Поиск

Серебряный Бор

Серебряный Бор

Серебряный Бор осенью. Фотография С. И. Семашко. Октябрь 2014 года


Журавли в Серебряном Бору. Фотография иерея Максима Массалитина. 2008 год

Об уникальном московском памятнике природы.

Живописный природный уголок на северо-западной окраине Москвы с романтическим названием «Серебряный Бор» издавна любим москвичами. Это не разбитый по замыслам ландшафтных архитекторов парк, а остаток древнего соснового леса, который шумел здесь много веков назад и постепенно исчез по мере освоения земель. Хотя нынешний Серебряный Бор на треть застроен дачами, в нем и сегодня можно обрести уединение, слившись душой с лесом, рекой, озером, растворясь в дуновениях ветерка и щебете птиц…

* * *

Неся свои воды от Рузы и Можайска, Москва-река петляет, образуя внутри столицы несколько излучин. Одна из них обрамляет заросший соснами полуостров Серебряного Бора. Предполагают, что своим происхождением топоним обязан серебристого цвета мху, ковром устилавшему почву под зелеными великанами. По другой версии, некогда этими землями владел легендарный князь Серебряный, боярин из рода Оболенских, — отсюда название и пошло. Существует предание, согласно которому, окрестила реликтовый лес Серебряным Бором императрица Екатерина II, залюбовавшись однажды его зимней красотой.

Более точно прослеживается этимология названий окрестных поселений. Например, Карамышево хранило память о выходце из Орды Карамыше, поступившем на службу к московскому князю в начале XV века и ставшем родоначальником семьи бояр Карамышевых. В округе было распространено рыболовство — так появились Мневники, где жили рыбаки-мневники, чьей основной добычей являлся налим (мень, или «рыба-мни»). В Строгино рыбу промышляли острогой. Топоним «Щукино» тоже говорит сам за себя.

По соседству с Серебряным Бором стояло село Хорошево, вокруг которого вырастали небольшие деревушки и рыбацкие слободы. Село изначально принадлежало московским властителям, начиная с Дмитрия Донского. Иван III устроил здесь первый на Руси конный завод и отвел ему пастбища в излучине Москвы-реки. Борис Годунов велел возвести в Хорошеве храм Живоначальной Троицы — выдающийся памятник русского зодчества конца XVI века (трапезная и колокольня храмового ансамбля появились позже.) На холме рядом с храмом высился царский дворец. В нем государи отдыхали после охоты, принимали иноземных гостей, которые дивились красоте палат и окрестностей, добавляя, что «Хорошево» означает «красивое». В межевой грамоте, датированной началом XVII столетия, встречается упоминание «Серебряного оврага», будто находившегося в тех местах.

В старину на окраине Хорошева была слободка Конюшки, где разводили лошадей. В XVIII веке на базе старых дворцовых конюшен задумали создать крупный племенной завод. В Конюшках построили новые конюшни, амбары, кузницу, другие хозяйственные здания (остатки кирпичной въездной башни екатерининской эпохи дожили до наших дней). По численности населения Конюшки даже на какое-то время обогнали Хорошево. Но в XIX столетии деятельность завода постепенно угасла, помещения отдали под военно-интендантский склад, площади — артиллеристам, а в селе расквартировался сформированный еще Суворовым прославленный Фанагорийский гренадерский полк. Конюшки даже называли Солдатской слободой. Интересно, что сейчас в Серебряном Бору заканчиваются троллейбусные маршруты, а до революции именно Конюшки являлись конечной станцией московских извозчиков — за слободу они уже не возили, и пассажирам приходилось нанимать гужевой транспорт «дальнего следования».

Еще одно село близ Серебряного Бора принадлежало сначала видному боярину Б. М. Лыкову, правнуку князя И. В. Оболенского по прозвищу Лыко (не поэтому ли предание связало Серебряный Бор с князем Оболенским-Серебряным?) После смерти Лыкова его владения вернулись в казну, а потом, в петровские времена, перешли к Нарышкиным, которые возвели в селе каменную Троицкую церковь — удивительный архитектурный шедевр в стиле нарышкинского, или московского барокко. По храму и имени прежнего владельца село стало называться Троице-Лыково.

