Поиск

Архитектор Евграф Тюрин

Архитектор Евграф Тюрин

Архитектор Евграф Тюрин


В Первопрестольной им построены такие известные здания, как Елоховский собор и церковь святой мученицы Татианы при Московском университете. Благодаря его трудам свой современный облик принял ансамбль Александринского дворца в Нескучном саду (ныне — Президиум Российской Академии наук). При этом имя Е. Д. Тюрина известно далеко не всем, а в литературе о нем можно найти лишь весьма скупые сведения — как правило, без подробнос­тей личной и творческой биографии.
Е. Д. Тюрин родился в Моск­ве в семье обер-офицера. В 1805-м был отдан в архитектурную школу Экспедиции Кремлевского строения, которую окончил в мае 1812-го, сдав экзамены на звание архитекторского помощника 3-го класса. Дальнейшая судьба Тюрина была тесно связана с этой Экспедицией. В сентяб­ре 1812 года, когда к Москве приближались французские войска, его эвакуировали вместе с чертежами и планами. Но вскоре он вернулся. В то время Моск­ва восстанавливалась после опус­тошительного пожара, и Евграфу Тюрину сразу же нашлась работа: под руководством архитектора И. Л. Мироновского (1774-1860) он принимал участие во временной реконструкции Кремлевского дворца, который готовили к приезду Александра I; спус­тя несколько лет участвовал в капитальном восстановлении дворца. В 1821 году за собственный проект перестройки Кремлевского дворца Тюрин получил от Императорской Академии художеств в Петербурге звание «назначенного в академики».
Нужно сказать, что звание академика в XIX веке стояло ниже профессорского, для его получения требовалось лишь выполнить специальную «программу» — обычно проект какого-либо здания. Как правило, эти проекты к реализации не планировались и рассмат­ривались, скорее, как демонстрация умений и навыков их авторов. Звание «назначенного» представляло собой промежуточную ступень (сейчас бы мы сказали — «кандидат»).
Проект перестройки Кремлевского дворца показал, что Тюрин уже стал сложившимся мастером. Монументальный фасад, выдержанный в формах классицизма, вполне соответствовал статусу резиденции царственных особ в древней столице. Мощный выдвинутый вперед коринфский портик с террасой на каменной аркаде создает оригинальную ступенчатую композицию. Старый Кремлевский дворец остроумно включен в новое здание: фасад прежнего дворца — практичес­ки не измененный — становится правой частью нового фасада, а с левой стороны симметрично ему возводится точно такой же корпус. Так архитектор добивается строго симметричной композиции при минимальных переделках существовавшего объема.
Получив звание «назначенного в академики», Е. Д. Тюрин начал преподавать в Архитектурной школе Экспедиции Кремлевского строения (позднее преобразована в МДАУ — Московское дворцовое архитектурное училище), а в 1832-м стал членом конференции (то есть Совета) МДАУ.
В 1817-1828 годах он выполнял работы в подмосковной усадьбе Архангельское, принадлежавшей князю Николаю Борисовичу Юсупову — известному государственному деятелю, дипломату, большому знатоку и ценителю искусств. В 1814-м году Н. Б. Юсупов был назначен Главноначальствующим Экспедиции Кремлевского строения. Поручая заказы молодым архитекторам, он способствовал их творческому и профессиональному росту, а также оказывал им материальную поддержку.
В Архангельском Тюрин перестроил и надстроил парковый павильон «Каприз», а из четырех колонн и карниза старого здания «Кап­риза» соорудил небольшую беседку, в которой позже установили памятник Екатерине II (автор Ж.-Д. Рашет). Наиболее значительная работа зодчего в Архангельском — участие в строительстве театра на 400 мест (совместно с В. Я. Стрижаковым и С. П. Мельниковым, по проекту О. И. Бове и известного итальянского мастера Пьетро Гонзаго).
Театр в АрхангельскомТеатр в Архангельском — двухэтажное деревянное, оштукатуренное и обработанное «под камень» здание. Фасад, обращенный к усадьбе, украшен четырехколонным ионическим портиком; с южной стороны позднее Тюриным была пристроена открытая лестница. Главной достопримечательностью театра стали двенадцать смен живописных декораций по эскизам П. Гонзаго, отчего и сам театр нередко называют «театром Гонзаго». Князь Юсупов чрезвычайно ценил эти декорации. Его современник писатель Нестор Кукольник сообщал: «Из уважения к художнику и желая сохранить сколь возможно долее эту живопись, <…> покойный владелец не позволял на этом театре сценичес­ких представлений; так, по крайней мере, нам рассказывали». Внутреннее и внешнее убранство театра, часть декораций Гонзаго сохранились до нашего времени без значительных изменений, что делает этот усадебный театр уникальным.
В январе 1820 года в главном доме усадьбы случился пожар: пострадали и само здание, и коллекция произведений искусства, собранная Юсуповым. В последующие два года усадебный дом восстанавливался, приобретая новый — ампирный — облик. Тюрин полнос­тью перестроил парадные интерьеры дворца, среди которых особенно выделялась столовая, выполненная в псевдоегипетском стиле.
В числе других построек Тюрина в Архангельском — Святые ворота, сооруженные в 1823-1824 годах в начале аллеи, ведущей к церкви, конторский флигель, некогда увенчанный 18-мет­ровой башней, а также ряд небольших «зас­тав», оформлявших въезды в парковые аллеи.
