Поиск
  • 21.06.2017
  • Наследие
  • Автор Виталий Васильевич Васильев

Музей живой старины

Музей живой старины

Иллюстрация: Федоровский (Романовский) городок. Эскиз С.С. Кричинского


Г. Горелов. Федоровский городок. Палаты воинского лазарета. 1916 год

О недолгой (1915–1917), но яркой и плодотворной деятельности в Петрограде Общества возрождения художественной Руси.

Вначале небольшое предисловие. На исходе XIX века стремительный рост промышленности в России, породивший ряд проблем материально‑экономического характера, обозначил также назревший конфликт в вопросах историко‑эстетических. Столкновение патриархально‑провинциальной и городской «фабричной» культур отчетливо и самым неожиданным образом проявилось во время Первой Всероссийской торгово‑промышленной выставки в Нижнем Новгороде. С 4 по 17 августа 1896 года в рамках выставки проходил съезд предпринимателей. Основная полемика между участниками разгорелась на почве столкновения интересов купцов и аграриев. «Купечество наиболее всех других сословий сохранило в себе самобытный русский дух. Национальные чувства нигде не проявляются с такой силой, уверенностью и широтою, как в этом сословии. Оно единственно сильное в наше время и своей зажиточностью. <…> Оно все может. <…> Многие другие сословия <…> не могут, как во время былой старины, проявить свою силу», — писала нижегородская газета «Волгарь» (список цитируемых источников см. в конце. — В.В.).  Подобная манифестация могущества торгово‑промышленного лобби, протежируемого протекционистской политикой С.Ю. Витте, вызвала негодование оппонентов. Закрывая съезд, в своем заключительном выступлении председательствующий Д.Ф. Кобеко указал на тот факт, что одновременно с индустриализацией России в стране усиливаются прозападные влияния: «Уже в Новороссии, на Волыни, в Прибалтийском крае надвигается волна иностранной колонизации. Хорошо, чтобы землю вспахивал русский плуг, но еще важнее, чтобы на ней работал русский человек». Также, парируя утверждения о неизбежности все более интенсивного оттока крестьянства в города, Д.Ф. Кобеко настаивал: «Земледелец, помещик или крестьянин не может расстаться с легким сердцем с землей, потому что в этой земле сложены кости его предков, что эта земля была его колыбелью, что с владением ею связаны лучшие минуты его жизни. <…> Духовная связь с землей составляет великую силу русского населения, которая заслуживает глубокого уважения и требует мер охраны и поддержки». Тогда в России вообще много говорили о «русской идее», о «возврате к корням» с целью обретения утрачиваемого в «век пара и электричества» национального самосознания. Многое и делали. Появился «русский стиль» в искусстве, вспыхнул интерес к фольклору, начались масштабные и разно­образные исследования отечественных древностей. Существенную помощь энтузиастам на этой ниве оказывали крупнейшие меценаты — С.И. Мамонтов, С.Т. Морозов, С.И. Щукин, Бахрушины, Рябушинские, Строгановы, Третьяковы. Широкое распространение получили всевозможные общества и кружки, объединившие в своих рядах любителей русской старины. Назовем здесь лишь некоторые: Общество ревнителей русского народного искусства, Русское художественно‑промышленное общество, Ярославское художественное общество, наконец, Общество возрождения художественной Руси, о котором у нас далее и пойдет речь…

Лазарет № 17, находившийся под патронажем императрицы Александры Федоровны и великих княжон Марии и Анастасии. Фотография 1916 года