restbet restbet tv restbet giriş restbet restbet güncel restbet giriş restbet restbet giriş restizle betpas betpas giriş pasizle betpas betpas giriş pasizle iskambil oyunları rulet nasıl oynanır blackjack nasıl oynanır

Поиск

Промышленники, коммерсанты, библиофилы

Промышленники, коммерсанты, библиофилы

Николоямская улица, 53. Главный дом усадьбы (1836 год). Фотография автора. 2016 год. В 1830–1840-х годах усадьба принадлежала Павлу Назаровичу Рогожину


Дом 25–27, стр. 10 по Новинскому бульвару, (1830–1840-е годы, перестраивался во второй половине XIX века, 1980-х годах). Фотография автора. 2018 год. С 1880-х по 1914 год дом принадлежал Николаю Павловичу Рогожину и его наследникам

О московской купеческой династии Рогожиных.

Основатель династии Назар Антонович Рогожин (1764 — после 1830) был записан в Алексеевскую купеческую слободу Москвы 28 мая 1797 года1. Успешная торговля текстильным товаром, в том числе шелковыми тканями, позволила ему скопить приличный капитал. К 1826 году он являлся купцом 2-й гильдии и владел домом близ Таганки2.

Рогожины принадлежали к одной из крупнейших московских общин старообрядцев-беспоповцев. Возникла она вокруг Преображенского кладбища (1771) в среде последователей Феодосия Васильева (1661–1711)3. Сплоченные и трудолюбивые федосеевцы оказывали друг другу финансовую помощь, выдавая беспроцентные, а порой и безвозвратные кредиты из капитала, пополняемого взносами общинников4. Это подготовило хорошую почву для открытия сыновьями Назара Антоновича Николаем (1795–1870) и Павлом (1801–1865/1866) Рогожиными собственного дела, успешности которого немало способствовало следующее обстоятельство.

В 1820 году в Россию попал первый жаккардовый ткацкий станок, куп­ленный правительством за границей и выставленный в Москве на всеобщее обозрение. Напомним, что французский инженер Ж.-М. Жаккар, изобретя этот станок, произвел переворот в шелкоткачестве. Ранее для изготовления узорчатой материи требовалось незаурядное искусство ткача и кропот­ливый труд работниц-«дергальщиц»5. Жаккар, создав программирующее устройство (первую в мире перфокарту!), сумел значительно автоматизировать процесс. Первоначально станок имел распространение в Европе, у наших же фабрикантов он до поры интереса не вызывал, поскольку отсутствовали специалисты по его сборке, наладке и эксплуатации6. Так продолжалось до 1823 года, когда в Москву приехал «берлинский уроженец Карл Каненгисер — мастер, который сам занимался долгое время на разных лионских, берлинских и венских фабриках шелкодельным производством и привез в Россию модель усовершенствованного жакардового станка»7. Ее он продал Рогожиным и заключил с ними контракт, обязуясь построить и запустить еще несколько ткацких «снарядов». Оборудование братья разместили на арендованной фабрике Бирюковых в местности Сыромятники на правом берегу Яузы. С этого момента началось победное шествие изобретения Жаккара по России8.

Кроме того, Рогожины на своем предприятии наладили работу «десеневых машин» — агрегатов для изготовления рисуночных картонов. С помощью выписанного из Вены «красильного мастера италь­янца Пелегрини» был усовершенствован сложнейший процесс крашения шелка9. Рогожинская фабрика стала образцовой, и неслучайно в 1829 году ее не преминул посетить прибывший в Мос­кву с визитом персидский принц Хозрев-мирза10.

Расширяя производство, братья в 1826 году приобрели старейшую и некогда славную шелковую мануфактуру Лазаревых в селе Фряново Богородского уезда11. Фабрика в достатке обеспечивалась лесом (главным тогда топливом) и водой. Нити изготавливались вручную на «карасях» — приспособлениях для размотки, трощения (объединения нескольких нитей в одну) и кручения шелка12. Большая часть станков простейшей конструкции находились в домах ткачей, берущих сырье в раздаточной конторе и приносивших туда же готовый продукт. Наряду с шелковыми Рогожины по заказу выпускали и хлопчатобумажные ткани. Новшеством стала крытая отапливаемая галерея с быстрым током воды для промывки ситцев — раньше ситцы мыли на реке.