Через Серебряный Бор проходила дорога на Звенигород. По ней царь Алексей Михайлович со свитой не раз пешком следовал в Саввино-Сторожевский монастырь на богомолье. Легенда гласит, что однажды в пути уже в окрестностях Звенигорода некий монах спас царя от разъяренного медведя. Чернец назвался Саввой из здешней обители и исчез. Позже Алексей Михайлович с изумлением узнал своего спасителя на одной из икон преподобного Саввы Сторожевского — основателя монастыря. Спустя несколько лет царь отвел для любимой им соколиной охоты лесной массив Серебряного Бора, а дорогу перенес.

* * *

Дач в Серебряном Бору до конца XIX века не было — только в Конюшки на лето приезжали семьи офицеров, служивших в стоящих рядом воинских частях. Однако интерес горожан к проживанию летом на природе отмечал уже Н. М. Карамзин, подчеркивая их особое внимание к «западной стороне ближайших московских окрестностей».

В начале XX века поблизости от бора пролегла Окружная железная дорога. Станция у села Всехсвятское получила название «Серебряный Бор». Вокруг нее вырос первый дачный поселок — Всехсвятский Серебряный Бор. Лес в излучине Москвы-реки у Хорошево стали делить на участки, когда рядом проложили шоссе. Их продавали или сдавали в аренду по 40–50 копеек за квадратную сажень. Это было недешево, но желающих оказалось много. Врачи подтверждали целебность воздуха Серебряного Бора, напитанного ароматом сосен и речной свежестью. Чуть ли не первым построил для себя в Хорошевском Серебряном Бору особняк генерал-губернатор Москвы великий князь Сергей Александрович Романов. Одна за другой вырастали дачи представителей московской знати и крупных предпринимателей — Морозовых, Рябушинских, Баевых, Бахрушиных, Сорокоумовских. Появились детские площадки, летний театр.

Но вскоре грянула революция, власть поменялась, и дачи в Серебряном Бору заняли новые именитые москвичи. Река к тому времени сильно обмелела, ее воды отравили промышленные и бытовые отходы. В ходе сооружения канала Москва — Волга полуостров Серебряный Бор превратился в остров. Была устроена водная трасса, спрямившая излучину и на восемь километров сократившая судовой ход для речного транспорта. Наполнившаяся волжской водой Москва-река вновь сделалась судоходной, превратив столицу в порт пяти морей. Село Карамышево растворилось в разросшемся городе, но осталось в именах набережной, проезда и гидроузла. Свыше 100 хозяйственных и прочих построек из зоны затопления пришлось перенести. Так возникли Нижние Мневники, вскоре также вошедшие в черту Москвы. В 1937 году отрезанный водой канала Серебряный Бор соединил с Новохорошевским шоссе (ныне проспект Маршала Жукова) однопролетный арочный Хорошевский мост. Другой мост, через Москву-реку, получивший название «Живописный», появился рядом в 2007‑м при строительстве скоростной автодороги. Это — стальная арочная вантовая конструкция с размещенной под сводом стеклянной капсулой смотровой площадки, похожей на «летающую тарелку». За создание проекта моста архитектор Н. И. Шумаков удостоился международной премии. А в старину через реку переправлялись по наплавному мосту и держали путь дальше, на Звенигород.

В годы Великой Отечественной войны на территории Серебряного Бора комплектовалась 3-я ударная армия, победоносно дошедшая от Москвы до Берлина. Ее путь лежал через Идрицу, поселок в Псковской области, где в июле 1944 года развернулись ожесточенные бои. За успешное проведение наступательной операции трем дивизиям армии присвоили почетное название «Идрицкая». Имя 150-й Идрицкой дивизии, чьи воины брали Рейхстаг, начертано на Знамени Победы. В память о героизме бойцов и командиров 3-й ударной армии в Серебряном Бору сооружен мемориал, рядом с которым установлена пушка ЗИС-3. Напротив у здания военкомата застыл на пьедестале тяжелый танк ИС-2М, напоминающий, что прославленный 1-й танковый корпус, бивший врага под Сталинградом, на Курской дуге, в Белоруссии и Восточной Пруссии, также формировался здесь.

После войны в Серебряном Бору решено было создать места для купания, водноспортивные сооружения и ландшафтный парк. В середине 1950-х годов на этой территории осушили около сотни болот, намыли песчаные пляжи, расчистили находящееся в центре парка Бездонное озеро, увеличив его площадь впятеро, построили летний кинотеатр, провели благоустроительные работы.

