restbet restbet tv restbet giriş restbet restbet güncel restbet giriş restbet restbet giriş restizle betpas betpas giriş pasizle betpas betpas giriş pasizle iskambil oyunları rulet nasıl oynanır blackjack nasıl oynanır

Поиск

Военные поселения

Военные поселения

Военные поселения


Принято считать, что автором идеи «посадить» солдат на землю, совместив воинскую службу с занятиями сельским хозяйством, был «всей России притеснитель» граф А. А. Аракчеев. Однако в реальности он не только не являлся инициатором создания военных поселений, но  вначале выступил резко против1. Когда Александр I познакомил графа с этим проектом, Алексей Андреевич чуть ли не на коленях умолял самодержца отказаться от такой затеи, но тот оставался непреклонен, бросив якобы следующую страшноватую фразу: «Военные поселения будут, хотя бы пришлось уложить трупами дорогу от Петербурга до Чудова»2. Более того: именно Аракчеев получил приказ заняться обустройством войск по-новому. В результате «народ кряхтел, жаловался и приписывал все невзгоды Аракчееву, который тут ни душой, ни телом не был виноват»3.

Тенденция к милитаризации труда существовала во многих странах во все времена. Еще в Древнем Риме правители «сажали на землю» легионы в приграничных провинциях. В России середины XVI–конца XVII века стрельцы в свободное от службы время занимались ремеслами и торговлей. Павел I в бытность свою цесаревичем обдумывал план размещения армии на постоянных квартирах, где солдаты жили бы вместе с семьями, а их дети со временем заменяли бы отцов в строю. Здесь уместно вспомнить также опыт Пруссии, когда стране после ее поражения в войне с Наполеоном позволили иметь вооруженные силы численностью не более 40 тысяч человек. Прусский король нашел способ обойти этот запрет: солдат, отслуживших срочную службу, переводили в ландвер (запас) и они  занимались своим хозяйством по месту жительства, периодически привлекаясь на  военные сборы, благодаря чему Пруссия, формально не нарушая установленные для нее ограничения, на деле сформировала боеспособную армию в сотни тысяч штыков. Читал Александр I  и немало впечатлившую его статью генерала Сервана де Гербея «Пограничные войска государства», где предлагался проект особых военных поселений на границах Франции…

Идея, таким образом, буквально витала в воздухе, привлекая своей, казалось бы, бесспорной выгодностью и возможностью решить путем ее реализации множество социально-экономических проблем. И когда в 1810 году адмирал Николай Семенович Морд­винов (впоследствии — граф, почетный член Петербургской академии наук, президент Вольного экономического общества) представил Александру I записку об учреждении «усадьбы для полков»4, основные положения которой разделялись рядом других высших сановников Российской империи, император принял ее с воодушевлением. В самом деле, прекрасная мысль: соединить службу солдата с работой военнообязанного мужика! Крестьяне станут солдатами, оставаясь хлебопашцами, а солдаты разделят с ними полевые работы. Все будут носить одинаковую форму и жить по правилам армейской дисциплины. Армия начнет кормить себя сама, что резко сократит расходы на ее содержание. Солдаты в мирное время не будут оторваны от семей — тем самым рекрутчина со временем отойдет в прошлое. Крестьянский труд под влиянием воинской дисциплины примет более цивилизованные формы…
У Аракчеева по поводу всего этого имелись совсем другие соображения5. Однако, воистину «без лести преданный», он, получив от императора приказ приступить к созданию военных поселений, беспрекословно, как всегда, подчинился «батюшке». Ведь, по позднейшим воспоминаниям Алексея Андреевича, «военные поселения составляли собственную государеву мысль, это его дитя, в голове государевой родившееся, которое он любил и с которым не мог расстаться». Однако нельзя сбрасывать со счетов и предположение историка Н. К. Шильдера, что Аракчеев «в этой царственной фантазии усмотрел верное средство еще более укрепить свое собственное положение и обеспечить в будущем преобладающее влияние на государственные дела»6.

