restbet restbet tv restbet giriş restbet restbet güncel restbet giriş restbet restbet giriş restizle betpas betpas giriş pasizle betpas betpas giriş pasizle iskambil oyunları rulet nasıl oynanır blackjack nasıl oynanır

Поиск

Екатерина II на Цареборисовских прудах, в селе Черная Грязь и Царицыне

Екатерина II на Цареборисовских прудах, в селе Черная Грязь и Царицыне

Екатерина II на Цареборисовских прудах, в селе Черная Грязь и Царицыне


Фрагмент Генерального плана села Черная Грязь. 1766 годНе раз приходилось читать, что Екатерина II впервые посетила места будущего Царицына весной 1775 года, когда у нее и возникла мысль о приобретении имения князей Кантемиров. Однако это не так. К тому времени, став императрицей, она трижды побывала на Цареборисовских прудах в летние месяцы 1763 и 1767 годов (впервые, судя по записям Камерфурьерского журнала, — в самом конце ее присутствия в древней столице в связи с коронацией).
9 июня 1763 года императрица «изволила иметь выход на Цареборисовские пруды, отстоящие от Москвы в 12 верстах», где «изволила проходить со всею свитою на плотины прудов и смотреть ловлю рыбы». В Головинский дворец, служивший ей в Лефортове и летней, и зимней резиденцией, она возвратилась в девять часов вечера.
В год коронации Екатерина будто заново знакомится с Москвой, с теперь уже своими подмосковными селами. Увеселительные поездки, сменившие с наступлением весны зимние маскарады, спектакли, санные прогулки, часто включали посещение об­устроенных Елизаветой Петровной сел Покровского и Тайнинского, где Екатерина II отмечала дни своего рождения (21 апреля) в 1763 и 1767 годах, а среди многочисленных государевых сел — однажды и Коломенского. Оно было нелюбимо покойной императрицей, Екатерина же в коронационный приезд в Москву выказывала всяческое почтение к ее памяти.
И вот за пять дней до отбытия в Петербург перед прощальным куртагом в Головинском дворце Екатерина II едет к Цареборисовским прудам, словно торопясь проверить возникший у нее некий замысел. Не появилось ли у нее уже тогда, после объезда стольких старых царских сел, желание иметь и собственное поместье, связанное прежде всего с ее именем? Более чем вероятно.
В феврале 1767 года государыня выехала в Москву (в то же время из Петербурга отбыл и архитектор В. И. Баженов), чтобы открыть работу Комиссии по составлению проекта нового Уложения и передать депутатам написанный ею Наказ. Обновление средневековых основ законодательства должно было происходить параллельно с реконструкцией Московского Кремля и сооружением Большого Кремлевского дворца. Это она и поручила Баженову. Летний дворец решено было строить в Коломенском.
Поселившись, как и в год коронации, в Головинском дворце, Екатерина II на десятый день по прибытии едет в Коломенское «смот­реть новостроющийся в том селе Дворец». В мае она осмотрела покои, а в середине июля совершила «перешествие» в свой новый дворец3. Одетая в конногвардейский мундир, верхом, она в тот же день приняла участие в соколиной охоте, а на третий «имела выход в таратайках для прогуливания к прудам, называемым Цареборисовские, и изволила смот­реть ловленной в оных прудах рыбы».
Увеселительные поездки с частой в то лето соколиной охотой длились полтора месяца. Наконец 30 июля в Кремле состоялось торжест­венное открытие заседаний Уложенной Комиссии и вручение Наказа. Весь август и начало сентября Екатерина II провела между Коломенским и Московским Кремлем, где из тайника — комнаты под сводами Грановитой палаты — наблюдала за собранием депутатов от разных сословий.
Остаток года Екатерина II и ее двор провели в празднествах. Перед отъездом из Коломенского 13 сентября она вновь «шествовала в таратайках к Цареборисовским прудам» и, что примечательно, «не доезжая оных верст трех, следовала к оным пешком; по прибытии туда в то время была ловлена рыба». Видимо, у императрицы окрепла уверенность в праве и возможности приобретения собственного имения, так как столь протяженные пешие выходы она совершала редко — либо отправляясь к святым местам, либо гуляя в своих владениях.Неизвестный художник. Портрет цесаревича Павла Петровича. Вторая половина XVIII века
О пребывании Екатерины II в Москве в 1775 году, когда начиналась история Царицына, мне уже приходилось писать. Минувшие к тому времени семь лет многое изменили как в России, так и в самосознании императрицы. В 1775-м она вступала в Моск­ву как триумфатор, одержавший победу в двух войнах — с Турцией за выход к Черному морю и над Пугачевым. Опыт реального правления освободил ее от многих иллюзий, философских утопий и республиканских идей французских просветителей. Осознав невозможность устранения главного препятствия к перемене законодательства — крепостного права, она сосредоточила усилия на осущест­вимых делах — губернской реформе, упорядочении административно-территориального деления России и управлении губерниями.