* * *

В 1991 году Серебряный Бор получил статус памятника природы регионального значения и особо охраняемой природной территории (ООПТ) с включением его в состав природно-исторического парка «Москворецкий». Четыре года спустя были приняты Федеральный закон «Об особо охраняемых природных территориях», постановление Правительства Москвы «О комплексном развитии и системе управления территории “Серебряный Бор”»; в 2001 году — Закон города Москвы, определяющий статус ООПТ в столице; в 2004-м — постановление «О памятниках природы в городе Москве»; в 2005-м — положение «О памятнике природы “Серебряный Бор”» и ряд других документов. Задолго до этого москвичи поняли, что экологически чистые районы города и ближнего Подмосковья расположены к западу и юго-западу от ядра мегаполиса: в них чище воздух и значительно меньше загрязнена Москва-река, объем грузовых перевозок по которой к тому же сейчас сократился. На заповедном острове находились дачи старых большевиков, вое­начальников, чинов силовых ведомств, деятелей Большого театра, МХАТа, сотрудников ряда посольств. Интерес к дачному отдыху в Серебряном Бору продолжал расти — и не только у столичной элиты.

Половина дачной территории состоит в ведении АО «Мосдачтрест». Еще не так давно жители города, внося посильную арендную плату, могли снимать в Серебряном Бору дачи на лето. Теперь здесь сдаются дорогие коттеджи, оборудованные всеми необходимыми коммуникациями. Всего же в Серебряном Бору около 200 дач, два санатория, четыре водно-спортивные базы; имеются также причалы, спасательные станции, современный отель.

Площадь лесопарка занимает 328 гектаров и поделена на пять зон. Дачные участки Хорошевского Серебряного Бора (126 га) расположены в охранной зоне природной территории. Они не подведомственны ГПБУ «Мосприрода» и для любителей натурного отдыха, как и для тех, кто серьезно занимается изучением наших лесов, полей и рек, интереса не представляют. Вторая зона — административно-хозяйственная (6,5 га). Оставшаяся часть острова — это заповедная (95 га), рекреационная (42 га) и прогулочная (59 га) зоны.

Заповедная земля Серебряного Бора предназначена для проведения научно-исследовательских работ, в том числе направленных на сохранение уникальной экосистемы территории природного памятника. Специалисты наблюдают его состояние, организуют мероприятия по сбережению флоры и фауны, лечат больные деревья, развешивают кормушки и домики для птиц, а также разрабатывают экскурсионные маршруты и обустраивают экологические тропы. Дирекция вместе с Серебряноборским лесничеством проводит высадку сосновых саженцев, спиливание засохших верхушек сосен. Казалось бы, количество деревьев могло бы восстанавливаться и самосевом. Но нет — едва проклюнувшиеся побеги гибнут под ногами посетителей и дачников. К сожалению, условия пользования особо охраняемой территорией не всеми соблюдаются — да и не всем известны. Природе вредят шум и гарь от проезжающих автомобилей, а ведь рядом через тот же Живописный мост проходит вылетная магистраль на Новую Ригу.

В Серебряном Бору высаживать можно не всякие растения — далеко не с каждым видом способны соседствовать местные старожилы. Например, желтая акация мешает соснам, канадские клены вытесняют своих российских собратьев, декоративная трава — чернику и ландыши.

Сосны Серебряного Бора — потомки первичного леса, выросшего когда-то на наносном песке в пойме Москвы-реки. Им в основном по 100–150 лет. Срок жизни сосны обыкновенной не превышает трех столетий. Это хвойное дерево, как известно, выделяет биологически активные вещества — фитонциды, убивающие болезнетворные микробы. Только один гектар соснового леса задерживает в год до 36 тонн пыли из воздуха, выделяет 540 килограммов кислорода и ежедневно обогащает атмосферу пятью килограммами фитонцидов. Поэтому именно на территории Всехсвятского Серебряного Бора еще до революции открылся первый детский противотуберкулезный санаторий. Ныне в Серебряном Бору действуют две здравницы. В ограниченном со всех сторон водами Москвы-реки и канала лесном массиве — повышенная влажность, что вкупе с сосновыми испарениями создает особый микроклимат.

