Поиск

«Обработка питательных веществ»

«Обработка питательных веществ»

«Обработка питательных веществ»


Долгое время история развития отечест­венной пищевой промышленности в дос­таточной степени не изучалась, оставаясь в тени общих аграрных и продовольственных проблем, — как,Группа мастеров и рабочих в цехах сахарного завода Боткиных. Фотография 1913 года из книги: Всероссийская выставка 1913 года в Киеве. Ново-Таволжанский сахарный завод Товарищества Боткиных. Киев, 1913впрочем, и сама эта отрасль не являлась приоритетной для власти в рассматриваемый период. Между тем складывалась она с древних времен — достаточно вспомнить существовавшие в средневековой Руси сообщества хлебопеков, солодовников, коврижников, квасников, пивоваров, медоваров. Во второй половине XIX столетия в России сохранились профессиональные предпринимательские союзы переработчиков сельхозпродукции — например, Всероссийский и региональные съезды мукомолов, Всероссийский съезд винокуренных заводчиков и спиртопромышленников, Союз сибирских маслодельных артелей, Императорское Российское общество рыбоводства и рыболовства, организованные в рамках Московского общества сельского хозяйства Комитет сахароваров и Московский холодильный комитет… В начале XX века возникли различные чисто продовольственные биржи: хлебная, масляная, мясная и скотопромышленная, курятно-дичная, яичная, фруктовая, чайная, винная. В Москве был даже специальный Биржевой комитет Московской биржи пищевых продуктов и вин. Пищеперерабатывающее предпринимательство широко представлялось на всероссийских и отраслевых выставках. Таким образом, очевидно: в то время пищевая промышленность в России представляла собой достаточно самостоятельную и мощную сферу экономики. По многим позициям (зерновой хлеб, отруби, сливочное масло, птица, икра и некоторые другие) наша страна в 1870-1880-х годах в значительной мере определяла цены на основных европейских рынках, позволяя удерживать разумный баланс между экспортом и импортом продовольствия. Это и понятно: чем сильнее становились российские «пищевики», тем более преобладали в отечественном экспорте переработанные, а не первичные продукты.
Однако специфика данной отрасли предпринимательства — прежде всего ее тесная связь с сельским хозяйством, которая, трансформировавшись в агропромышленную интеграцию, могла бы стать эффективнейшим инструментом решения продовольственных задач, стоящих перед империей, — властью учитывалась слабо. Да, представители отраслевых пишеперерабатывающих союзов иног­да приглашались на ведомственные и межведомственные совещания — в частности, совещания Таможенно-тарифного отделения Министерства торговли и промышленнос­ти, участвовали в работе главных общероссийских предпринимательских организаций, созданных в 1906 году в ходе столыпинских реформ, — Съездов представителей промышленности и торговли и Съездов представителей биржевой торговли и сельского хозяйства. Кстати, идея создания последних возникла в 1903 году в Особом совещании о нуждах сельскохозяйст­венной промышленности (1902-1905) под председательством С. Ю. Витте. И опять же: специфическим нуждам пищепереработки членами Особого совещания должного внимания уделено не было. Они главным образом рассматривали общие экономические и административные вопросы развития аграрной сферы: улучшение молочного хозяйства, хлебной торговли, специальных отраслей сельского хозяйства — огородничества, садоводства, пчеловодства, птицеводства, хмелеводства и так далее. Что же касается отраслей, связанных с первичной переработкой пищевого сырья: мукомольной, крахмально-паточной, маслобойной, винокуренной, пивоваренной, сахарной, а также с переработкой более глубокой: хлебопекарная, мясомолочная, кондитерская, чайная промышленность, производство уксуса, горчицы, минеральных вод, колониальная и гаст­рономическая торговля, — ими занимались только на уровне местных губернских комитетов в Европейской России, и то не всеми. Даже такая значительная продовольственная и пищеперерабатывающая отрасль, как рыбная промышленность (рыболовство и рыбоводство), в трудах Особого совещания проходила по разделу «Подсобные промыслы из категории добывающей промышленности». Впрочем, справедливости ради надо заметить, что с 1900 по 1917 год в Министерстве торговли и промышленности существовал комитет по делам обрабатывающей промышленности. Однако он в основном ведал вопросами устройства и содержания предприятий, таможенного тарифа, организации художественно-промышленных выставок, а также контролировал права собственности. Здесь приоритет отдавался «командным» отраслям промышленнос­ти: металлургической, машиностроительной, нефтеперерабатывающей, химической, текстиль­ной, деревообрабатывающей. Наверное, только созданный в 1909 году Комитет по холодильному делу, занимаясь внедрением и развитием холодильной техники и популяризацией холодильного дела в пищеперерабатывающих отраслях, некоторым образом касался предпринимательства в области пищепереработки.