Так или иначе, Аракчеев со свойственной ему энергией и организаторским талантом взялся за дело. Тем более что прообраз военных поселений в некоторой степени уже существовал — его собственное имение Грузино, включавшее 38 деревень и насчитывавшее более 2000 душ крепостных мужского пола. Грузино представляло собой образцовое по тем временам хозяйство. При его организации Аракчеев  руководствовался следующим прин­ципом: имение должно служить не обогащению владельца, а улучшению благосостояния вверенных ему Богом и царем крестьян. Первые враги мужика — леность, пьянство, разболтанность, отсутствие порядка в быту. Эти пороки Алексей Андреевич в первую очередь и принялся искоренять железной рукой. Ветхие дома разбирались; переносились на новые места  целые деревни: прокладывалось шоссе и вдоль него ставились ровными рядами на равном расстоянии друг от друга чистые просторные избы на каменных фундаментах. Дороги и пруды обсаживались деревьями. Даже самому захудалому крестьянину полагалась хотя бы одна  лошадь и несколько коров — в зависимости от величины земельного надела. Если скотина околевала, вотчинный голова обязан был немедленно заменить ее. В начале года составлялись списки взрослых парней, и после проверки знания Закона Божия граф разрешал им жениться. При этом девушек пар­ням назначали, а свадьбу они должны были справить до Троицына дня. Наиболее бедным женихам и невестам оказывалась помощь. Поощрялась рождаемость, предписывались правила содержания младенцев матерями, чтобы снизить детскую заболеваемость и смертность. На любой случай жизни у Аракчеева имелись инструкции. Суд над их нарушителями граф вершил сам: публичные, в назидание другим, наказания розгами были обычным делом. В результате быт крестьян улучшался, достаток увеличивался, но они «чувствовали себя очень несчастными, ибо внутреннее и внешнее управление сопровождалось неумолимой строгостью и обременительной любовью к порядку. <…> В барском доме малейшая пылинка на стене, едва приметная для микроскопического наблюдения, имела последствием для слуги палочные удары»7.
Штаб военного поселения 1830-х годов в Чугуеве. Современная фотографияАлександр I неоднократно бывал в Грузино. «Граф Алексей Андреевич! — восторгался он в одном из писем, — устройство и порядок, который лично видел Я в деревнях ваших, <…> доставили мне истинное удовольствие. Доброе сельское хозяйство есть первое основание хозяйства государственного. Посему я всегда с особым вниманием взирал на все сведения, доходящие ко мне о благоустройстве частного сельского управления»8. Именно в Грузино император узрел воплощение того, что он хотел бы иметь в военных поселениях. Можно ли было для их создания найти лучшего исполнителя, чем Аракчеев?
 Для организации первого военного поселения Александр I в 1810 году избрал Климовичский уезд Могилевской губернии. Местных жителей отправили в Херсонскую губернию, а сменившие их солдаты принялись за обустройство на новом месте и одновременно — за землепашество. Земледельцами они оказались плохими, так как не знали особенностей здешних почв; выданный им скот большей частью погиб. Лишь к 1812 году их быт кое-как наладился, и Аракчеев доложил царю об успехах.

С началом Отечественной войны 1812 года процесс создания военных поселений практически сошел на нет, однако уже в 1815 году император вернулся к своей излюбленной идее и повелел поселить один батальон на реке Волхов Высоцкой волости Новгородской губернии. Всего в этой губернии намечалось разместить целую дивизию численностью 18 тысяч человек. Другие (в основном кава­лерийские) подразделения отправлялись на Украину.
Новые поселения организовывались иначе, чем первые. Солдат водворяли на жительство в избы местных крестьян, которые не изгонялись на чужбину, а становились военными поселянами и распределялись по ротам. Им выдавали форму и обязывали, помимо выполнения хозяйственных работ, проходить строевую подготовку, что позволило в короткие сроки увеличить численность поселенных войск до 750 тысяч человек. Александр I намеревался перевести на эту систему всю армию. В 1821 году военно-поселенческие полки объединили в Отдельный корпус, главным начальником которого был назначен все тот же А. А. Аракчеев. К 1825 году такие войска уже имелись в Петербургской, Новгородской (по реке Волхов и близ города Старая Русса), Могилевской, Слободско-Украинской, Херсонской, Екатеринославской и других губерниях; к 1826-му на поселении находилось около 1/4¼ (по другим данным, 1/3) всего состава российских войск.

Для получения полной версии статьи обратитесь в редакцию.