Серебряный Бор — это не только сосны. На невысоких грядах, отмелях и песчаных террасах (местами рукотворных) встречаются лиственница, береза, дуб, липа, ольха. Они органично вписываются в пейзаж острова: трудно догадаться, что их наличие — результат человеческой деятельности. Там, где коренные деревья не могли вырасти естественным путем, осуществлялось планомерное лесовосстановление. Высаживались в разное время липы, дубы, ивы и, конечно, молодые сосны. Особо стоит сказать о древесных интродуцентах («переселенцах» из других местностей) — маньчжурском орехе, вязе, лиственнице, некоторых видах лип и дубов.

Сосновые боры разделяют по растущим в них ягодным кустарникам (черничники, брусничники). Есть на острове боры сложные, мелкотравные и широкотравные, с примесью лиственных пород искусственного происхождения. Налетающий с реки ветер гнет деревья, и они склоняются над тропой, привечая гостей.

Посадки разных лет расположились двумя ярусами под пологом соснового бора. Молодые сосны — их средний возраст не превышает 50 лет — высажены небольшими полянками. Они занимают верхний ярус вместе с липами и кленами. Причем один из видов кленов, ясенелистный (или канадский), повел себя агрессивно, вытесняя своей быстро поднимающейся порослью местный травяной покров. Поэтому посадки кленов были прекращены. Между тем одних трав в Серебряном Бору насчитывается свыше 360 видов.

Нижний ярус облюбовали небольшие деревья и кустарники, привычно дополняющие наши сосновые леса: рябина, черемуха, крушина, лещина, жимолость, бересклет, свидина (дерен), заметная ранней весной своими алыми прутьями. Есть и плодово-ягодные породы: вишня, смородина, ирга, облепиха, арония, а также декоративные — барбарис, кизильник. Неприхотливый снежноягодник быстро разрастается и уже с конца августа радует глаз белыми пузырчатыми гроздьями, которые могут висеть на кустах чуть ли не всю зиму. Чубушник — его по ошибке часто называют жасмином — дарит гостей парка ароматом своих цветов, вряд ли чем настоящему жасмину уступающим. Благоухает спирея. И какой же май без сирени!

Неравнодушные к родной природе и особенно к московским лесопаркам люди высказывают опасения, что за достигшими приличного возраста соснами Серебряного Бора не видно подрастающий смены, и лес через несколько десятилетий может сильно поредеть. Действительно, повод для беспокойства есть, но планомерные посадки и непрерывное наблюдение за экологической ситуацией позволят снизить указанные риски. Подрост присутствует на 90 % территории, имея все шансы выйти в первый ярус и сменить состарившиеся деревья. Кроме сосны, это липа, ясень, вяз, ива, клен, дуб и орех. Разрастающийся подлесок порой мешает возобновлению сосен, а травянистый покров местами отдыхающие попросту вытаптывают вместе с проклюнувшимися побегами самосева. Лишнюю поросль там, где это дозволено (вне пределов заповедной зоны), вырезают, обнажившиеся корни присыпают древесной щепой. С посетителями ведут разъяснительную работу, размещают вдоль троп и прогулочных дорожек информационные щиты, устраивают бесплатные экскурсии для тех, кто хочет больше узнать о Серебряном Боре, его флоре и фауне.

Животный мир острова разнообразен. Водятся ондатры, ежи, белки, зайцы, несколько видов мышей, за которыми охотятся ласки и забегающие из соседних участков лесничества лисы, горностаи, хорьки. Летом с наступлением сумерек в воздухе может промелькнуть рыжая вечерница — представитель семейства летучих мышей. Птицам в многоярусном лесу — раздолье. Снегири, синицы, дрозды, поползни, зарянки, зяблики, щеглы, мухоловки, вертишейки, иволги, горлицы, сойки, кукушки… Повезет, если заметишь ястреба, сокола, сову — редких обитателей здешних мест. Говорят, парил как-то над островом черный коршун, считающийся в Москве исчезнувшим видом. Кроме привычных большого и малого пестрого дятлов, можно увидеть дятла черного — желну. Всего на острове селится около 90 видов птиц, 53 из которых включены в Красную книгу Москвы. Конечно, есть и представители «серого братства» — воробьи и вороны. От последних страдают гнезда многих пернатых, да и белкам приходится туго. Забредающие бездомные собаки тоже наносят урон местному зверью и гнездящимся на земле птицам…