Поиск

Художник и меценаты

Художник и меценаты

Художник и меценаты


 

 

 

Александр Павлович Иванов. Фотография начала XX векаМой дед А. П. Иванов в середине 1870‑х го­дов
окончил Петербургскую академию художеств с серебряной медалью
и получил право на творческую командировку в Италию. Но, согласно
семейным преданиям2, туда его не пустила мать («женишься еще на
итальянке»), и он вместо неаполитанских и прочих тамошних видов,
которыми увековечили себя его знаменитые сокурсники, увлекся пленительными
пейзажами Подмосковья, естественным образом
примкнув к Товариществу передвижников. А на «Портрете матери
художника» застыл пристальный женский взгляд с оттенком укоризны… Кстати,
глаза у деда получались удачно. По тем же
семейным преданиям, И. Н. Крамской иногда просил его: «Саш, попробуй тут зрачки,
а то что‑то не клеится».

Сын молочницы. Картон, масло. Около 1905 годаХорошо известен кружок живописцев, собиравшихся
в Абрамцеве — усадьбе С. И. Мамонтова.
Но мой дедушка больше тяготел к южному кружку,
образованному еще одним выдающимся предпринимателем и меценатом —
Василием Ивановичем Якунчиковым (1827-1907)3, владевшим усадьбами
Введенское под Звенигородом и Фоминское близ села Наро-Фоминское, где он
создал (1865) Воскресенскую бумагопрядильную ману­фактуру. Им были
построены также два кирпичных завода — в Одинцово и подмосковном
тогда селе Троицкое-Че­ре­мушки, гостиница «Ампир» (теперь — «Будапешт»),
проложена улица Петровские линии с пассажами; он участ­вовал
в возведении зданий Московской консерватории и Музея изобразительных
искусств. Получив образование в Анг­лии, В. И. Якунчиков
всегда оставался патриотом России, стремясь перенести западный технический опыт
на русскую почву, а также обогатить отечественную культуру. Прекрасно
играл на скрипке. Семейные узы связывали его с кругом других крупных меценатов:
женился он на Зинаиде Николаевне Мамонтовой, сестра которой, Вера Николаевна,
была замужем за Павлом Михайловичем Третьяковым; дочь Якунчиковых Нина
Васильевна стала супругой выдающегося пейзажиста Василия Дмитриевича Поленова,
а младшая дочь Мария Васильевна (1870-1902) сама оказалась талантливой
художницей, активно привлекавшей к гос­теванию во Введенском собратьев по
искусству, среди них и А. П. Иванова.

На рубеже ХIХ-ХХ веков в усадьбах
Якунчиковых собирались и подолгу жили видные представители московской
творчес­кой интеллигенции. Так, в 1870-­1880‑х годах у них
неоднократно бывали композиторы П. И. Чайковский
и А. Н. Скрябин, пианист и дирижер Н. Г. Рубинштейн,
в 1880-1890‑х — художники И. И. Левитан, М. А. Врубель, К. А. Коровин, В. А. Серов, В. В. Верещагин. В 1901 году на даче в Фоминском А. П. Чехов
работал над пьесой «Три сест­ры», а в 1903‑м — над «Вишневым
садом». В этот период К. С. Стани­славский приезжал в усадьбу с ведущими
артистами МХАТ и готовил некоторые постановки. Тогда же здесь
писал этюды молодой И. Э. Грабарь,
которого за картину, изобра­жающую Наро-Фоминскую мануфактуру, считают одним из
основателей «индустриального пейзажа».

