Поиск

Четыре дома-старожила

Четыре дома-старожила

Особняк со скругленными углами на фоне советской многоэтажки 1940 года. Фотография О. П. Ануриной


Парадный фасад особняка. Фотография О. П. Ануриной

Из истории улицы Большая Полянка.

Если смотреть на Большую Полянку с Малого Каменного моста, взору предстают в основном многоэтажные советские дома. Да, облик улицы сильно изменился после реконструкции Москвы 1935 года. Однако некоторые дореволюционные здания на начальном отрезке Большой Полянки все же сохранились. Предлагаю читателям познакомиться с ними поближе.

Особняк со скругленными углами (№ 2)

Четная сторона начинается с прекрасного особняка, который выступает единственным представителем старой улицы на ее советском участке и как будто приветствует путешественника, начинающего свой неторопливый путь по исторической Полянке. Это двухэтажное здание появилось в конце XVIII века, когда в одно владение объединили два соседних участка и их новый хозяин решил построить большой главный дом. От прежних владельцев в усадьбе остались каменные палаты и небольшое Г-образное деревянное строение на каменных погребах 1773 года, стоявшее на углу Большой Полянки и проезда к Якиманке (Водоотводного канала и его набережных тогда еще не было). Палаты включили в западную часть сооружаемого особняка. Г-образное строение имело скругленный угол с равноконечными крыльями по линиям улицы и проезда, что свойственно раннему классицизму. Этот угол предопределил облик главного дома, при возведении которого использовали цокольный этаж и заимствовали структуру прежнего здания. Для соблюдения симметрии западную часть особняка снабдили аналогичным скругленным углом.

В 1783–1786 годах прорыли Водоотводный канал, поэтому парадный фасад усадебного дома развернули в сторону формировавшейся набережной. Тогда на Болотном острове еще не существовало плотной застройки, и из окон верхнего этажа открывался неплохой вид на Кремль. Фасад украсили изящным портиком с тосканскими пилястрами, но особую грацию зданию придавали скругленные углы. «Мощные скругления, подчеркивая замкнутость и пластическую силу объема, отвечают в то же время градостроительному требованию классицизма о закреплении угла квартала. Развитие композиции здания по горизонтали позволяло сохранить доминирующее значение стоявшей за ним церкви Космы и Дамиана в Кадашах. Первоначально к скругленным углам примыкали маленькие круглые балконы на ионических колонках, вносившие в строгий облик классического здания элементы нарядности и интимности» (список цитируемых источников см. в конце).

Мы не знаем, кто владел усадьбой на исходе XVIII столетия. Имя архитектора главного дома тоже забыто потомками. Однако нам не запрещено задаваться этими вопросами и строить на сей счет предположения. Итак…

После переноса столицы из Москвы в Петербург в начале Большой Полянки селились представители военной знати. Эта часть Замоскворечья считалась престижной из-за близости Кремля, а после устройства Водоотводного канала цены на недвижимость в округе и вовсе взлетели. Заказчиком строительства здесь мог являться только состоятельный человек, вероятнее всего, дворянин. Напомню, что на противоположной стороне Большой Полянки в то время жили Прозоровские и Трубецкие. Возможно, хозяин элегантного особняка со скругленными углами не уступал соседям в статусе.

Имя создателя дома еще долго останется загадкой для исследователей, но в путеводителях нередко указывается, что проект выполнил архитектор круга В. И. Баженова. Иные даже приписывают авторство самому мэтру московского классицизма. Подобные версии имеют право на существование, поскольку свою работу зодчий выполнил блестяще — не только возвел приятное глазу здание, но и умело решил возникшие при этом градостроительные задачи. Особняк украсил угол Большой Полянки и набережной Водоотводного канала и, можно сказать, оформил парадный въезд на улицу со стороны Малого Каменного моста. Напротив стоял не менее привлекательный баженовский особняк Прозоровских. Два дома играли роль своеобразных въездных пилонов. Также архитектору требовалось вписать здание в окружающую застройку. В соседнем владении вздымалась многоярусная колокольня храма Космы и Дамиана. Было необходимо, чтобы дом со скругленными углами смотрелся рядом с ней гармонично, но одновременно не отвлекал взор от архитектурной доминанты Большой Полянки.

В пожаре 1812 года усадьба уцелела и обошлась без существенных перестроек. Авторы книги «Архитектурные прогулки по Москве» утверждают, что «в 1817 году оба фасадных угла были отмечены круглыми балконами, стоявшими на парных ионических колонках малого ордера». В 1820-х годах флигель, примыкавший к главному дому с западной стороны, надстроили до общей высоты здания, сделав его частью правого крыла. Таким образом, в начале XIX века особняк на набережной серьезно увеличился в размерах. До революции значительных изменений он не претерпел. В середине XIX столетия исчезли круглые балкончики, придававшие ему дополнительное изящество. Вероятной причиной потери можно назвать одну из реконструкций, в результате которой левый балкончик заступил за красную линию: этот балкончик (а ради сохранения симметрии — и правый) пришлось убрать.

