Поиск

О «музыкальном доме» и княжне Е.М. Шаховской

О «музыкальном доме» и княжне Е.М. Шаховской

Фото: Вид на Калошин переулок от Сивцева Вражка. 1913 год


Калошин переулок, дом № 4. Современная фотография

Из воспоминаний.

Предисловие публикатора

С автором предлагаемых читателю воспоминаний меня познакомил мой друг, работающий настройщиком музыкальных инструментов. Он сказал, что недавно был у одной женщины на Сивцевом Вражке «по причине настройки пианино», и резюмировал: «Таких людей уже не осталось…» Тогда же я узнал, что Вере Дмит­риевне Нырковой давно перевалило за 90 (родилась в сентябре 1918 года) и на первый визит к ней настроился соответственно. А увидел очаровательную «музыкальную женщину». Она накрыла с виду простой стол, но котлетки с жареной картошкой, огурчики собственного засола, чай с чабрецом и с какой‑то еще духовитой травой оказались так вкусны… Три с лишним часа беседы пролетели как пять минут. Вера Дмитриевна упоминала московские лица, хорошо знакомые по многочисленным мемуарам и публикациям: Николай Карлович Метнер, Александр Борисович Гольденвейзер, Александр Федорович Гедике, Владимир Владимирович  Софроницкий, Ольга Фабиановна Гнесина, Мария Александровна Скрябина… Мы с другом слушали, раскрыв рты, зачарованные ее памятью и остроумием. Сама В.Д. Ныркова окончила в 1946 году с отличием Московскую консерваторию; в 1949‑м — аспирантуру по классу фортепиано, в 1950‑м защитила кандидатскую диссертацию «Вариации русских композиторов конца XVIII — начала XIX века»; по сию пору работает в музыкально‑педагогическом институте имени Гнесиных, пройдя путь до профессора (1988) и заведующей кафедрой фортепиано (1969-2010). Автор публикаций в сборнике «Труды ГМПИ им. Гнесиных» и других  музыкальных изданиях. Организатор Пречистенских пятниц в музыкальной гостиной Камерного зала Дома ученых, с недавнего времени носящих ее имя. Вера Дмитриевна поведала нам об одном посещении ею бывшего особняка А.И. Коншиной на Кропоткинской улице в конце 1920‑х годов, когда там играл молодой талантливый пианист Владимир Софроницкий. А вообще‑то наслаждаться его исполнением она с восьми‑девятилетнего возраста могла и у себя дома, поскольку Софроницкий был ее соседом по квартире № 19 в доме № 4 по Калошину переулку. На концерты же девочку брала другая соседка — первая Верина учительница музыки Елена Михайловна Шаховская (1873-1942), поселившаяся здесь в 1911 году, когда значилась еще княжной. «Для затравки» Вера  Дмитриевна продемонстрировала дореволюционную фотографию Е.М Шаховской и потом потекли воспоминания, как Елена Михайловна начинала учить ее способам звукоизвлечения, правильной посадке за роялем, прочим азам. 26 октября 1941 года Вера видела ее в последний раз — «одетую в рыженькую меховую шубку, с небольшим матерчатым узелком в руках», в сопровождении специфически одетых вооруженных людей… Княжну не первую забрали из дома № 4. Пионером этих «путешествий» выпало стать дочке шуйского купца Нине Федоровне Абрамовой (арестована 6 апреля 1935 года, отправлена на пять лет в село Агинское Саянского района Красноярского края). Ее брат Владимир Федорович тоже не избежал подобной участи (арестован в марте 1935‑го, «переброшен» в Чимкент). Оба — «птенцы гнезда» Е.М. Шаховской. В середине 1930‑х арестовали настройщика, регулярно наведывавшегося в Калошин дом по просьбе Елены Михайловны (его  отправили строить какой‑то канал). В январе 1922 года в Калошином переулке, 4, в квартире № 24 поселился Вяче­слав Евгеньевич Волков — участник Первой мировой войны, подполковник. После революции он вступил в Красную армию. Преподавал курсантам 1‑й командной школы имени ВЦИК, затем пошел по гражданской части — химический, медицинский институты… Задержали В.Е. Волкова 28 марта 1938 года в квартире № 23 (переехал в нее буквально накануне). Что с ним сталось — неведомо. …Дом №  4 по Калошину переулку моск­вичи хорошо знали с конца XVIII столетия. Он принадлежал бригадиру А.И. Калошину, фамилию которого переулок хранит поныне (назывался еще Чаадаев — по имени домовладельца 1720‑х годов, «флота лейтенанта», и Евреинов — по собственнику 1760‑х). К самому концу XIX века срок жизни жилищу, стоящему на этом участке, истек. На его месте архитектор Николай Дмитриевич Струков (1859 — после 1928) выстроил в 1897 году для предпринимателя, юриста, землевладельца, председателя Общества вспомоществования нуждающимся студентам Московского университета, преподавателя 3‑й мужской гимназии Михаила Герасимовича Комиссарова (1867-1929) доходный трехэтажный корпус. Комиссаров сдавал его внаймы, но иногда устраивал там «политические посиделки»: «В начале ХХ века в хлебосольном доме Михаила Герасимовича в Калошином собирались выдающиеся деятели как русской либеральной политики (братья князья Петр и Павел Долгоруковы, П.