restbet restbet tv restbet giriş restbet restbet güncel restbet giriş restbet restbet giriş restizle betpas betpas giriş pasizle betpas betpas giriş pasizle iskambil oyunları rulet nasıl oynanır blackjack nasıl oynanır

Поиск

Тихая живопись мастера

Тихая живопись мастера

Тихая живопись мастера


Москва для него — огромный мир, в который он вошел 26 апреля 1926 года. Хотя страна тогда была объявлена безбожной, верующие родители окрестили Юрия в храме Николы в Темниках. Семья проживала в Марьиной роще. Шесть человек теснились в 12-метровой комнате двухэтажного дома на Стрелецкой улице. Неподалеку — Миусское кладбище. Подросток Юра перелезал через кладбищенскую ограду с блокнотом под мышкой и рисовал старые деревья, церковь, мгновенно «схватывая» композицию (это врожденное умение сохранилось у Рогозина на всю жизнь). В каж­дом рисунке — такая славная чистота, ясность чувств…

С малых лет Юрий исповедовал тезис: художники — особые люди. Ради живописи отметал соблазны улицы, игры с ровесниками. Благо, мамаша потворствовала страсти сына, покупала на рынке краски, картон, рамы, картины. «Писать до предела» — любимое выражение Юрия Ивановича. Это и вправду страсть, но, в отличие от земных пороков, — страсть, рождающая красоту. На работу в типографию издательства «Правда» он отправ­лялся с этюдником, чтобы к вечеру уехать в Замоскворечье и стоять там, пока небо­склон не окутается кобальтовой шалью. Чаще всего бродил по своей Марьиной роще, рисовал неказистые улочки, деревянные дома с фигурками взрослых и детей (рогозинская манера: фиксировать людей силуэтно — одним-двумя мазками; главное — светоносная лепка городского пейзажа). Эскизы, этюды… Они дисциплинировали, формировали характер, укореняли в душе чувство: ты — художник.

Вскоре переехали на Бе­говую. Юрий любил вечерами ходить по Арбату, заглядывать в окна домов — видел там картины в позолоченных рамах и млел от восторга.
Москва в ту пору гляделась уютной, компактной. Все вроде бы рядом — и Пушкинский на Вол­хонке, и Третьяковка в За­москворечье. В Пушкинском музее стоял как завороженный перед скульптурами. Но ближе сердцу оказалась все-таки Третьяковка. Портреты Венецианова, огромные полотна Верещагина и маленькие работы Пахитонова. Что-то сказочное, таинственное сквозило в них.

Но вот — война. Юрию 16 лет. Явился в военкомат: «Хочу на фронт». Отправили учиться на курсы снайперов, потом в авто­школу. На передовую попал лишь спустя два года. Но успел-таки сбить вражеский самолет — да из винтовки! Понятное дело: глаз отточен многолетним рисованием…
С годами Рогозин вырос в художника, которому по плечу любая техника, любой материал в графике и живописи. Он объездил страну вдоль и поперек: Заполярье, Средняя Азия, Кавказ, Памир, Байкал, Вологодчина, Псковщина, Калужская земля. Итог — участие во многих всесоюзных, республиканских, московских выставках, награды. Созданные им портреты, пейзажи, натюрморты находятся как в российских, так и в зарубежных галереях, музеях, частных собраниях. Юрий Иванович щедро делился своим богатейшим творческим опытом с молодежью, возглавляя художественную студию при издательстве «Правда». Делится и сейчас, когда к нему в мастерскую приходят новые ученики, чтобы приобщиться к одухотворенному и тихому, как икона, его искусству.

Ферапонтово. Бумага, масло. 1979 год

Весна. Холст, масло. 1994 год

Зимний мотив. Река Серена. Картон, масло. 1988 год