Поиск

«Благородный муж­-патриот»

«Благородный муж­-патриот»

Иллюстрация: Вид через Днепр на Фроловские ворота Смоленска в 1787 году. Гравюра по рисунку неизвестного художника. Конец XVIII века


Здание дворянского собрания в Смоленске. Открытка начала XX века

О Смоленском губернском предводителе дворянства Сергее Ивановиче Лесли (1758–1826).

Основателем русской ветви шотландского рода Лесли был Александр (Авраам) Лесли (?-1663) — генерал, Смоленский воевода. Этот род подарил России немало талантливых военных, чиновников, деятелей науки и культуры. Имена его представителей начертаны на памятных досках Георгиевского зала Московского Кремля, храма Христа Спасителя, Морского Никольского собора в Кронштадте. Портрет основателя первого в 1812 году отряда народного ополчения А. Д. Лесли можно видеть в Музее‑панораме «Бородинская битва». До революции один из переулков Смоленска назывался Леслиевским. Сергей Иванович Лесли появился на свет на Смоленщине, где его родителям принадлежали земли в ряде уездов. Мать будущего предводителя дворянства Анна Михайловна происходила из старинного шляхетского рода Станкевичей. Отец, коллежский асессор Иван Васильевич Лесли, прямой потомок Авраама Лесли, «знатный и заслуженный государственный деятель», несколько лет являлся доверенным лицом императрицы Екатерины II при золотых рудниках в Сибири. Известно, что это семейство возвело в губернии около двух десятков храмов, в том числе каменный в честь Спаса Нерукотворного Образа в селе Уварово нынешнего Ельнинского района, где Иван Васильевич и Анна Михайловна обрели последний приют. По разделу в 1795 году Уварово перешло к С. И. Лесли. Сергей Иванович «был нрава кроткого, <…> со всеми обходителен, <…> особенно любил духовенство и жертвовал для него всегда щедрою рукой, да и вообще находил средства и не скупился помогать всем и на всех изливал свои благодеяния». Считался очень похожим на Суворова «не только лицом, но и манерами и странностями. <…> Он до могилы ходил с косичкою, украшенной бантом, который прыгал по его  светло‑зеленому мундиру с высоким красным воротником». Как и большинство дворян того времени, Сергей  Иванович служил «долгое время на поприще военном, <…> заплатив служением сим долг Отечеству». Кавалером ордена Святой Анны 2‑й степени («Анна на шее») в чине капитана гвардии вышел в отставку и посвятил себя отныне активной деятельности на ниве гражданской. В 1803-1804 годах надворный советник С. И. Лесли состоял Ельнинским уездным предводителем дворянства. В тот период, по свидетельству современников, «в делах царил непомерный беспорядок; грабили со всех сторон, все части управлялись дурно; порядок, казалось, был изгнан отовсюду. Все дела были в крайнем запущении». Уездными судьями, земскими исправниками, дворянскими заседателями становились в основном отставные офицеры без надлежащей подготовки, а зачастую и без соответствующих личных качеств. Секретари распоряжались в судах как полные хозяева, «дела вершились по указам». На весах правосудия неизменно перетягивала чаша более щедрых истцов. Сохранилось весьма характерное письмо Ельнинского предводителя дворянства С. И. Лесли к губернскому предводителю Ф. Ф. Шагарову от 1803 года:

«Милостивый государь, Федор Федорович.

Хотя от болезни едва говорить могу, но и дождавшись величайшего во христианстве праздника, луч радости о том помрачили Вы, милостивый государь, присылкою весьма печальных мне запросов. Снедаемый таковым огорчением и перемогаясь, поспешил я объяснить себя в моем рапорте. <…> Сострадание и человеколюбие заставило меня пожалеть о всех, видя неистовые поступки поверенных и разъезжих. Владимира Афанасьевича Швыйковского у крестьян отняли деньги. Продерживают беглых, между прочим, в Жданове у поверенного, когда хотели взять беглого, то целовальники отбили и спрятали; там же вырыли самовольно на церковной земле погреб для подвала и подрылись под священнический дом, а наемным работникам не только не заплатили, но одного, который потребовал договорной платы, прибив, еле жива оставили. Продавали насильно вино у Михайлы Лесли, у Зверева, у Викентия Швыйковского. <..> Дворянку Белавенцову обыскивали и разгромили все, также Зверева и госпожи Осиповой у крестьян, но страх и беспокойство наведя, ничем не удовлетворили. У крестьян, едущих в мельницы, пробовали щупами мешки с мукой и оную рассыпали, поймавши проезжих, подставляли свое вино или купленное у них же объявляли корчемным. У дворянина Михалевского забрали котел для того будто, что недостает в нем 30‑ти ведер, но котел пробили, а вместо взятого вина явилась в земском суде вода. Другого дворянина Михалевского кистенями били и отняли деньги и вещи…