Поиск

Сергиево благословение

Сергиево благословение

Фото: Свято-Никольский Черноостровский женский монастырь (Малоярославец). Фотография протоиерея Андрея Лобашинского. 2014 год


Троице-Сергиева лавра. Фотография 1932 года

К 20-летию со дня кончины схимонахини Елисаветы (Екатерины Павловны Васильчиковой. 1906–1994).

Е. П. Васильчикову крестил «всероссийский батюшка», ныне прославленный в лике святых Иоанн Кронштадтский. Похоронена она на кладбище Свято-Никольского Черноостровского женского монастыря (Малоярославец). К началу 1990‑х годов схимница Елисавета оставалась последней живой причастницей великой церковной тайны ХХ века, сопряженной с неослабным духовным подвигом. Речь о тайном изъятии, сокрытии и сохранении главы преподобного Сергия Радонежского от поругания и возможного уничтожения. Павел Васильевич Флоренский, внук священника Павла Флоренского, тоже причастного этой тайне, вспоминает: «Еще в детстве я слышал от родных разные намеки и догадывался, что они скрывают от меня какую‑то тайну. Когда мы пришли к Екатерине Павловне (в 1991 году. — Г.К.) и стали расспрашивать про святыню, она в ужасе вскочила:

— Откуда вы знаете?! Кто вам сказал?! — чуть ли не кричала на меня. — Этого никто не должен знать!»

Понятен «ужас» Екатерины Павловны: ведь все «причастники» поклялись унес­ти тайну в могилу. Но здесь, как считает игумен Андроник (Трубачев), старший внук отца Павла Флоренского, есть и нечто большее тайны. «Сокрытие главы преподобного Сергия, — пишет он, — было не только тайным, но и таинственным, освященным не только благословением Патриарха Тихона, но и самого преподобного Сергия». Вспомним то время. В 1919 году революционные власти «в целях борьбы с мракобесием и суеверием» постановили вскрыть мощи преподобного Сергия Радонежского. Патриарх Тихон обратился к В. И. Ленину с просьбой не допустить «деяния, явно оскорбительного для чувств православного русского народа». «По долгу пастырского служения заявляю Вам, — предостерегал Святейший, — что всякое оскорбление религиозного чувства народа вызывает в нем естественную скорбь и справедливое негодование и может волновать его даже в несравненно большей степени, чем все другие невзгоды жизни». Однако обращение Патриарха не остановило кощунства. Вскрытие мощей назначили на 11 апреля (пятница перед Лазаревой субботой). Опасаясь взрыва народного возмущения, для охраны Троице-Сергиевой лавры прислали роту красноармейцев. Повсюду были выставлены караулы. Площадь перед лаврой народ запрудил так, что грузовики с электростанцией и киноаппаратурой едва проехали к воротам, где произошла давка. Из толпы послышались угрозы и брань, в охрану полетели комья грязного снега. Красноармейцы, стреляя в воздух, с трудом закрыли ворота. Троицкий собор заполнили представители «передовой общественности» и новой власти. Крупные ее чины столпились перед ракой, а братия во главе с наместником архимандритом Кронидом (Любимовым. Расстрелян в 1937 году, прославлен в лике преподобномучеников) разместилась на солее. Мощные рефлекторы и киноаппараты были установлены по обе стороны раки. Когда откинули ее крышку (в 20 часов 50 минут), монахи запели величание преподобному, но председатель Сергиевского исполкома Ванханен грубо оборвал пение, и вскрытие производилось под «мертвое жужжание» кинокамер. В это же время на площади перед лаврой протоиерей Александр Константиновский начал служить молебен с акафистом преподобному Сергию. Пение дружно подхватил народ. Подошли другие священники; служба не прекращалась. Утром наместник, благодаря Сергиево-Посадское духовенство за молитвенную помощь, сказал: «В соборе мы должны были молчать, а вас Господь вразумил и сподобил помолиться в такие часы за всех нас!» И это молитвенное стояние не осталось втуне: как известно, кинопленка оказалась засвеченной!