Мельница и элеватор Якова Емельяновича Башкирова в Нижнем НовгородеЕстественно, при таком подходе специфические проблемы предпринимательства в области пищепереработки отходили на второй, а то и на третий план. Прерогативы «индуст­риализации» привели к тому, что «обработка питательных веществ», как ее в ту эпоху называли, была полностью отдана на откуп частной инициативе, если не считать некоторых общих вопросов санитарного контроля и таможенно-тарифной политики. В свою очередь, общий тон в пищеперерабатывающих отраслях задавали крупные фирмы, которые в течение XIX века прошли все стадии становления.
Так, к началу XX столетия среди хлеботорговых и мукомольных фирм выделялись саратовские (Э. И. Борель, Товарищество «К. Рейнеке и Сыновья», С. И. Степашкин и Братья Шмидт), киевские (Е. М. Журовский, И. А. Костяцкий, Тритшель), одесские (Товарищество «Г. Вейнштейн и Сыновья», Братья Анатра, Л. Инбер и другие), томские (Г. И. Фуксман), петербургские (Торговый дом Хр. Роттермана и Саввы Петрова в Ораниенбауме), уральские (знаменитые Первушины и А. Е. Борчанинов), нижегородские и самарские (Башкировы, Бугровы, Братья Блиновы, М. А. Дигтярев). Реклама Торгового дома «В. Н. Верещагин и Ко». Иллюстрация из журнала «Молочное хозяйство». СПб., 1907
Особую роль в развитии молочного хозяйства, маслоделия и сыроделия во второй половине XIX — начале XX века сыграли такие видные предприниматели, как Н. В. Верещагин, В. И. и Н. И. Бландовы, А. А. Калантар, Г. А. Бирюлев, М. Н. Окулич, О. И. Ивашкевич и ряд других.
В числе мясопереработчиков и колбасных предпринимателей можно назвать М. Д. Зелетнова, А. К. Комкова, В. О. Куликова, В. Ф. Марышева, П. П. Морева, П. А.Королева, С. В. Полетаева, С. Ф. Трофимова, братьев Д. С. и А. С. Чистовых, А. В. Чичкина, П. В. Юшина.
В рыбной отрасли в рассматриваемый период наиболее мощные фирмы уже практичес­ки являлись монополистами, чьи сферы влияния простирались иногда далеко за пределы «региона базирования». Такие промышленники, как семейно-родовой клан Сапожниковых на Каспии и Волге, братья Мокеевы и Марковы на Арале, фирма «А. К. Дубинин» на черноморских промыслах, братья М. и Н. Шелеховы в Дальневосточном регионе, владели собственными траловыми судами, фабриками и заводами по переработке биоресурсов, широко развитой сбытовой сетью, включая специализированные магазины в крупных российских городах и за рубежом.
Образование винокуренных и виноторговых фирм во второй половине XIX — начале XX века явилось прямым следствием введения на территории России в 1863 году акцизной системы. Это способствовало появлению на рынке более качественной продукции, которую производили известные заводчики Смирновы, Долгов, Бекман, Шритер, Попов, Шустов, Вараксин. Об их достаточно прочном положении говорит тот факт, что первый свой съезд они созвали в Москве только в 1892 году, когда над отраслью нависла угроза введения в стране монопольной продажи виноводочных изделий.
Среди сахарозаводчиков, начиная с 1850-х годов и вплоть до Первой мировой вой­ны, выделялись три династии сахароваров — Браницкие, Бобринские и Терещенко. Представители этих династий совместно с другими фирмами в 1887 году подписали соглашение о создании синдиката. Данное предпринимательское объединение определяло положение дел не только в сахарной промышленности России, производя 60% оте­чественного рафинада в стране, но и в значительной мере оказывало влияние на всю агропродовольственную сферу Юго-Запада и смежных с ним регионов.
В чаеторговле лидерами являлись Товарищества «Братьев К. и С. Поповых», «Преемник Алексея Губкина А. Кузнецов и Кo», предприятия Боткиных и Перловых, в начале XX века — Товарищество « Высоцкий и Ко». Реклама молочной фирмы братьев Бландовых