Еще одна крупная работа Тюрина в Подмос­ковье — дворец в Коломенском (1825). К сожалению, это монументальное сооружение с выразительнымПроект Кремлевского дворца. Второй вариант. 1822 годпирамидальным силуэтом не сохранилось: в 1878 году его снесли. От всего комплекса остался один павильон с тосканским портиком. Сегодня о внешнем облике дворца можно судить лишь по обмерным чертежам XIX века.
В 1820-х годах Тюрин участвует в благо­устройстве Царицынской усадьбы. Продолжается и его работа в Мос­к­овском Кремле. В 1825-1829 годах он руководит восстановлением Арсенала, перестраивает его дворовые фасады в позднеклассическом духе. В 1829-м возводит и отделывает трапезную церкви преподобного Харитона Исповедника в Огородниках, прихожанином которой был Н. Б. Юсупов (снесена в 1935 году), в 1832-м строит на Воздвиженке здание архива Министерства иностранных дел (не сохранилось).
В 1830-е годы Е. Д. Тюрин — в числе самых востребованных московских зодчих. Часть работ он выполняет по поручению Дворцового ведомства, в ведении которого и состоял. В 1832 году ведомство покупает у графини Орловой большую усадьбу, которая после объединения с ранее приобретенными владениями получает название «Нескучное» — нынешний Нескучный сад. Здесь начинается масштабная перестройка, большей частью по проектам Евграфа Дмитриевича. Главным зданием становится бывший дом Орловой, названный Александринским дворцом — по имени супруги Николая I императрицы Александры Федоровны. В 1833-1836 годах архитектор производит во дворце некоторые перестройки, на парадном дворе возводит взамен деревянной каменную гауптвахту. Это небольшое, но монументальное сооружение с массивным дорическим портиком представляет собой яркий образец «николаевского» ампира. Храм великомученицы Екатерины в Архангельском. Современный видСо стороны улицы устраиваются массивные въездные ворота, увенчанные скульп­турными группами (автор И. П. Витали). Е. Д. Тюрин переделывает и комплекс служебных зданий, среди которых торжественным обликом выделяется манеж. В усадебном парке появляются романтические мосты над оврагами, а в 1846 году — металлическая ограда парадного двора и въезда.
Примерно в это же время архитектор перестраивает для нужд Московского университета один из крупнейших особняков города — усадьбу Пашкова на углу Моховой и Никитской улиц. В ее ансамбль, наряду с привычными усадебными постройками, входил манеж, в котором после пожара в Петровском теат­ре (ныне — Большой) даже ставились оперные спектакли.
При перестройке усадьбы Тюрин не мог не учитывать ее соседства со старым зданием университета. Элементом, связывающим эти объемы, стала полуротонда манежа дома Пашкова: в ней Е. Д. Тюрин разместил церковь мученицы Татианы. Имея одинаковую высоту с угловой частью старого университетского здания, одинаковое вертикальное членение, схожий ордер и лепные украшения, церковь не только объединила обе университетских постройки в единый ансамбль, но и завершила торжественное оформление въезда на Большую Никитскую улицу. На аттике, который венчало распятие, была надпись: «Приступите к Нему и просветитеся», позднее замененная на современную: «Свет Христов просвещает всех». Внутреннее убранство храма соответствовало его высокому статусу. Особенно примечательным был иконостас в виде коринфской колоннады, украшенный распятием и скульп­турами ангелов работы И. П. Витали.
Фасад нового университетского здания на Моховой после перестройки приобрел облик, характерный для позднего ампира. Здесь в 1837 году Е. Д. Тюрин установил великолепную чугунную ограду, сохранившуюся до нашего времени.
С 1833 по 1838 годы Евграф Дмитриевич занимает должность архитектора Медико-хирургической академии, разрабатывает проект перестройки зданияЕлоховский Богоявленский собор. Современный видакадемии на Рождественке. В 1837 году он приступает к воплощению самого известного своего проекта — церкви Богоявления в Елохове, более известной как Елоховский собор.
В XVIII столетии на месте собора стояла небольшая каменная церковь. В 1792-1793 годах к ней пристроили обширную трапезную с двумя приделами в духе классицизма (в 1799 году в этой церкви крестили Александра Сергеевича Пушкина), в 1806-м завершили возведение высокой колокольни. Таким образом, прежняя церковь перестала соответствовать масштабам комплекса. Вырос и приход, поэтому в 1835 году было принято решение о замене обветшавшего и тесного здания.
Елоховский собор — работа, в которой в полной мере проявились противоречия, свойственные времени распада классической традиции. Стремясь обновить художественный язык классицизма, Тюрин обращается к формам, заимствованным из эпохи Возрождения. К примеру, форма цент­рального купола восходит к микельанджеловскому куполу собора Святого Петра в Риме. В то же время Е. Д. Тюрин нарочито утяжеляет пропорции здания, упрощает ордер, добиваясь монументальности, свойственной церковным постройкам 1820-1830-х годов. Такое соединение черт, характерных для разных эпох, разрушает единство стиля и свидетельствует о том, что даже Евграф Дмитриевич Тюрин, убежденный сторонник классицизма, не мог противостоять новым художественным веяниям.

 

 

 

 

 

Для получения полной версии статьи обратитесь в редакцию