С. О. Шмидт говорил: «Проблема “исторический некрополь”, конечно, не может ограничиваться задачами научного характера. Это — сфера нравственной культуры. Забвение памяти об ушедших из жизни и местах их упокоения не может не тревожить тех, кто думает о будущем нашего общества, о возрождении нашего духа… Воспитание почтения к кладбищам должно входить необходимейшим элементом в воспитание историей»1.

На наш взгляд, в деле сохранения исторического наследия — в частности, некрополя — следует объединиться ученым и общественности. Работы здесь хватит всем, ведь каждое отдельное захоронение несет в себе информацию (иногда являясь единственным существующим ее источником), нужную краеведам, историкам, некрополистам, искусствоведам, специалистам в области генеалогии и так далее.

Мы расскажем о двух московских исторических некрополях — Черкизовском и Богородском, расположенных в одноименных районах Восточного административного округа. Сегодня эти кладбища являются городскими и действующими закрытого типа (доступны родственные подзахоронения, и можно приобрести участки под родовое захоронение на аукционах правительства Москвы).

* * *

Черкизово — древнейшая часть современного района Преображенское на востоке Москвы — когда-то представляло собой сельскую окраину. Предположительно первым владельцем села являлся выходец из Золотой Орды царевич Серкиз (Черкиз), в крещении Иван. От него Черкизово и получило название. Впервые село упоминается в 1378 году в духовной митрополита Московского Алексия, завещавшего Черкизово Чудову монастырю. Однако исследователь А. В. Бугров указывает на версию о подделке грамоты во второй половине XV века и говорит следующее: «С большим основанием мы можем лишь утверждать, что Черкиз или Серкизовы были его (села. — К.С.) ранними владельцами и что во второй половине XV века оно действительно было во владении Чудова монастыря»2. Изначально Черкизово — это небольшое селение, располагавшееся на возвышенном берегу речки Сосенки неподалеку от древней Стромынской дороги (ныне в пределах Черкизова — Большая Черкизовская улица), которая вела через село Стромынь к Юрьеву-Польскому и во Владимиро-Суздальское княжество. В Черкизове на берегу пруда владыка Алексий основал архиерейскую резиденцию московских митрополитов с деревянной церковью пророка Илии. Позднее (1758–1760) митрополитом Московским и Калужским Тимофеем (Щербатским) здесь было создано подворье — Митрополичья дача — с крестовым храмом. Здание дачи капитально перестраивалось при митрополите Московском и Коломенском Иннокентии (Вениаминове) (1797–1879), а обновленный храм в 1877 году освятили в честь святителей Алексия митрополита и Иннокентия Иркутского. Дача существовала автономно от Черкизова и Ильинской церкви.

В Смутное время село подверглось разорению, а церковь сгорела. Ее восстановили к 1646 году, освятили в 1690-м. В документах 1701 года находим описание церкви: «Каменная во имя пророка Илии, да в приделе Алексия митрополита с трапезою <…> в алтаре две оконницы, да в церкви одна оконница стеклянные <…> да в трапезе в окнах три оконницы стеклянные; печь муравленая, да на трапезной стене колокольня каменная, а на ней пять колоколов»3. Церковь неоднократно меняла свой облик. Так, например, в 1820-х годах к ней были пристроены четыре боковые главки, а в конце XIX века их снесли. Тогда же церковь обрела первоначальный вид: старую колокольню заменили новой в «русском стиле».

В начале XX столетия в Черкизове появился еще один храм — Введенский. Интересна и необычна его судьба. Заложен он был в 1913 году, освящен в революционном 1918-м и просуществовал всего 16 лет (снесен в 1934-м)4. Ильинская же церковь никогда не закрывалась, а вот Архиерейский дом резиденции-дачи московских митрополитов пережил несколько пожаров и в 1990-х годах сгорел окончательно. В 2000-х в церкви и в доме причта провели ремонтно-восстановительные работы, воссоздали (правда, без сходства с оригиналом) и деревянный дом архиерейской резиденции — «Дом святителя Иннокентия» — и там же обустроили храм в его честь.

