Поиск

Забытый герой забытых сражений

Забытый герой забытых сражений

Фото: Молебен на торговой площади в селе Сергиевском (предположительно 11-го Псковского или 12-го Великолуцкого полка). Июль 1914 года. Фотография предоставлена краеведческим музеем города Плавска Тульской области


Русские солдаты в госпитале. Фотография П. Оцупа. 1915 год

Об участнике Первой мировой войны Прокофии Мироновиче Панфилове (1889–1950?).

В 1974 году в Москве вышла книга историка Н.Н. Яковлева «1 августа 1914», имевшая большой успех — в частности, потому, что тогда еще были живы тысячи участников и свидетелей Первой мировой войны. Память о той войне продолжала существовать, причем в значительной степени на уровне семейных преданий: у кого‑то остались фотографии, письма с фронта, дневники, кто‑то находил среди старых вещей Георгиевский крест или трофейный  штык‑нож, кто‑то в детстве наслушался дедовских рассказов… Наша семья не являлась исключением — оба моих деда воевали в «германскую». Об этом я узнал от отца — Григория Кузьмича Чичерюкина (1921-1996). Прочитав книгу Яковлева, он поведал мне, что и его родитель — Кузьма Ефремович Чичерюкин (1898-1943) — сражался на фронтах  Первой мировой, прошел якобы даже горнило знаменитого Брусиловского прорыва; одна из сес­тер моей бабушки Ксении Ивановны Чичерюкиной, в девичестве Лычагиной (1900-1971), вышла замуж за георгиевского кавалера дядю Проню, другая — за матроса‑балтийца дядю Васю. О дяде Проне — Прокофии Мироновиче Панфилове — отец отзывался с большим пиететом. По его словам, это был физически очень сильный и крепкий человек: легко ломал на куски сахарные головы, гнул подковы. Однажды в конце 1920‑х годов, уже после переселения из родной Рязанщины в Москву, дядя Проня на спор впрягся вместо лошади в груженую телегу и вкатил ее на пригорок. В отрочестве отец не раз слышал, как Кузьма Ефремович, дядя Проня и дядя Вася, беседуя между собой, вспоминали бои и походы тогда еще не столь давней войны. Дядя Проня и мой дед сходились на том, что в штыковой атаке на равных русским могли противостоять только немцы, остальные противники — австрийцы, венгры, поляки, чехи — были послабее. Запомнились отцу два эпизода из фронтовой биографии дяди Прони. Вроде бы в самом начале войны его взяли в плен. Колонну пленных русских солдат повели в тыл. Когда переходили по мосту реку, дядя Проня оттолкнул конвоира, перемахнул через перила и бросился в воду. Поднялись крики и стрельба. Но беглец, стараясь не выныривать, доплыл до прибрежных зарослей и там затаился под водой, дыша через сломанную камышинку. Конвоиры бегали по берегу с собаками до вечера — тщетно. Дождавшись темноты, дядя Проня выполз на сушу и направился в сторону откатившегося фронта. Шел, по всей видимости, несколько дней. Пересек фронт и сразу же попал в лазарет — тиф. Поправившись, вернулся в свою часть — уже кавалером Георгиевской медали «За храбрость»…