Поиск
  • 21.06.2017
  • По России
  • Автор Анджей Анджеевич Иконников-Галицкий

Земля вепсская неведомая

Земля вепсская неведомая

Земля вепсская неведомая


Река Оять в ВинницахУ города Лодейное Поле, что на реке Свирь, Мурманское шоссе взлетает на мост и уносит транспортный поток к северу. Перед мостом поворот на трассу Лодейное Поле–Вытегра. Проезжаем сотню километров по битому асфальту. За Подпорожьем, самым дальним райцентром Ленинградской области, наша дорога ответвляется от основной трассы направо, петляя среди бесконечного леса. Вскоре асфальт заканчивается, сменяясь изрядно разбитой лесовозами грунтовкой. Мы — этнографическая экспедиция Кунсткамеры — постепенно углубляемся в страну незнаемую, загадочную Вепсалию.
Автобус ковыляет по ухабам медленно и долго. Кругом все лес и лес, сквозь его гущу иногда блеснет озеро. Наконец мелколиственный зеленый занавес расступается, слева открывается пространство поймы; внизу меж высоких берегов струится река — Оять. Она разрезает окружающую лесистую равнину так глубоко, что местами пойма превращается в настоящий каньон. Очередной поворот дороги — и мы въезжаем в старинное село Винницы, расположенное вдоль берега Ояти на одной из самых живописных излучин.

Когда здесь возникло поселение, доподлинно неизвестно; по всему судя — во времена незапамятные. Название села — из вепсского языка, по-русски в разные времена оно писалось различно: Выдлицы, Винглицы, Винницы… Первое упоминание — в приписке к уставной грамоте новгородского князя Святослава Ольговича. Сама грамота датируется 1137 годом, а приписка, видимо, сделана в XIII столетии. Здесь село названо «Вьюницы» и указана сумма платежей, взимаемых с него: три гривны в год — втрое больше, чем с рядовых деревень Обонежской пятины. Видимо, село было большое, богатое. О старине напоминает погост, от которого сохранилось несколько деревянных построек XVII–XIX веков, сильно искаженных переделками совет­-с­кого времени. Две церкви, навершия и главки коих давно утрачены, дом привратника… На их темном фоне как будто бы светится новенькая, из свежих бревен срубленная церковка.
Среди стандартных новых домов села попадаются старинные, потемневшие от времени избы на высоком подклете, в пять окон, с неп­ременным декоративным балкончиком под коньком. Дымок там и сям поднимается из труб: суббота, топят бани. Завтра вепсский праздник под названием «Древо жизни». День, когда представители этой стоящей на грани исчезновения древней народности собираются, чтобы напомнить миру о своем существовании.

Terra incognita

Кто такие вепсы? Еще лет сто назад их земли и сама народность лежали большим белым пятном на этнографической карте Европейской России. В многотомном издании «Россия. Полное географическое описание нашего отечества» (т. 3. СПб., 1900. С. 106) о вепсах говорится следующее:
«С водью соседила весь, границами обитания которой были: на западе — южное побережье Ладожского озера и река Волхов, <…> на севере весь граничила с финскими племенами, известными у новгородцев под общим именем заволоцкой чуди. <…> Весь была торговым народом, она принимала деятельное участие в торговле Востока с Западом (на пути из варяг в греки. — А. И.-Г.). На это указывают находки монет VII–XI веков на территории веси и многочисленные свидетельства арабских писателей. <…> В летописи весь упоминается в перечне племен, плативших дань варягам, а также в союзе племен, призвавших варяжских князей. Племя это было отодвинуто славянами к востоку от Ладожского озера. Остатками веси некоторые считают вепсов, живущих ныне в количестве 25000 человек в Лодейнопольском уезде Олонецкой губернии и в Тихвинском и Белозерском уездах Новгородской. Есть основание, однако, предполагать, что вепсы представляют собой смешение финских племен; всего ближе они, по-видимому, к племени еми. Это доказывается, например, сходством языка вепсов (особенно приоятьских деревень) с языком тавастов, или той же еми. У русских вепсы известны под именем чуди, чухарей, кайванов».

Для получения полной версии статьи обратитесь в редакцию.