Внедряли Рогожины и устройства для автоматической набивки тканей с помощью цилиндров с выгравированным рисунком13. Это было отмечено в ходе московской мануфактурной выставки 1831 года высшей наградой — правом изображать на изделиях и вывесках государственный герб14. Ассортимент представленной братьями продукции отличался разнообразием: московская фабрика специализировалась на плотных шелковых тканях — таких, как гроденапль, атлас, бархат; во Фрянове выпускались легкие материи газового переплетения (газ-рис, газ-марабу), ткани хлопчатобумажные (буфмуслин, кисея) и смешанные (поплин, пальмерин).

Около 1831 года братья покинули Сыромятники, сосредоточив все внимание на фряновском предприятии. В конце 1830-х годов Николай отошел от управления, и Павел принял в компаньоны московских купцов-старообрядцев Павла и Гаврилу Ефимовых. Втроем они основали торговый дом (1839)15. Тогда же производимые ими изделия удостоились большой золотой медали мануфактурной выставки как «превосходные по изяществу и разнообразию рисунков и тщательной отделке»16. Вскоре, однако, П.Н. Рогожин по неизвестной причине вышел из дела, и к 1843 году единоличными владельцами фабрики во Фрянове остались Ефимовы17.

* * *

По результатам выставки мануфактурных изделий 1829 года им присвоили звание мануфактур-советников18. В 1835 году Павел, а в 1836‑м Николай стали кавалерами ордена Святой Анны III степени и потомственными почетными гражданами19. В судьбе купцов принимал участие сам император Николай I. Его дочь — великая княжна Ольга Николаевна — вспоминала: «Папа всячески поддерживал промышленников, как, например, некоего Рогожина, который изготовлял тафту и бархат. Ему мы обязаны своими первыми бархатными платьями, которые мы надевали по воскресеньям в церковь. Это праздничное одеяние состояло из муслиновой юбки и бархатного корсажа фиолетового цвета»20. В 1833 году Павел Назарович присутствовал на торжественном обеде, данном императором московскому купечеству в Зимнем дворце по случаю завершения очередной выставки мануфактурных изделий, и в числе восьмерых избранных сидел за одним столом с государем21.

Вместе с тем при Николае I правительство усилило давление на старообрядцев-беспоповцев, и многие федосеевцы покидали родную общину. Так, в конце 1830-х годов в единоверие перешел Николай Назарович Рогожин. В 1839 году он отправлял обязанности попечителя московской Троицкой единоверческой церкви22. Суровые порядки Преображенского кладбища чем дальше, тем больше вступали в противоречие с меняющимся купеческом бытом. Все чаще общинники предавались предосудительным с точки зрения старой веры занятиям. Например, Павел Рогожин обличался в том, что «участвует в сонмищах антихристовых, называемых “клубами”, играет в карты, в нумерные зерна (лото. — А. К.), посещает бега, курит сигары»23. В 1853 году император запретил выдавать постоянные купеческие свидетельства старообрядцам беспоповских толков. Это заставило уже и Павла Назаровича обратиться к единоверию24.

* * *

Более энергичный и деятельный, нежели старший брат, П.Н. Рогожин состоял членом московского отделения Совета мануфактур Департамента мануфактур и внутренней торговли Министерства финансов (1830–1865), являлся почетным директором клинских, волоколамских, дмитровских и богородских богоугодных заведений (1844–1845).

В 1844–1845 годах в московских купеческих кругах оформился проект торговой компании в Закавказье. Идея получила поддержку председателя московского отделения Совета мануфактур А.К. Мейендорфа и городского головы С.Л. Лепешкина, а вскоре и министра финансов Ф.П. Вронченко25. Было учреждено два предприятия — Закавказское первоначальное торговое депо и Товарищество закавказской оптовой торговли. Управление последним доверили мануфактур-советнику Павлу Назаровичу Рогожину26, который, видимо, уже имел опыт торговли в Закавказье27. В начале 1847 года он побывал в Петербурге, где заручился покровительством императора Николая I, узнавшего о прогрессивном начинании известного ему фабриканта от министра Вронченко28.

Товарищество закавказской оптовой торговли начало свою работу в апреле 1848 года29. «Все официальные лица города собрались на торжественный обед у г-на Рогожина, открывавшего в Тифлисе по полномочию московского купечества обширный торговый дом с многочисленными магазинами, соединенными в одном здании и с большим количеством всевозможных разнообразных товаров»30. Действовавшее же с 1847 года Закавказское первоначальное торговое депо вскоре потеряло поддержку кавказского наместника М.С. Воронцова31 и к 1852 году (еще и в силу внутренних разногласий) вынуждено было покинуть Тифлис.