Снизился с годами интерес Екатерины II и к генеральной перепланировке Кремля, к строительству Большого Кремлевского дворца. В 1773 году, когда были выиграны сражения, решавшие исход русско-турецкой войны, и лишь неуступчивость Австрии затягивала заключение мира, за две недели до торжественной закладки дворца, проекты и великолепная модель которого были утверждены императрицей, она затевает строительство нового дворца в Лефортове, через несколько лет названного Екатерининским. Весной же 1775 года Екатерина II и вовсе отказывается от преобразовательной эпопеи в Кремле, поручив Баженову воплощение своей новой идеи — праздничных увеселений на Ходынском поле.
Для завершения работы над узловой частью губернской реформы — Учреждениями для управления губернией — государыня после Пасхи и торжеств по случаю дня своего рождения переехала из московского Пречистенского дворца (Головинский несколько лет как сгорел) в Коломенское. 4 мая она отправилась на Цареборисовские пруды. С нею были в тот день Великий князь Павел Петрович и Великая княгиня Наталья Алексеевна. Выйдя из кареты, прибывшие прошли «тамошние места около прудов», а императрица, «возвратясь обратно, соизволила шествовать близь двух верст пеша», после чего все следовали в каретах до Коломенского. На сей раз поездка на пруды не предусматривала обычного увеселения — наблюдения за ловлей рыбы. Запись в Камерфурьерском журнале оставляет впечатление, что Екатерина II знакомила сына и его суп­ругу, входящих в свиту фрейлин и кавалеров, со вскоре приобретенным имением. Во всяком случае следующая поездка (16 мая) описана уже как «шествие в фаэтоне для гуляния в село Черной Грязи, состоящее от села Коломенского в 5-ти верстах, куда по прибытии встретили Ее Величество того села крестьяне с хлебом и солью», за что государыня жаловала им «некоторое число денег». Затем она совершила прогулку «по саду и всем увеселительным мес­там». К этому времени решение о покупке было ею, несомненно, принято, а предварительные переговоры с князем С. Д. Кантемиром проведены, поскольку 18 мая перед отправкой в Троице-Сергиеву лавру она подписала указ. Оформление же купчей произошло в ее отсутствие, 25 мая, на имя доверенного помощника А. В. Олсуфьева, в круг обязанностей которого входили денежные дела императрицы.
С начала июня, сразу по возвращении, поездки в село Черная Грязь следуют одна за другой. 6-го числа императрица «соизволила гулять в тамошнем саду и смотреть все покои». 9-го — «також несколько времени быть в покоях». 11-го «по причине бывшего дождя гулять не соизволила», продолжив в покоях разговоры с кавалерами. 16-го, предприняв «шествие на четырнадцатиместной линее», внутрь села «въезжать не соизволила, а остановясь поблизости», прошла «по лежащему около того села полю пешком» до сада; после прогулки «для отдохновения» прибыла «в имевшуюся в том саду галерейку», откуда выйдя, села в подъ­ехавший к саду экипаж. 19-го поездка заняла, как и предыдущие, около трех часов. Посещение 23-го оказалось кратким. В тот день с императрицей были не только свитские дамы и кавалеры, но и наследник с супругой. К селу Черная Грязь кареты подъехали через «первую плотину», а выехали, минуя его, в сторону Коломенского «через другую». Ф. Я. Алексеев. Коломенское. Царский дворец. Бумага, акварель. Начало 1800-х годов
И-Б. Лампи. Портрет Светлейшего князя Г. А. Потемкина-Таврического. Холст, масло. 1790-е годыНеделей позже состоялся переезд императорского двора во вновь купленное имение, которое Екатерина II назвала Царицыным. Здесь к тому времени возвели для нее деревянные покои, в нескольких комнатах которых она разместилась с Г. А. Потемкиным (8 июня исполнилась годовщина их тайного венчания). В те же июньские дни, когда архитектор П. Я. Плюсков трудился над временным «дворцом» императрицы, В. И. Баженову, по всей видимости, был заказан проект обширной летней резиденции, достойной исторической значимости отмечавшихся в тот год военных побед. Знаменательно, что 20 июня, когда работы в Кремле прекратились, а на Ходынском поле строительство шло полным ходом, Баженов объявил Экспедиции Кремлевского строения, «чтоб немедленно благоволено было приказать купить полотна фламского от шести до семи аршин (фламандского, длиной 4,25-5 метров. — Л. А.) для чертежей на подкладку и сделать дос­ку липовую длиною в три, шириною в один аршин, толщиною в пол вершка, с обвязкою, на чем наклеено будет дело к поднесению ее импер. величеству». Скорее всего, речь шла о подготовке к работе над первым вариантом проекта царицынского ансамбля.
