Поиск
  • 08.06.2018
  • Наследие
  • Автор Константин Константинович Полещук

«Москва сделалась центром русского искусства»

«Москва сделалась центром русского искусства»

Фотография: Психиатрическая клиническая больница № 1 имени Н.А. Алексеева


Дом С.М. Третьякова на Пречистенском бульваре, 6. 1880-е годы

Городской голова Николай Александрович Алексеев (1852–1893) и передача городу Третьяковской галереи (1892).

Николай Александрович Алексеев, представитель известной купеческой династии, заслужил уважение сограждан своей подвижнической общественной деятельностью. Крупный фабрикант, человек передовых взглядов, щедрый благотворитель, он прославился в первую очередь тем, что совершил на посту московского городского головы (декабрь 1885 — март 1893). Алексеевское семилетие — один из наиболее продуктивных периодов в истории городского хозяйства Москвы. Настоящая революция происходит в коммунальной сфере. Появляются грандиозные предприятия и сооружения — боенский комбинат за Покровской заставой (ныне — Микояновский мясокомбинат), новый Мытищинский водопровод. Начинается устройство канализации. Возводятся Верхние и Средние торговые ряды на Красной площади, новое здание городской думы. Благоустраиваются пути сообщения, более широкое применение в качестве дорожного покрытия получает асфальт. Улучшается качество уличного освещения, строится  первая электростанция постоянного тока. Позитивные перемены происходят в транспортной инфраструктуре: расширяется сеть конно‑железных дорог, вводится усовершенствованный способ передвижения — паровая конка. Город получает новые бульвары и скверы. При Алексееве в Москве было открыто 30 городских училищ и несколько больниц. Современники с самого начала думской карьеры Николая Александровича ощутили его мощный созидательный потенциал. С.М. Третьяков, в 1877–1881 годах возглавлявший московское городское самоуправление, говорил: «Вот будет вам голова — Алексеев! Голова, какого не бывало! Не нам чета. Дайте только ему войти в лета и в дело»1. Б.Н. Чичерин, предшественник Н.А. Алексеева на посту городского головы, так характеризовал своего преемника: «Очень умный, необыкновенно живой, даровитый, энергический, неутомимый в работе, с большим практическим смыслом, обладающий даром слова, он как будто создан был для того, чтобы командовать и распоряжаться. Всякому делу, за которое он принимался, он отдавался весь; оно у него кипело, и он упорно и настойчиво доводил его до конца. <…> Меня пленяли блестящие и благородные стороны этой необыкновенно богатой натуры»2. Историк М.М. Богословский называл Алексеева «самым выдающимся, самым ярким городским головой в Москве»3. Публицист А.В. Амфитеатров вспоминал алексеевскую эпоху как «золотой век московского самоуправления »4. Двоюродный брат К.С. Станиславского, друг композиторов Н.Г. Рубинштейна и П.И. Чайковского, братьев П.М. и С.М. Третьяковых, Николай Александрович запомнился москвичам как просвещенный и щедрый благотворитель. Из личных средств он профинансировал строительство Крестовских водонапорных башен Мытищинского водопровода, двух городских школ, был инициатором и одним из спонсоров создания первоклассной психиатрической лечебницы на Канатчиковой даче. В ряду важнейших его деяний — организация передачи городу Третьяковской галереи.
* * *
Алексеевы входили в число наиболее богатых и уважаемых купеческих семей Москвы. В 1876 году Николай Александрович женился на Александре Владимировне Коншиной (1852–1903) — племяннице Павла и Сергея Михайловичей Третьяковых. Супруга П.М. Третьякова, Вера Николаевна, в дневнике за 1881 год писала о ней: «Добрейшая, умная, сердечная женщина с большим тактом в жизни <…> хорошая мать и сердечная родственница»5. Семейный союз оказался счастливым. В браке родились трое дочерей6. В кругу семьи Николай Александрович забывал о своем высоком общественном положении, превращаясь в любящего мужа и отца. Алексеев не упускал случая пошутить, подурачиться. Дочь коллекционера В.П. Зилоти отмечала, что «в натуре Николая Александровича было много клоунства, балагурства, и когда он хотел, мог балаганить и дурить напропалую»7. Н.А. Алексеев высоко ценил русскую живопись, имел произведения современных художников в личной коллекции. Он поддерживал дружеские отношения с семьей Поленовых, состоял с ними в переписке. Поздравляя Наталью Васильевну Поленову с рождением сына в сентябре 1884 года, Николай Александрович желал родителям вырастить сына себе «на радость и утешение». На просьбу художника дать одно из его произведений, находящееся в коллекции Алексеева, для экспонирования на выставке, тот ответил: «Что же касается “Одалиски”, то эту картину можно взять у меня из дому после 21 мая». Живописцы обращались к Алексееву в затруднительных случаях. Так, в августе 1891 года И.Е. Репин готовился к выставке, посвященной двадцатилетию творческой деятельности. Для экспозиции потребовалась известная репинская работа — многофигурное большеформатное полотно «Славянские композиторы» (1871), написанное по заказу владельцев гостиницы «Славянский базар». Однако администрация заведения отказывалась выдать картину. Репин обратился за содействием в данном вопросе к П.М. Третьякову, но, не будучи уверен в успехе, осведомлялся у Павла Михайловича: «Нельзя ли попросить городского голову Алексеева, может быть, он повлияет на директоров?»8 Или такой случай. В период реконструкции торговых рядов на Красной площади художник В.В. Верещагин одним из первых представил «эскиз проекта» тому же П.М. Третьякову в сопровождении следующего послания: «Вы получили или получите мой рисунок пером — мой проект нового Гостиного двора в Москве. Как увидите, в нем 2 галереи — одна внизу открытая, другая вверху закрытая. Наверху в павильонах склады, светлые, с окнами. Все здание укорочено и по месту должно быть растянуто по прямой линии с сохранением форм, то есть павильонов. Покажите, пожалуйста, этот рисунок Вашему брату и городскому голове — я в ужас прихожу при мысли, что могут восстановить тот “Гостиный”, который возобновлен в 1815 году»9…