Еще с древних времен в Москве было принято хоронить усопших возле приходских храмов. Так в ограде Ильинской церкви сформировалось кладбище. Черкизовский некрополь — самый маленький (площадь 0,41 гектара) и один из самых старых из сохранившихся в Москве. О нем в 1910-х годах знаток московских кладбищ А. Т. Саладин писал: «Около версты от заставы с левой стороны блестит большой пруд, а за ним на холме рядом с митрополичьим поместьем стоит небольшая церковь. Вокруг этой приходской церкви расположилось маленькое кладбище, весьма интересное как пережиток того времени, когда в Москве около каждой приходской церкви было свое кладбище. <…> Родные и знакомые, посещая церковь каждый праздник, заглядывали на могилки, а духовенству было близко и удобно служить панихиды»5. Современный адрес кладбища: улица Большая Черкизовская, 17.

Из существующих здесь надгробий самые ранние датируются серединой XIХ века. Пожалуй, наиболее известная среди прочих и посещаемая — расположенная сразу при входе в ворота с правой стороны за оградой могила московского юродивого, местночтимого святого Ивана Яковлевича Корейши (1783–1861). Рядом покоится диакон Никифор, клирик Ильинской церкви — муж племянницы Корейши. В свое время А. Т. Саладин так описал захоронение юродивого: «Два креста под защитной кровлей на опрятных, покрытых живыми цветами холмиках. Литая дощечка на простом желтом кресте показывает, что здесь погребен “Иван Яковлевич Корейша, родился 1783 г. 8 сент., скончался 1861 г. 6 сент. в Московской Преображенской больнице”»6.

Скажем несколько слов об Иване Яковлевиче. Родился он в Смоленске в семье священника. С 1796 по 1803 год учился в Смоленской духовной семинарии, затем поступил в Московскую духовную академию (МДА), но не окончил ее. С 1806 года странствовал по святым местам, возвратившись на родину, стал вести отшельническую жизнь. Позднее был замечен в не совсем обычном поведении, за что его отправили в московскую Преображенскую психиатрическую больницу, где он прожил около 50 лет. В больнице И. Я. Корейша имел отдельную комнату. «Стены ее были уставлены иконами, стоял большой подсвечник, на котором приходящие ставили свечи»7. Образ Корейши выведен в произведениях Ф. М. Достоевского («Бесы»), Н. С. Лескова («Маленькая ошибка»). До сих пор на его могиле много цветов, в начале нынешнего столетия появилось новое надгробие.

Особенностью Черкизовского кладбища является то, что на нем вблизи церкви сосредоточено большое число захоронений местного духовенства, а также настоятелей и священнослужителей других храмов — близлежащих и даже весьма отдаленных. Это связано прежде всего с тем, что Ильинская церковь единственная в обширном районе все время оставалась действующей.