Н. Милюков, Ф.Ф. Кокошкин, князь Д.И. Шаховской, А.А. Корнилов, М.В. Челноков, Н.М. Кишкин), так и русской культуры (например, основатели и ведущие актеры МХТ — К.С. Станиславский, В.И. Немирович-Данченко, В.И. Качалов, И.М. Москвин и др.)». Композитор и дирижер Николай Разумникович Кочетов (1864-1925) поселился в недавно построенном доме №  4 в 1902‑м или в самом конце 1901 года и прожил здесь до 1903‑го. Он был знаменит в Первопрестольной тем, что в 1900-1901 годах продолжил «насаждать» серьезную музыку в Сокольниках. В симфонических концертах за дирижерским пультом стоял сам Николай Разумникович — «седоволосый, рыжебородый, высокий, румяный блондин в синей паре, с подстриженной бородкой, с галстуком  и воротничком» (Андрей Белый). На них «засветились» такие корифеи оперной сцены, как М.А. Дейша- Сионицкая, А.В. Секар-Рожановский Л.В. Собинов, Ф.И. Шаляпин; дирижировали А.А. Литвинов, Е.Е. Плотников, П.И. Решетников. Среди заметных «музыкальных людей» дома № 4 назовем еще Дмитрия Романовича Рогаля- Ле­вицкого (1898-1962), жившего в 1920‑х годах в квартире №  24 (с 1930‑х — в квартире № 26). Он окончил Московскую консерваторию по классу арфы М.А. Корчинской (1925), трудился научным сотрудником Музыкально‑этнографических курсов Института музыкальной науки (1926-1929), преподавал в Музыкальном техникуме имени Гнесиных (1921-1937). В Калошином доме Д.Р. Рогаль-Левицкий написал оркестровку  «Интернационала», долгое время фактически являвшегося гимном страны. Первая редакция гимна СССР, прозвучавшая по радио в ночь на 1 января 1944 года, чем‑то не понравилась Сталину. Повторную оркестровку доверили Рогалю-Левицкому. Дмит­рий Романович проявил себя блестящим оркестровщиком, оказавшим влияние на развитие стиля оркестровой сюиты («Листиниана», 1932; «Скрябиниана», 1935). Съехал он из Калошина в 1938 году. В конце жизни трудился над автобиографичес­ким романом «50 лет в когтях у музыки: тягостные воспоминания о бесславно прожитой жизни», где есть страницы и о доме № 4. Москвовед С.К. Романюк пишет: «В этом доме собирались художники, писатели, актеры, музыканты на «шмаровинские среды», названные так по фамилии коллекционера и друга многих художников В.Е. Шмаровина». Автор называет дом № 4 в числе московских адресов Владимира Егоровича Шмаровина (1847-1924), но не указывает годы, в которые тот здесь проживал. Не стоит ли проверить подлинность сведений, приводящихся на сей счет в других изданиях? Дом №  4 в Калошином переулке в разное время был обитаем не только музыкантами, но и кинематографистами (И.К. Правов — № 24), преподавателями (В.В. Сумарокова — №  17, Г.А. Шмидт — № 18), врачами (Б.П. Звонников, Р.Г.  Исаева — № 15, Е. и Л. Моисеевны Куппер — № 14), инженерами (Ю.Б. Дрибинович — № 25, В.В. Алексеева — № 16), геологами (В.А. Обручев, его сыновья В.В. и С.В. Обручевы — № 18), палеонтологами (Д.В. Обручев — № 18), географами (С.С. Воскресенский — № 19), торговцами (С.Ш. Фридман — № 20), аграриями (П.П. Юшневский — № 19), работниками банков (Б.И. Шлейфер — № 23), экономис­тами (П.Л. Сегаль — № 20), юристами (В.А. Долицкий — № 31, Н.К. Муравьев — № 15), военными (В.Е. Волков — № 23), фармацевтами (А.Л. Тескин — № 34)… Некоторые называют сегодняшнее здание в Калошином переулке «историческим после капитальной реконструкции». Не знаю… Это — новодел 2000 года, в котором размещается бизнес‑центр «Старый Арбат»; о творении архитектора Н.Д. Струкова напоминают лишь «трехэтажность» и качественная имитация кирпичной кладки конца XIX века. Наконец, последнее. В записях о роде Шаховских, где значится 441 человек, княжна Елена Михайловна отсутствует, в поколенной росписи рода — тоже. Нет ее и в перечне репрессированных Шаховских (36 фамилий). Странный, досадный пробел, который отчасти сможет восполнить данная публикация. Воспоминания В.Д. Нырковой печатаются с небольшими сокращениями и с минимальной редакторской правкой…

Е.М. Шаховская (в центре) во дворе дома № 4 с музыкальным классом. Справа от нее — Вера Ныркова, Ирина Семенова, Эдуард Вордзяк; сидят (справа налево): Таня Шуберт, Алик Чернявский. 1929 год