Поиск

Пастырь и его духовная дочь

К выходу книги «Никто не погибнет со мной…»

Имя «московского батюшки» протоиерея Валентина Николаевича Ам‑фитеатрова (1836–1908) — известного проповедника и духовника конца XIX–начала XX века — почитаемо москвичами и в наши дни. Много лет он был настоятелем кремлевских храмов — сначала церкви святых равноапостольных Константина и Елены, а потом Архангельского собора. Вдохновенное служение и проповедничество, необыкновенный пастырский дар привлекали к нему множество людей. Могила отца Валентина на Ваганьковском кладбище сделалась местом народного почитания, по молитвам к нему совершилось множество чудес, из‑за чего в 1930‑х годах захоронение уничтожили богоборцы. Главным биографом отца Валентина являлась духовная писательница Анна Ивановна Зерцалова (1870–1937): подавляющее большинство сведений о нем дошло до нас благодаря ей. Саму Анну Ивановну расстреляли на Бутовском полигоне. Ныне она прославлена как мученица. В 2016 году исполняется 180 лет со дня рождения «московского батюшки». К этой дате издательство Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета выпустило книгу «“Никто не погибнет со мной”. Свидетельства о прот. Валентине Амфитеатрове его духовной дочери» новомученицы Анны Зерцаловой, содержащую ряд текстов Анны Ивановны, большая часть которых хранилась в архиве родственников отца Валентина и публикуется впервые. Предлагаем вниманию читателей небольшую подборку отрывков из книги, ярко характеризующих и выдающегося пастыря, и автора, и, наконец, книгу в целом.

<…> Долго я находилась в ужасной томящей тоске и грусти и только в одной молитве находила себе успокоение. Напрасно сослуживцы старались развлечь меня, все безуспешно. Ходить на службу я была не в состоянии и только после большого перерыва поступила в городскую управу. Необыкновенное произошло возрождение моей души. Из веселой, нарядной, всегда стремящейся в общество я стала сосредоточенной и молчаливой и стала искать уединения. В управе сослуживцы пускались на все хитрости, чтобы завлечь меня в свой круг, в особенности одна дама старалась заманить меня к себе. Раз ей удалось какой‑то хитростью пригласить к себе, когда у нее было собрание артистов, но, несмотря на ее фантастически убранную квартиру, я все‑таки сбежала от нее и больше уже не показывалась к ней. Ни балы, ни концерты меня больше не манили, и особенно полюбила [я] Божественное богослужение. Но все‑таки я очень томилась и тосковала по маме, и милосердный Господь услышал мою скорбь и направил меня на путь спасения. Накануне праздника [иконы] «Споручница грешных» (6 марта) приходит к нам из другого отдела сотрудница и заявляет: «Вы торжественные службы любите, а у нас завтра в Хамовниках большое торжество, празднование чудотворной иконы “Споручница грешных”. Я была этому несказанно рада, так как давно хотела поклониться чудотворному образу «Споручница грешных», но не знала о ее местонахождении. Предупредив заведующего, я отправилась к обедне, после обедни я подошла прикладываться к чудотворному образу и не могла оторваться от лика Пресвятой Богородицы, долго‑долго горячо молилась, а когда оглянулась, то уже все молящиеся вышли из храма, за исключением моей знакомой Клавдии Ивановны Богдановой. Я обратилась к ней, как мне добраться до Пресненской заставы (где жила моя сестра); она предложила мне идти с ней. Клавдия Ивановна, увидя меня такой грустной и так скучающей по маме, предложила мне пойти на могилку Батюшки отца Валентина и привела меня туда, за что я ей глубоко‑глубоко благодарна до гроба, так как с того же момента так чудодейственно, так поразительно душа моя освободилась от щемящей тоски одиночества и отчаяния. Да, с ней произошло что‑то необычное, поразительное, вдруг ко мне вернулась сила, энергия, бодрость, и так легко и радостно стало на душе. <…> («Мой дневник после смерти Батюшки»)…