Поиск

Летний дворец Петра I

Летний дворец Петра I

Фото: Санкт-Петербург. Летний дворец Петра I. Фотография А. Савина. 2012 год


К. П. Беггров. Вид дворца Петра I в Летнем саду. Литография по рисунку В. С. Садовникова. 1830 год

О петровской резиденции в Летнем саду Санкт-Петербурга.

Кажется, редкий исследователь, занимающийся «Летним домом» — так называли в начале XVIII века дворец Пет­ра I, — не сетовал на дефицит источников, имеющих отношение к этому зданию архитектора Д. Трезини. «О постройке [Летнего дворца] не сохранилось верных сведений», — писал в 1839 году литератор А. П. Башуцкий. «История Летнего дворца еще не выяснена», — резюмировал в начале XX века искусствовед И. Э. Грабарь. «Ранняя история царской летней резиденции овеяна легендами», — вторит им археолог В. А. Коренцвит. Задвинутый в угол Летнего  сада небольшой двухэтажный дом царя менее всего походил на резиденцию всесильного монарха. «Петр I заложил его скорее для своего развлечения, нежели имея в виду построить императорский дворец», — отмечал в 1735 году шведский ученый К. Р. Берк. Прусский чиновник И. Г. Фоккеродт, видимо, бывавший во дворце еще при жизни Петра, и вовсе называет трезиниевское творение «жалким домом, нисколько не соразмерным со всем остальным». По его словам, Летний дворец был «до того тесный, что зажиточный дворянин, наверное, не захотел бы поместиться в нем». Причиной тому Фоккеродт считал плохой вкус русского монарха, любившего маленькие низенькие покои. «Чертеж, представленный одним голландским зодчим, с тесными комнатами и удачно выгадывавший свободное место, — пишет чиновник о каком‑то петровском строении, — навсегда удержал у Петра преимущество перед тем планом, который начертил с большим вкусом один итальянский или французский зодчий». Иногда высказывается мнение, что царь, построивший себе столь неприметный внешне дворец, желал жить в нем как частное лицо, между тем как дворец князя А. Д. Меншикова имел «представительские функции». Едва ли это верно. Источники сообщают: летнюю резиденцию Петра I посещали иностранные послы, видные сановники, архитекторы. Например, в октябре 1722 года «в Летнем доме Его Императорского величества <…> был консилиум» о каменном строительстве в Петербурге, где, помимо царя, присутствовали начальник канцелярии городовых дел У. А. Синявин и архитекторы Д. Трезини и Стефан ван Звитен. Здесь же проходили и увеселения: шотландец П. Г. Брюс, служивший при Петре I, сообщает, что тот часто давал балы и устраивал приемы в своем Летнем дворце, «а не  у князя Меншикова, как прежде». Аудиенции послов тоже проходили в Летнем дворце, о чем упоминает один из участников польского посольства, посетившего Петербург в 1720 году. Свидетельство неизвестного автора, фигурирующего в литературе как «поляк‑очевидец», чрезвычайно ценно, поскольку является единственным описанием внутренних покоев Летнего дворца эпохи Петра I. Царь повел посла за собой во дворец, «очень красиво украшенный различной китайской обивкой». В трех комнатах поляк увидел бархатные кровати с широким позументом, множество зеркал и украшений. Пол — мраморный. Кухня — «как комнаты в других дворцах». В поварне — насосы для подачи воды, шкафы для серебряной и оловянной посуды. Знакомясь с «оснащением»  царской кухни, невольно приходишь к выводу: именно со строительством Летнего дворца Петр получил наконец хорошо налаженный быт. Во всяком случае, теперь уже анахронизмом представляются слова датского посланника Ю. Юля, писавшего в 1709 году о первом Зимнем дворце следующее: «Царь кушал у себя дома. Любопытно, что повар его бегал по городу из дома в дом, занимая для хозяйства у кого блюда, у кого скатерти, у кого тарелки, у кого съестных припасов, ибо с собою царь ничего не привез». Обращает на себя внимание и такой факт: хотя Петр уже несколько лет жил в своей новой резиденции, она все еще не была закончена — очевидно, постоянное отсутствие  в столице в связи с войнами мешало Петру контролировать процесс отделки дворца. Вместе с тем монарх не мог не заметить, как быстро перестраивался и видоизменялся дворец А. Д. Меншикова, что вызвало высочайшее недовольство. Австрийский резидент в России О. Плейер сообщает о нагоняе, который Петр I устроил светлейшему князю в день именин последнего 23 ноября 1714 года. Упрекнув фаворита в многочисленных растратах, царь в гневе бросил ему: «Ты, князь, всегда хорошо строишь: в конце лета ты велел снес­ти у себя половину дома, а к зиме он уже снова отстроен, и не как старый, а лучше и выше. Ты начал и дом для гостей в конце лета, который больше моего, и твой больше чем наполовину готов, а мой нет». Исследователи нередко сходятся во мнении, что дворец Петра I в Летнем саду является подражанием загородным голландским виллам. Действительно, в экспликации к плану 1740‑х годов из коллекции Тринити‑колледжа в Дублине (Ирландия), этот дворец обозначен как «голландская  усадьба, в которой царь Петр I cо всей своей семьей проживал». Сохранилось, кстати, высказывание на сей счет самого хозяина «голландской усадьбы», слышанное очевидцем. Судя по всему, Петр не рассматривал трезиниевские палаты как окончательный вариант, а помышлял в будущем — вероятно, после окончания войны со Швецией — возвести в саду более соответствующую своему сану резиденцию: «Поживем пока, как добрые голландские граждане живут, — говорил он Екатерине, — а как с делами управлюсь, построю тебе дворец, и тогда заживем, как государям  жить пристало». Согласно «Походным журналам» Пет­ра I, монаршее семейство перебиралось из Зимнего в Летний дворец в апреле или в мае (видимо, в зависимости от погоды). Например, в 1715 году переезд состоялся 16 апреля, а в 1720‑м — 21 мая. Возвращались на «зимние квартиры» с первыми холодами, которые наступали в октябре. Вслед за семьей переезжала «Кабинет-Канцелярия» во главе с А. В. Макаровым, занимавшая, очевидно, первый этаж соседних с дворцом Людских покоев (в описи этого здания на первом этаже под № 11 значится: «Казенные от Макарова»…

Ассамблея в Летнем дворце Петра I. Гравюра 1870-х годов. Из журнала «Древняя и Новая Россия». 1877. № 3