Здание кондитерской фабрики «Товарищества А. И. Абрикосова Сыновей». Фотография 1888 года (из семейного альбома  Н. Н. Птицыной)Во второй половине XIX века в наиболее развитых промышленных центрах возникает фабричное производство кондитерских изделий. Вскоре большинство кондитерских мас­терских, фабрик, заводов стали специализироваться на каком-то одном или нескольких видах продукции. К числу наиболее развитых кондитерских фирм относились, в частнос­ти, такие широко известные, как фабрично-торговое Товарищество «А. И. Абрикосо­ва Сыновей» (фабрика имени Бабаева), фабрики М. Конради, «Эйнем» ( «Красный Октябрь»), «Сиу и Ко» («Большевик»), Товарищество Жоржа Бормона в Петербурге и Харькове.Реклама молочной фирмы братьев Бландовых
Однако несмотря на явные успехи отечест­венного пищеперерабатывающего предпринимательства, государственная исполнительная власть в лице Министерства торговли и промышленности не спешила выделять данную отрасль промышленности в своей управленческой системе. Причин было достаточно. В первую очередь, это — слишком самостоятельное и даже независимое положение крупных пищепереработчиков в структуре всей экономики страны. Скорее высшее чиновничество порой искало помощи у крупного капитала в этих отраслях. Пример — сахарная нормировка, введенная сахарозаводчиками по согласованию с Министерством финансов в 1908 году в связи с кризисом перепроизводства. Или реформа в винокуренной промышленности, начатая в 1894 году, поскольку государство никак не могло обойтись без высококачественной спиртовой и винокуренной продукции частных заводов. При этом создается впечатление, что Министерство торговли и промышленности на протяжении всей второй половины XIX века «в упор не замечало» достижений отечественных пищепереработчиков, то и дело осознанно или нет выступая протекционистом иностранных предпринимателей.
Здесь надо отметить следующее: в конце XIX века «обработка питательных веществ» по объему производства занимала второе мес­то (после мануфактурной промышленнос­ти — хлопчатобумажной и текстильной), а по числу занятых рабочих — четвертое (после обработки волокнистых веществ, металлов и писчебумажного производства), однако по энергообеспеченности, то есть по использованию паровой силы, среди обрабатывающих отраслей находилась только на восьмом месте, то есть по уровню развития отставала как от отечест­венных, так и от европейских стандартов. Причин было несколько: сырьевой уклон в сельскохозяйственном экспорте, достаточно невысокое качество некоторых пищевых товаров глубокой переработки по сравнению с европейскими и американскими аналогами, тарифно-таможенная практика в отношении ввозимого из Европы сельскохозяйственного и пищеперерабатывающего оборудования. Наконец, вышеупомянутый протекционизм.
Об этом прямо писал известный историк и публицист Д. И. Иловайский, называя имена чиновников, которые «проталкивали <…> немецкие интересы в Правительстве» (подробнее см. далее). Трудно не согласиться с его высказываниями, если учесть, с какими трудностями встречались в своей экспортной деятельности или на внутреннем рынке, например, наши мукомолы, маслоделы, сыровары, маслобойщики, мясопереработчики, рыбопромышленники. Или такой штрих: в Особом совещании о нуждах сельскохозяйственной промышленности пищепереработчикам уделялось внимания меньше, чем кустарным промыслам и ремеслам — типа изготовление матрешек, лукошек, валенок и так далее.
Лишь с июня 1917 года в структуре Временного правительства в 4-м отделении Отдела промышленности Министерства торговли и промышленности «обработка минеральных веществ, животных и питательных продуктов» впервые была выделена в самостоятельную управленческую единицу. В эпоху социальных и политических потрясений государство наконец-то задумалось о пищеперерабатывающих отраслях как о весьма значимом факторе в экономической жизни, основе, выражаясь современным языком, «продовольственной безопасности» страны. Но это явилось достаточно запоздалым шагом, поскольку деятельность многих крупных и средних пищепереработчиков к тому времени если не клонилась к закату, то уж никак не пребывала на пике успеха. Посему неудивительно, что идея «агро­промышленной интеграции», включавшая в себя всеобъемлющее триединство — производство сельскохозяйственного сырья, его переработку и многоуровневую реализацию, — нашла воплощение в середине XX века на Западе, затем чисто «академически» была продекларирована в Советском Союзе, не породив, однако, в должной мере единого производственного комплекса по решению продовольст­венной проблемы. Понятие же «пищеперерабатывающая отрасль», которым мы пользуемся и поныне, закрепилось в советской экономичес­кой науке лишь с конца 1920-х годов.

Для получения полной версии статьи обратитесь в редакцию