Из настоятелей Ильинской церкви за ее алтарем покоятся: иерей Иоанн Иерофеевич Знаменский («Священствовал при сей <…> церкви 18 л. / скончался 23 февраля 1874 года»); протоиерей Павел Дмитриевич Смирнов (1831–1903) — настоятель в 1879–1903 годах8; протоиерей Василий Ефимович Руднев (1855–1932) — настоятель в 1903–1910 годах; протоиерей Павел Стефанович Соколов (1856–1929); протоиерей Сергий Петрович Орлов (1870–1919), переведенный сюда из Орехова-Зуева не ранее 1897 года. Известно, что отец Сергий поселился вместе с семьей в деревянном доме недалеко от церкви на Штатной Горке, 4 (дом снесен в 1972 году при расширении Большой Черкизовской улицы). В 1919 году он заболел тифом; в одной могиле с ним похоронена его супруга Ольга Алексеевна (1876–1921). Также из местного духовенства за алтарем покоятся: протодиакон Иоанн Георгиевич Георгиевский (1873–1933) — погребен вместе с супругой и сыновьями; протодиакон Николай Ильич Ильин (1877–1940), служивший в 1935–1940 годах; протоиерей Сергий Всеволодович Любимов (1888–1943); митрофорный протоиерей Николай Владимирович Дмитриев (1930–2009) — настоятель в 1995–2003 годах (с 2003 года — почетный настоятель). Родом отец Николай был из Орджоникидзе (Владикавказ), из казачьей семьи. В 1948 году поступил в Ставропольскую духовную семинарию. Прошел срочную службу в Чечне и Дагестане, после продолжил учебу в Московской духовной семинарии (МДС). Служение начал диаконом в Успенском храме Новодевичьего монастыря. В 1985 году возведен в сан протоиерея. Состоял в клире Знаменского храма в Переяславской слободе (недалеко от Рижского вокзала), являлся настоятелем Никольского храма в Западном Бирюлеве. Местами служения о. Николая были также храмы и миссии в Германии, Иерусалиме, США, Японии. Скромный металлический крест стоит на могиле протоиерея Андрея Николаевича Левшинского (даты жизни не указаны).

За алтарем Ильинской церкви похоронены и не служившие в ней священники: протоиерей Павел Максимович Руднев (1828–1889) — иерей Покровской церкви города Саратова (надгробие белого мрамора в форме аналоя с раскрытым Евангелием и крестом — нередко встречающаяся форма надмогильного памятника на захоронениях второй половины XIX века); протоиерей Петр Иванович Голубев (1867–1943) — священник Богоявленского собора в Елохове; митрофорный протоиерей Петр Алексеевич Миртов (1869–1925) — воспитанник Киевской духовной академии, писатель, редактор нескольких журналов; протоиерей Димитрий Иванович Цветков (1855–1939) — настоятель Введенского храма. О каком Введенском храме речь? На основании архивных документов9 удалось выяснить, что отец Димитрий возглавлял приход снесенной в 1930-х годах Введенской церкви в Семеновской слободе, которая находилась на Введенской площади (ныне — площадь Журавлева).

Отметим еще одно захоронение со стороны алтаря, но в глубине кладбищенского участка — монахини Зиновии (1870–1940). Кроме имени и дат рождения и смерти, других сведений о ней на проржавевшей металлической табличке нет. Но здесь указаны имена еще двух погребенных — Н.У. Шаховой (1868–1921) и И.(?) Шахова (?)10. Общая табличка, возможно, свидетельствует о родственной связи монахини Зиновии с Шаховыми. Обратим внимание и на сам памятник — старое надгробие, по форме напоминающее стилизованную часовню. Табличка прикреплена к поверхности, на которой обычно вырезались надписи: не исключено, что надгробие использовано вторично. В той же ограде находится еще несколько памятников разной стилистики, но опять-таки напоминающих часовню, на одном из них — надпись начала ХХ века (фамилия похороненного — Михайлов), а также две современные плиты (последняя — 2004 года, фамилии разные). Было ли это когда-то родовым захоронением, связаны ли перечисленные памятники (и погребенные) между собой? Вот интереснейшие вопросы, которые могут стать предметом отдельного исследования.

С северной стороны Ильинской церкви находится захоронение митрофорного протоиерея Алексия Павловича Соколова (1880–1949) — сына вышеупомянутого протоиерея П. С. Соколова. Он настоятельствовал здесь в 1920–1930 годах. В 1930-м его арестовали и сослали в Кустанай на пять лет. Во время Великой Отечественной войны отец Алексий вернулся к священническому служению в Елоховском Богоявленском соборе, а в 1948 году был вновь переведен в Ильинскую церковь. Похоронен с женой Анной Васильевной Соколовой (1885–1942) и дочерью Валентиной Алексеевной Олисевич (1911–1947).