Портрет матери художника. Холст, масло. 1870-е годы Наро-Фоминская  мануфактура. Холст, масло. 1890-е годыСудя по многочисленным этюдам деда, он гостил
у Якунчиковых довольно часто. Кстати, в ряде его пейзажей тоже
проглядывает Воскресенская мануфактура. Между прочим, деду с хозяином было
легко общаться и в Москве, поскольку проживали они недалеко друг от
друга: Якунчиковы в Среднем Кисловском переулке, а Александр Павлович
вплоть до 1912 года — в Кремле, в Потешном дворце4.
И, видимо, именно в рамках «межсемейного сотрудничества» сестра моей бабушки (учительницы Дворцовой школы Кремля) Глафира Петровна
Орлова — тоже воспитательница — отправилась из Москвы преподавать
в Наро-Фоминскую школу при фабрике, где трудилась с 1890‑х до 1920‑х
годов. А в нашей семье сохранилась фотография дедушкиной картины
«Ванятка с азбукой», оригинал которой был приобретен издателем
иллюстрированного школьного букваря.

Творческая работа деда в последней трети ХIХ
столетия поддерживалась и другой семьей меценатов, оставившей заметный
след на государственном и культурном поприщах. Речь идет о князьях
Васильчиковых. Впервые эта фамилия «прозвучала» в 1575 году, когда
черниговская боярыня Анна Васильчикова стала пятой женой царя Ивана Грозного.
Много лет спустя генерал от кавалерии Илларион Васильевич Васильчиков
(1776-1847), находясь рядом с будущим императором Николаем I на Сенатской
площади во время декабристского восстания, в самый напряженный момент
настоял на стрельбе по восставшим картечью и дал соответствующую команду,
что решило исход конфликта. Его сын — князь Виктор Илларионович
Васильчиков (1820-1878), генерал‑адъютант, возглавлял штаб обороны Севастополя
в Крымскую войну. Адмирал Нахимов говорил о нем одному из
собеседников: «Убьют меня, убьют Вас — это ничего, а вот если
израсходуют князя Васильчикова, это — беда: без него несдобровать
Севастополю». В 1860-1867 годах В. И. Васильчиков
исполнял обязанности военного министра России.

Лесная окраина деревни. АкварельДети на пляже. Крым. 1917 годВесомый
вклад в развитие отечественной культуры внес двоюродный брат Виктора
Илларионовича — искусствовед и историк Александр Алексеевич
Васильчиков (1832-1890). После дипломатической службы в Риме
и Карлсруэ он стал директором Эрмитажа и председателем Императорской
Археологической комиссии. В данном качестве Александр Алексеевич
организовывал многочисленные исторические изыскания, публикацию литературных
памятников, сблизился с художественным миром и всемерно поощрял его
представителей. В подмосковной усадьбе А. А. Васильчикова
Коралово дед также неоднократно гостил, создав здесь много этюдов. Сохранились
выполненные им карандашные портреты детей хозяина и панорама соседнего
села Ершово.

Летом 1914 года, за несколько недель до начала
Первой мировой войны Александр Павлович по специальному разрешению писал
в Третьяковской галерее копию с шишкинской картины «Рожь». Мой отец,
тогда 10‑летний мальчик, несколько дней крутился около него в Третьяковке.

Тягостны были военные годы. Все же летом 1917 года
семья Ивановых предприняла привычное, однако ставшее рискованным путешествие
в Крым. Там на феодосийском пляже дед запечатлел своих детей — Сережу
и Ольгу с их маленьким приятелем.

В
1905-1920 годах Александр Павлович преподавал в Строгановском училище
и в школах, занимался акварелью. Сохранились его демонстрационные
(для студентов) эскизы — цветы, птицы, грибы, ягоды… Любопытен черно‑белый
карандашный портрет английской девочки (1890), исполненный с двухцветного
оригинала, изданного в Лондоне.

Увлечение деда акварелью и карандашом через столетие
передалось его правнуку Александру Александровичу, худож­ни­ку‑любителю.
В 1990‑х годах выставка картин последнего с интересом была воспринята
посетителями.

В ноябре 1941 года созданная дедом в канун
Первой мировой войны копия шишкинской «Ржи» сорвалась со стены (мы жили на
Моховой) от взрыва фашистской фугасной бомбы, упавшей между МГУ и Манежем.
Золоченая рама получила сколы. Я не стал устранять повреждения — пусть
остаются как память о Второй мировой.

 

 

 

 

Для получения полной версии статьи обратитесь в редакцию