Поиск

Лесная сокровищница столицы

Лесная сокровищница столицы

А. К. Саврасов. Лосиный остров в Сокольниках. Холст, масло. 1869 год


Ондатры. Фотография В. В. Солодушкина

О прошлом и настоящем национального парка «Лосиный Остров».

Национальный парк «Лосиный Остров» — крупнейший лесной массив Москвы, раскинувшийся на территории 125 квадратных километров от районов Сокольники и Гольяново до городов‑спутников — Мытищ, Королева, Щелково, Балашихи. Его растительный и животный мир богат и разнообразен. Здесь проложены асфальтовые дорожки и экологические тропы, устроен дендрарий, действуют биостанции и музеи, проводятся увлекательные экскурсии. Таков «Лосиный Остров» в наши дни. История же этих мест уходит в седую древность.
* * *
С XI века на землях Лосиного Острова оседает племя вятичей. Они создают множество небольших обнесенных частоколом поселений и постепенно ассимилируют прежних жителей — финно‑угорские и балтские племена. В дремучих лесах места хватало всем, а мирное взаимодействие помогало выжить в суровых условиях. Впервые земли, которые в XX веке войдут в границы национального парка, упоминаются в духовной грамоте Ивана Калиты (1339) как «Васильцев стан» — по имени некоего бортника Василия. Со временем эти края сделались охотничьим угодьем князей и царей. Посол Священной Римской империи в Московии Сигизмунд Герберштейн писал, что по завершении переговоров «государь всея Руси» Василий III приглашал иноземных гостей поохотиться здесь. В 1564 году Иван Грозный на восточной окраине будущего Лосиного Острова добыл медведя. Постепенно сложилось название местности — Погонный (от «гон» — псовая охота) Лосиный (обилие лосей) Остров (так называли лес, окруженный полем)1. Частью угодий являлась и Лосиная (Оленья) роща в Сокольниках, в которой царь Алексей Михайлович, страстный любитель «полеванья», повелел устроить лосиный амбар с загоном и кормушками. По его же указу в верховьях Пехорки, в Алексеевской роще, возвели терем, скотный двор, мастерские, насадили липовых деревьев. Государь часто отправлялся сюда со свитой из летнего Преображенского дворца. Охотничьи угодья, входившие в состав Лосиного Острова, были приписаны к дворцовому селу Алексеевскому. Молодой Петр I охоте предпочитал воинские занятия с преображенцами. Недовольные этим бояре из окружения вдовствующей царицы Натальи Кирилловны попытались все же приобщить его к любимой отцовской забаве: дескать, царское развлечение — охотиться, а не солдат муштровать. Любя мать, Петр уступил, но как! Заехав в дебри Лосиного Острова, он приказал боярам отпустить псарей и взяться за дело самим. Знатные мужи к этому оказались непривычны, гончие разбежались или полезли под лошадей, те понесли, горе‑охотники попадали с седел, царь же от души веселился. Наутро Петр Алексеевич разослал приближенным приглашения собраться теперь на соколиную охоту. Вельможи, опасаясь за свою жизнь, сказались больными. На том кончился спор, и царь вернулся к преображенцам, заметив, что его дело — военную мощь России крепить, а охота — удел холопов и псарей2. Летний Преображенский дворец Алексея Михайловича Петр подарил вдове своего царственного брата Ивана Прасковье Федоровне. В Лосиный Остров выезжала на охоту будущая императрица Анна Иоанновна, а чуть позднее — Елизавета Петровна. В конце XVI — начале XVIII века неподалеку от современной Балашихи часть лосиноостровских земель со стоящими на них селами Арсентьево и Пехра-Покровское скупил Александр Данилович Меншиков, которому Петр отдал отцовский охотничий терем. Светлейший князь объединил свои приобретения в единое владение, назвав его в честь наследника престола Алексеевским, и построил там дворец. После низвержения А. Д. Меншикова (1727) запустевший со временем дворец был разобран. Из его материала по проекту архитектора О. И. Бове возвели каменную Покровскую церковь.
* * *