П.Н. Рогожин, стараясь соблюдать обоюдную выгоду, произвел закупку крупной партии кахетинского вина. К сожалению, качество продукции оказалось сомнительным32. Не задалась также оптовая торговля российскими товарами по причине их игнорирования местными купцами. Не смог Павел Назарович воплотить в жизнь и свои планы по распространению в Закавказье плантаций марены (источника красного красителя для хлопка) и организации размотки шелковых коконов на месте разведения шелкопряда. В конце концов где-то в 1850–1851 годах он ушел с поста управляющего. Само товарищество вело торговые операции в Тифлисе до 1857 года.

Находясь в Закавказье, Павел Назарович еще держал в подмосковном селе Богородском33 ситценабивную фабрику.

* * *

О Н.Н. Рогожине известно гораздо меньше. В 1840‑х годах он владел фаб­рикой при деревне Карабаново Богородского уезда. Здесь окрашивали бумажную ткань мареной в красный («адрианопольский») цвет, получая таким образом кумач. Производилась на предприятии и красная бумажная пряжа34. Свои дни Николай Назарович окончил в богадельне при Всехсвятском единоверческом монастыре (не сохранился)35. Сведения о потомстве предпринимателя практически отсутствуют.

* * *

Теперь — о детях Павла Назаровича, вступивших на деловое поприще совсем в другую эпоху. Начиная со второй половины XIX века происходит укрупнение промышленных предприятий. Ручной труд все шире заменяется машинным производством. Наступает время, когда выгоднее и безопаснее становится вкладывать средства в высокодоходные бумаги, занимая хорошо оплачиваемую должность в крупной фирме, чем иметь небольшую фабрику или вести скромную торговлю.

Александр Павлович Рогожин (1834 или 1836 — ок. 1885) много лет служил маклером на московской бирже, выступая посредником в заключении сделок, что приносило ему значительную прибыль36.

Михаил Павлович (1836–1915) в 1860–1880-х годах занимал должность «главного приказчика у одной солидной фирмы»37, в 1900-х — бухгалтера Московского торгового банка38, увлекался собиранием ценных тканей: «У него в 20 лет накопился целый сундук самых редких старинных русских серебряных, шелковых и шерстяных кружев и прошивок»39.

Николай Павлович (1832–1907) начинал с торговли хлопчатобумажным товаром в Гостином дворе40. В 1871 году он заключил с Т.С. Морозовым договор, согласно которому компаньоны вкладывали капиталы в торговый дом «Саввы Морозова сын и Ко». Стержнем фирмы являлась хлопчатобумажная Никольская мануфактура в селе Зуево Владимирской губернии41 — одна из наиболее передовых в России. Конечно, участие партнеров было несопоставимо: 6 500 000 рублей Т.С. Морозова против 124 500 Н.П. Рогожина, попавшего тем самым в подчиненное положение: он вел бухгалтерию и имел право решать только второстепенные вопросы. Однако сам факт сотрудничества говорит о большом доверии выдающегося промышленника к Николаю Павловичу.

В 1873 году после преобразования торгового дома в товарищество на паях Н.П. Рогожин вывел из оборота большую часть принадлежавшего ему капитала, ограничившись пятнадцатью тысячерублевыми паями, необходимыми для занятия должности одного из директоров правления. Более 10 лет он находился в числе ближайших помощников Т.С. Морозова42 и вынужденно покинул свой пост в 1885 году после масштабной стачки на Никольской мануфактуре. В том же году Николай Павлович становится членом правления Среднеазиатского торгово-промышленного товарищества «Н.П. Кудрин и Ко». Перед фирмой стояла задача наладить связи с недавно присоединенной к России Средней Азией и развить там хлопководство для замещения импортного сырья отечественным. Однако работа оказалась невыгодной или попросту неинтересной Н.П. Рогожину43, поэтому через год он покинул товарищество и принял членство в правлении Московского купеческого общества взаимного кредита44, а в 1892 году отказался и от этой должности45. Заметим: в 1889-м его имя последний раз встречается в списках гласных Московской городской думы46. Таким образом, к 1893 году потомственный почетный гражданин Н.П. Рогожин завершил свою деловую и общественную карьеру и полностью отдался увлечениям — нумизматике и книгам.