С той же северной стороны храма у дома причта можно увидеть скромный деревянный крест голубого цвета с фотографией и дощечкой со стихами над захоронением схимонахини Марии (Марии Ивановны Романенковой) (1874–1957).

Теперь скажем о погребениях с южной стороны церкви. Протоиерей Иоанн Александрович Суворовский (1859–1920) — настоятель в 1910–1920 годах, выходец из семьи священника, был благочинным Бронницкого уезда Московской губернии. В Москве проживал на Штатной Горке. Вместе с ним похоронены жена Александра Никаноровна и дочь Ольга. Надгробие из черного полированного камня с высоким распятием (рядом с могилой И. Я. Корейши) отмечает могилу митрофорного протоиерея Алексия Васильевича Глушакова (1923–1994), настоятеля в 1974–1994 годах. Он родился в деревне Благовка Могилевской области Шкловского района в крестьянской семье. После школы год проучился в Алма-Ате в Сельскохозяйственном институте, затем окончил МДС и МДА. В 1951 году возведен в сан иерея. Также у южной ограды рядом с могилой Корейши расположено захоронение схимонахини Иулиании (1861–1946). При реставрации могилы и замене надмогильного памятника (постамент из черного полированного камня с высоким распятием) был отдельно сохранен первоначальный металлический крест с дощечкой со стихами из старинного духовного канта «Праздник».

Длительное время возле церкви на кладбище находился крест с могилы известного и почитаемого в Москве протоиерея Валентина Николаевича Амфитеатрова (1836–1908), покоящегося на Ваганьковском кладбище11. Историк этого некрополя Сергий Матюшин в книге «Священное Ваганьково» пишет: «После одного из особо торжественных дней поминовения батюшки крест снова был сломан. Его обнаружили <…> около железнодорожного полотна в мусорной куче <…>, духовная дочь отца Валентина Наталья Васильевна Ширяева увидела во сне батюшку, который указал ей, где находится крест. Она отыскала его и впоследствии установила над могилой своего сына, похороненного возле храма святого пророка Илии в Черкизове. Сейчас этот крест находится в храме Благовещения Богородицы в Петровском парке»12.

Отметим, что надмогильные памятники на захоронениях духовенства советского периода скромны, без особых архитектурных и декоративных изысков — это простые деревянные  крашеные или металлические ажурные кресты с табличками; на некоторых табличках имена и даты жизни написаны вручную.

Здесь также нашли упокоение деятели науки и культуры, местные жители. Можно встретить много семейных захоронений. Например, в северной части кладбища — Ивана Аркадьевича Соколова (1827–188(9?)513), московской купчихи Наталии Прокофьевны Соколовой (урожденной Зонтовой) (1830–1892), крестьян «деревни Малова14 Муравьева» Романово-Борисоглебского уезда Ярославской губернии Прокофия Ивановича Зонтова (1802–1857) и Дарьи Силантьевны Зонтовой (1804–1853); в западной части на спуске к Черкизовскому (Архиерейскому) пруду — семьи Уткиных: возможно, самое раннее захоронение здесь — Якова Кондратьевича Уткина (1818–1875), а последнее (его правнучки) датируется 2013 годом. Захоронения Зонтовых напоминают характерный родовой участок, достаточно обширный, с массивными надмогильными памятниками-саркофагами из дорогого розоватого камня (в хорошем состоянии). Большой участок занимают и могилы Уткиных, памятники здесь разные — красного, черного, серого камня в традиционных формах второй половины XIX века, а также современные надмогильные плиты. Здесь — память о четырех поколениях семьи: 12 человек (редкий случай сохранности для современного некрополя). Надгробие родоначальника Я. К. Уткина на одной стороне имеет надпись с его именем, на другой — с фамилией и датами жизни его дочери; также и на других памятниках надписи расположены по фасадной и тыльной сторонам. На надгробии Я. К. Уткина есть еще фамилия и фотография М. Н. Кедровой (Кедровы — распространенная священническая фамилия), ее отчество может указывать на связь с Уткиными…