Исстари в селе, получившем название Мытище (затем — Большие Мытищи), с купеческих караванов собирали торговую пошлину («мыт»). Была и деревня Малые Мытищи, которая до второй половины XVIII века именовалась Новоселками. В 1812 году она сгорела при отступлении русских войск, позднее застраивалась дачами, в XX веке вошла в состав Москвы и уступила место массовой многоэтажной застройке (1960). По легенде, когда‑то в землю Больших Мытищ ударила молния, после чего там забил ключ чистейшей воды, прозванный Громовым. Вскоре в селе образовалось множество других родников. По свидетельству очевидцев, высота природных фонтанов достигала в иных местах 3 метров. Москва между тем все острее нуждалась в новых источниках питьевой воды. Опять же по легенде, однажды императрица Екатерина II, испив из Громового ключа, повелела приступить к разработке проекта водопровода из Мытищ (1778). Этим занимался инженер генерал‑поручик Ф. В. Бауэр. Строительство начали в 1779 году. Вода собиралась в каменные и деревянные бассейны и самотеком отправлялась в Москву, для чего были сооружены глиняные и кирпичные каналы и акведуки (из последних до нас дошел только Ростокинский). Заработал водопровод при императоре Александре I в 1804 году. 30 лет спустя систему отремонтировали и модернизировали — соорудили насосную станцию, водоподъемную башню, часть труб заменили чугунными. Совершенствование Мытищинского водопровода продолжалось вплоть до XX столетия. Его участок, проходящий по территории Лосиного Острова, служит и поныне. Над Громовым ключом (бассейном № 1) в 1832 году поставили надкладезную часовню (разрушена в 1920‑х)3.
* * *
При Павле I порядок использования Лосиного Острова — «государевой заповедной рощи» — строго регламентировали: всю совокупность входящих сюда лесных угодий передали в ведение казны, организовали топографическую съемку (1799). В 1804 году вышло «Положение о лучшем сбережении ближайших к Москве шести казенных рощ и об утверждении в них лесного хозяйства». Лес разбили на квадраты со стороной в одну версту, прорубили просеки и установили по периметру сторожки. Еще раньше Лосиноостровскую лесную дачу оградили межевой канавой и земляным валом. В 1842 году здесь учредили лесничество, и вскоре специалисты занялись высаживанием новых деревьев, преимущественно сосен, разбавляя и облагораживая ими существующий березово‑еловый массив. По мнению ученых, в древнем русском лесу среди лиственных деревьев доминировала не береза, а липа. Именно она шла в первую очередь на изготовление домашней утвари. Из липового лыка плели лапти, короба, рогожи, липовый цвет заваривали как чай, из липовых орешков выжимали масло, толченый лист добавляли в муку, липовыми медом и отварами лечили простуду, а распаренную кору дерева прикладывали к больным суставам. Возможно, по причине столь интенсивного использования, а еще из‑за медленного самовозобновления липа уступила первенство березе, самосевная поросль которой куда быстрее захватывает жизненное пространство. Хотя естественный липовый лес на достаточно большой площади в Лосином Острове существует и сегодня4.
* * *
С запада граница Лосиного Острова пролегает по Ярославскому шоссе. Эта дорога в старину называлась Троицким трактом. По нему скакал к Сергию Радонежскому за благословением на битву с Мамаем Дмитрий Донской, в Свято-Троицкую лавру на богомолье отправлялись великие князья и цари, порой проделывая часть пути пешком, у Ростокина толпы москвичей кланялись в ноги Ивану Грозному, возвращавшемуся после взятия Казани, здесь проходили ополченцы Минина и Пожарского, бежал из Москвы Петр I в дни стрелецкого бунта… Вдоль тракта возникали царские села Алексеевское (вблизи нынешней станции метро «ВДНХ») и Тайнинское5. Оживленный тракт, соединявший Москву с северными и северо‑восточными землями, далеко не всегда был безопасным для путешественников. В Смутное время на нем промышляли грабежом казаки, а в XVIII веке — атаманша Танька Ростокинская, скрывавшаяся со своей бандой после налетов в чащобах Лосиного Острова6…