30 июня, после того как утром Екатерина II осмотрела строения «к будущему торжест­ву мира» на Ходынке, проследовав пешком «ко всем местам», в восьмом часу вечера она прибыла в свое новое владение, где «у вновь сделанных покоев» ее встретил князь А. А. Вяземский с хлебом и солью. Осмотрев покои, императрица «отбыла во внутренние Свои комнаты»12. Тогда-то и было составлено известное письмо Ф.-М. Гримму, в котором она литературно изложила историю приобретения усадьбы князей Кантемиров, впервые назвав ее Царицыным, добавив, что, «по общему мнению, это сущий рай».
В ожидании возвращавшихся с юга полков и главнокомандующего войсками генерал-фельдмаршала П. А. Румянцева императрица провела в Царицыне семь дней. Следом за ней прибыли из Москвы наследник с суп­ругой. Они расположились «в назначенных для их пребывания покоях» в меньшем из жилых домов кантемировской усадьбы, расположенном по одной линии с основным, но ближе к саду и далее от прудов, где впоследствии Баженов и разместит дворец для цесаревича Павла Пет­ровича. Императрица и ее немногочисленная в тот раз свита продолжали знакомиться с окрестностями Каширской дороги. Жизнь в Царицыне день ото дня налаживалась: столы накрывали не в палатке-ставке, а в столовой комнате, на воду спус­кались строившиеся на прудах суда-ботики. После 5 июля, когда Екатерина II провела смотр двух гренадерских полков, шедших маршем с южных рубежей России, а затем впервые приняла в Царицыне за парадным столом на 36 персон командующих полками и почетных гостей, императорский двор стал готовиться к переезду в древнюю столицу. В Москве встречу войск и прибывавшего из армии графа П. А. Румянцева готовил Г. А. Потемкин.
Празднование мира с Турцией проходило в два этапа. Официальная церемония состоялась в Кремле 10 июля. Увеселительная часть торжеств, включавшая маскарад, театральные представления, народные игры, фейерверк и иллюминацию, — на Ходынском лугу 21 и 23 июля. Десятидневный интервал был вызван обстоятельствами личной жизни императ­рицы: 12 июля у нее родилась дочь, названная Елизаветой, отцом которой был Потемкин.
По окончании торжеств, не раз и подробно описанных, 25 июля Екатерина отправилась в сопровождении свиты в село Царицыно. Прибывших на следующий день Великого князя с супругой она в тот год опекала особенно усердно: Павлу Петровичу уже исполнилось 20 лет, и в общественном мнении, тем более в сочувственно настроенной к нему Москве, его права на власть по достижении совершеннолетия существенно возросли. В Царицыно стали прибывать знатные гости; с 27 июля оно стало средоточием государственной жизни. Здесь состоялись пять заседаний Совета при высочайшем дворе, проходившие по понедельникам в так называемой Кантемировой беседке или садовой галерее, на месте которой впоследствии был выстроен Малый дворец. В Совет входили наиболее влиятельные военные чины и гражданские сановники: генерал-фельдмаршал и Президент Военной коллегии граф З. Г. Чернышев, генерал-фельдмаршал, последний гетман Малороссии и Войска Запорожского граф К. Г. Разумовский, генерал-фельдмаршал, генерал-губернатор Петербурга князь А. М. Голицын и его полный тезка — вице-канцлер, оберкамергер князь А. М. Голицын, канцлер и обергофмейстер Н. И. Панин и его брат генерал-аншеф, возглавивший кампанию против пугачевских мятежников в Московской губернии П. И. Панин, Г. А. Потемкин, князья А. А. Вяземский и М. Н. Волконский, граф И. Г. Чернышев, вице-канцлер И. А. Остерман. В Царицыне были подписаны указы об уничтожении Запорожской Сечи, о снижении цены на соль, а также решено множество других дел, особенно по военному ведомству.
Царицыно символизировало завоеванное императрицей право считать себя преемницей Петра I, успешно продвинувшей за Дунай и к Черному морю южные границы России. Символичной выглядела в данной связи и покупка имения, некогда подаренного Пет­ром I молдавскому господарю Д. К. Кантемиру за оказанную им военную помощь. Вряд ли в Царицыне тех лет было удобнее жить, нежели в Коломенском дворце, но политичес­кие соображения и желание именно здесь возвести увековечивающий громкие победы архитектурный ансамбль определили выбор императрицы.

Для получения полной версии статьи обратитесь в редакцию