После 1812 года хозяевами усадьбы числились купцы Рыловы — сначала Степан Макарович, а потом его сыновья Григорий и Спиридон Степановичи. В 1820 году «Московские ведомости» писали: «Купцы 1-й гильдии Григорий и Спиридон Рыловы честь имеют известить господ, имеющих с ними торговые дела, равно и прочих, до кого касаться может, что с дозволения Правительства открыт ими торговый дом под фирмою: братья Г. и С. Рыловы, в собственном их доме, состоящем в Москве Якиманской части 6-го квартала под № 594». Купцы владели стекольным заводом возле деревни Бабынино Рязанской губернии (в настоящее время — Шатурский район Московской области), где, по подсчетам местных краеведов, ежегодно выпускалось 775 тысяч винных бутылок, 8 тысяч штофов, 600 тысяч полуштофов, 25 тысяч «четвертушек». В 1834 году братья удостоились звания потомственных почетных граждан. Писатель и этнограф П. И. Мельников, перечисляя в книге «Исторические очерки поповщины» старообрядческие молельни в домах богатых московских купцов, называет и «дом <…> Григорья Степановича Рылова за Большим Каменным мостом в Якиманской части». Кроме того, имена Рыловых значатся в синодиках церквей Рогожского кладбища, из чего следует вывод: семья была старообрядческой.

Следующим владельцем усадьбы стал купец Григорий Котов. Именно при нем главный дом перестроили и убрали оригинальные балкончики, примыкавшие к скругленным углам.

Во второй половине XIX века особняк приобрел купец 1-й гильдии Абрам Хаимович Хаймович, организовавший на Большой Полянке небольшую фабрику жестяных и медных изделий. Он также купил соседнее владение, и его обширная усадьба стала граничить с двором храма Космы и Дамиана. Позади главного дома вдоль улицы Хаймович приказал возвести трехэтажное здание (Большая Полянка, 2, строение 2), помещения в котором сдавались внаем. Внизу расположились лавки и магазины, на втором и третьем этажах — квартиры. Первоначально между двумя домами находился въезд на усадебную территорию: в особняк попадали не с улицы или набережной, а с просторного двора. Впоследствии въезд застроили дополнительным объемом.

В конце XIX века во владении А. Х. Хаймовича жили фольклорист, этнограф, языковед, археолог, профессор Московского университета В. Ф. Миллер и литературовед, этнограф Е. А. Ляцкий. В конце XIX века до переезда на Малую Ордынку в собственное здание арендатором Хаймовича на Большой Полянке выступала частная женская гимназия О. Ф. Протопоповой.

С 1897 года хозяевами владения числятся уже Хаим Абрамович Хаймович и Герман Леонтьевич Розенберг. Вероятнее всего, купец умер и оставил свою обширную усадьбу сыну, который продал часть строений компаньону. Г.Л. Розенберг — врач, специалист по нервным и женским болезням — принимал пациентов здесь же, на Большой Полянке. После смерти Абрама Хаимовича фабрику жестяных и медных изделий закрыли, производственные корпуса перестроили и сдавали в аренду. В конце XIX столетия на набережной Водоотводного канала возвели еще одно здание.

Адресные книги Москвы начала XX века называют владельцами усадьбы Д. Б. Левина и Н. В. Зака. Давид Беркович состоял во 2-й купеческой гильдии и торговал дровами. Нахим Вульфович был доктором медицины, профессором Московского университета, автором работ по детскому и школьному воспитанию. Возможно, в доме на Большой Полянке гостили знаменитые друзья Зака — педиатр Е. А. Покровский и врач-гигиенист, пионер гигиены в России Ф. Ф. Эрисман.

Перед революцией часть особняка сдавалась в аренду. Там располагались реальное училище Н. М. Урвачева, магазин аптекарских и парфюмерных товаров, молочный магазин Чичкина, табачная и писчебумажная лавка Абрамова, шляпный магазин Соколова. В других зданиях усадьбы помещения арендовали предприниматели Чугунова (кофейная торговля), Акимов (продажа обуви) и Рябинин (парикмахерская).

В советское время после реконструкции Большой Полянки из всех домов в начале улицы сохранились только здания бывшего владения Д. Б. Левина и Н. В. Зака. Интерьеры особняка несколько раз менялись. В 1974 году его включили в единый государственный реестр объектов культурного наследия. Старожилы Замоскворечья наверняка помнят размещавшуюся здесь популярную чебуречную. На закате советской эпохи поговаривали о передаче особняка Третьяковской галерее. В 1990-х годах здание занимал банк «Менатеп». Строения разных лет образовали позади главного дома между двумя ризалитами уютный дворик, в который выходили два красивых палладианских окна. В наши дни дворовое пространство забрано стеклянным корпусом.

Особняк со скругленными углами является памятником архитектуры федерального значения. Издалека он представляется приземистым и даже немного тучным. Неоднократные подсыпки грунта для защиты от наводнений, расширения и укрепления набережной Водоотводного канала привели к тому, что дом буквально врос в землю, а окна нижнего этажа оказались на уровне тротуара. Теперь, чтобы войти в парадную дверь, необходимо спуститься по ступеням в приямок. Современным жителям Москвы остается только воображать, каким стройным было здание в XVIII веке и насколько гармонично выглядело начало улицы, когда на левой ее стороне стоял дворец Прозоровского, декорированный пилястрами, а на правой — созвучный ему дом с римско-дорическим пилястровым портиком…