Поиск

Трагедия Шуховской башни

Трагедия Шуховской башни

Фото: В. Г. Шухов за рабочим столом. 1922 год


Шуховская башня. Фотографии Владимира Шухова (праправнука). 2013 год

О судьбе творческого наследия выдающегося русского инженера и ученого Владимира Григорьевича Шухова (1853–1939).

Изобретенные В. Г. Шуховым в последние годы XIX века легкие, прочные, экономичные и эстетически совершенные конструкции, прежде всего сетчатые системы, остаются непревзойденными образцами инженерного искусства. Его идеи по сей день широко используются во всем мире при создании высотных сооружений, большепролетных покрытий и даже корпусов космических кораблей. В моем личном архиве хранится уникальный документ — рабочая тетрадь Владимира Григорьевича, где отражена история строительства радиобашни на Шаболовке (из того же архива взяты и публикуемые здесь фотографии. — Ред.) — история драматичная и, без преувеличения, героическая. Постановление Совета рабоче‑­крестьян­ской обороны, предписывающее «установить в чрезвычайно срочном порядке в Москве радиостанцию», датировано 30 июля 1919 года, однако работы по проектированию башни‑антенны для этой радиостанции начались раньше. Уже весной В. Г. Шухов разработал проект девятисекционной гиперболоидной конструкции башни, но металла в разоренной стране на осуществление такого проекта не нашлось. Реальность позволила возвести лишь шестисекционную башню высотой 150 метров и весом 240 тонн. Владимир Григорьевич записал в дневнике: «Работы по башне 150 м: решение предварительное 12 августа 1919 года. 22 августа подписан договор с Государственным объединением радиотелеграфных заводов на постройку башни. Начало работ (земляных. — Е.Ш.) 29 августа. Окончание 29 марта 1920 года». Срок этот выдержать не удалось. И немудрено: теперь даже трудно представить, в каких условиях шло проектирование и строительство башни. Возвести столь уникальное по масштабам и замыслу со­оружение в стране, охваченной гражданской войной, было настоящим подвигом. Башню строила организованная В. Г. Шу­ховым и возглавляемая прорабом А. П. Галанкиным артель. Работы велись и в жару, и в дождь, и в суровую стужу. В подобной ситуации поистине бесценным оказался изобретенный Шуховым «телескопичес­кий» метод монтажа конструкций, позволивший не применять строительные леса и сложное подъемное оборудование. Владимир Григорьевич почти ежедневно бывал на Шаболовке, занося в тетрадь свои впечатления: «Прессов для гнутья колец нет. Тросов и блоков нет. Дров для рабочих нет». «В конторе холод, писать очень трудно. Чертежных принадлежностей нет». «Верхолазы получают один миллион в день. Считая на хлеб — это 7 фунтов, или менее 25 копеек за работу на высоте 150 метров»… И все‑таки 19 марта 1922 года башню сдали в эксплуатацию. В этот день В. Г. Шухов записал: «Работа по обработке и установке четырех секций и ремонту двух нижних секций продолжалась пять месяцев. Вся работа продолжалась два года. Со дня заключения контракта с Электросвязью по постройке башни прошло 2,5 года». По свидетельству  сына инженера, Сергея, от всяких наград после окончания строительства Владимир Григорьевич отказался. В 1937 году с Шаболовки начались трансляции экспериментальных передач коротковолнового катодного телевидения. В связи с приспособлением башни к выполнению новых задач был произведен соответствующий расчет ее конструкции. Рабочая тетрадь свидетельствует, что 84‑летний Шухов принимал в этом непосредственное участие.  Запись от 9 июля 1937 года: «Металл вполне доброкачественен <…> полученные при проверочном расчете цифры напряжения материала в деталях конструкции имеют значительную степень надежности и башня остается по‑прежнему сооружением вполне устойчивым и надежным». Шуховская башня произвела сильное впечатление на современников и стала одним из главных символов советского государства. О ней восторженно отзывались газеты, поэты слагали стихи. И только архитекторы остались равнодушными, сочтя башню исключительно техническим сооружением. Между тем, хотя В. Г. Шухов действительно создавал чисто функциональную конструкцию, ее  техническое совершенство обернулось совершенством эстетическим: башня стала и архитектурным шедевром. За всю ее долгую жизнь Шуховской башне пришлось выдержать немало испытаний — и зацепившийся за трос почтовый самолет, и угрозу взрыва при наступлении немцев под Москвой, и неудачные «усовершенствования», главным из которых явилось бетонирование основания по проекту ЦНИИПроектстальконструкции мени Н. П. Мельникова (1973), и ураган (1998), и отсутствие какого‑либо ухода в течение десятилетий… Но она все еще стоит, поскольку спроектирована была гениально, а измученные холодом и голодом люди выполнили свою работу в высшей степени качественно. В. Г. Шухов рассчитывал созданные им сооружения с солидным запасом прочности. Немецким войскам, отступавшим с территории Украины, взрывать его водонапорные башни стоило немалых трудов. 128‑метровая опора ЛЭП НИГРЭС до реставрации три года простояла без 16 из 40 опорных стержней, вырезанных на металлолом!