Поиск

Ерофеич, жженка, лампопо

Ерофеич, жженка, лампопо

Иллюстрация: Л.И. Соломаткин. Пирушка дельцов. Холст, масло. 1880 год. Тульский областной художественный музей


Л.И. Соломаткин. Утро у трактира. Холст, масло. 1860-е годы

Об этих старинных русских напитках.

Многие некогда популярные на Руси «пития» (алкогольные и нет) сегодня забыты. Чтобы убедиться в этом, достаточно открыть любое кулинарное дореволюционное издание и найти там рецепт, например, «бишофа» или «шиповки Маседуан». И это не только зафиксированные в литературе наименования. Существовало огромное множество местных напитков, которые «сочинялись » стихийно, пользовались какое‑ то время спросом, а затем уходили в небытие. Сегодня восстановить старинные рецепты пробуют энтузиасты — каждый на свой лад. О  некоторых таких напитках, давно исчезнувших из обихода (а если и оставшихся, то лишь в качестве экзотики), — наш рассказ.
* * *
Считается, что ерофеич был крепким (70–73 градуса) настоенным на травах напитком. Употребляли его по рюмочке‑другой перед обедом для аппетита. Одна из версий происхождения ерофеича гласит, что настойка появилась еще при Петре Великом и что готовил ее фельдшер или подлекарь (помощник врача) по имени Иван Ерофеич. Другую версию приводит писатель, ученый, мемуарист А.Т. Болотов. Когда граф Алексей Григорьевич Орлов сильно занедужил, помочь ему смог не иностранный доктор, а один иркутский мужичок. Про себя он рассказывал, что бывал в Китае, где обучился лекарскому искусству; возвратившись на родину, попал в рекруты, служил фельдшером, а после был определен к Академии наук, откуда его Орлову и рекомендовали. Представ перед больным, мужичок спросил: «Как лечить: по‑китайски или по‑русски? Удивился граф сему вопросу и спрашивал, а что это значит? — А то, мой государь! в Китае ежели взяться лечить, то надобно вылечить, а ежели не вылечишь, завтра же повесят; а ежели лечить по‑русскому, то делать частые приезды и выманивать более денег, а ты человек богатый и от тебя можно поживиться нашему лекарю. Рад был граф, на каких кондициях (условиях. — А. Н.) он его лечить хочет. <…> Сперва давал он ему те же капли и траву; но как по крепкой натуре его он тем не пронялся, то, чтобы ее переломить, дал рвотного; и как его повычистило, то дал он опять каплей, и тут‑то его уже прямо вынесло. Потом, положив его в постелю, велел лежать и давать ему потового, а сам велел две печи жарить и запереть его в комнате заснувшего. Проснувшись, лежал он как в морсу. Пот всю постель смочил, и он вскочил как встрепанный и тотчас в зеркало, и не узнал сам себя; дивится и говорит, что он власно (будто. — А. Н.) <…> переродился». Как  становила исследователь Л. Манькова, история излечения Орлова не вымышлена, и лекарь, его пользовавший,  уществовал на самом деле. В 1767–1768 годах граф действительно тяжело болел «воспалением желудка». Однако «в то время как все признанные доктора держались того мнения, что он не переживет двух недель, русский фельдшер одного из полевых полков, бывший некоторое время в знакомстве с китайским доктором, вызвался его лечить и выполнил свое обещание менее чем в шесть недель». Спаситель Орлова оказался Василием Ерофеевичем Вороновым — титулярным советником, отставным унтер‑офицером Ингерманландского полка. Императрица Екатерина II за восстановление здоровья своего сподвижника пожаловала Воронову 3000 рублей. Позднее всю эту историю беллетризовал писатель И.З. Крылов. Только в его варианте лекарь является жителем села, лежащего на юге от Москвы. Снадобье, о котором шла речь, якобы и есть настойка ерофеич. Так ли это на самом деле — выяснить теперь невозможно. Важно, что напиток со временем получил огромную популярность среди самых разных сословий. Он упоминается в русских поговорках («Ерофеич часом дружок, а другим вражок», «Ничто нипочем: был бы ерофеич с калачом»), в произведениях М.Е. Салтыкова-Щедрина, П.Д. Боборыкина, А.Ф. Писемского, А.Ф. Вельтмана, М.Н. Загоскина, менее известного А.А. Орлова и других литераторов. У Ф.В. Булгарина выражение «убить француза» обозначает употребление ерофеича после французского вина. Писали о настойке и поэты, правда, часто в насмешливом тоне. Например: «Пушкин Лев Сергеевич / Истый патриот, / Тянет ерофеич /В африканский рот». Или: «Яков Феодосеич / В жажде завсегда, / Тянет ерофеич, / А ром никогда». В первой эпиграмме речь идет о младшем брате А.С. Пушкина, во втором о живописце Я.Ф. Яненко. В 1829 году из печати вышла анонимная ода «Послание Выпивалина к ерофеичу»:
Вот первое твое законно достоянье,
Что каждое тебя не чуждо состоянье:
Тебе и господа, и слуги, и крестьяне
Приносят своего усердья должны дани —
Купцы особенно, как в город ни пойдут,
Уж верно за тебя и рюмочки нальют.
И в честь таких твоих отличнейших талантов
Правдиво назван ты напитком коммерсантов!

М.А. Зичи. Гусарская пирушка. Ротмистру Кириллу Дружинину. Бумага, акварель. 1873 год. Вологодская областная картинная галерея