Поиск

Память друзей и потомков

Память друзей и потомков

Иллюстрация: А. П. Рябушкин. Двор усадьбы Тюменевых «Приволье». Бумага, масло. Начало 1890-х годов


А. П. Рябушкин. Голгофа. Холст, масло. 1890 год

В продолжение статьи о художнике Андрее Петровиче Рябушкине (1861–1904) // «Московский журнал». 2011. № 9.

Оценивая значение творчества Андрея Петровича Рябушкина, критик С. К. Маковский писал, что тот «не обладал ни стихийной мощью Сурикова, ни задушевной нежностью Левитана, ни мистическим пафосом Врубеля, ни властностью репинского реализма. И все же его неровное, но большое дарование дает ему право на почетное место в семье современных русских мастеров». Рябушкин окончил Московское художественное училище, затем Академию художеств в Петербурге. Путешествовал по России, много рисовал и писал. Оставил обширное творческое наследие — около 2000 картин, акварелей, рисунков, этюдов, иллюстраций. Самым известным стал большой цикл его исторических полотен, среди которых «Сидение о делах царя Михаила Федоровича с боярами в его государевой комнате» (1892-1893), «Московская улица XVII века в праздничный день» (1895), «Семья купца в XVII веке» (1896), «Русские женщины XVII столетия в церкви» (1899), «Свадебный поезд в Москве» (1901), «Пожалован шубой  с царского плеча» (1902), «Московская девушка XVII века» (1903). Картину «Свадебный поезд в Москве» М. В. Нестеров оценил как «одну из прекраснейших вещей в русском искусстве». А. П. Рябушкина вполне можно назвать успешным и востребованным художником: большие заказы на росписи храмов, плодотворное сотрудничество с издательствами и журналами, широкое признание в качестве исторического живописца… Однако его внешность, образ жизни совершенно не соответствовали представлению о «модной» персоне. К нему «влекла всех  непосредственность натуры, скромность, серьезность или весь внешний и внутренний облик, обладавший какой‑то гармонической мягкостью, спокойствием. <…> Встречаются иногда удивительно счастливые личности, всюду возбуждающие к себе самое искреннее чувство симпатии, — к таким именно счастливцам принадлежал и А. П. Редко от кого приходилось слышать о нем слово неодобрения. Его небольшая, но чрезвычайно пропорциональная фигура, бледное лицо, обрамленное русой бородой, светлые белокурые волосы, всегда немного взлохмаченные, тонкая изящная линия носа и рта, кроткое выражение глаз, тихий грудной голос и некоторая застенчивость подкупали всех и каждого». Рябушкин никогда не стремился к славе — просто много и с удовольствием трудился, воплощая на полотне или бумаге образы и сцены из русской истории, создавая портреты друзей, расписывая храмы. Если имел возможность участвовать в художественных выставках, искренне радовался, если получал отказ — столь же искренне огорчался. Но при этом относился к своим творениям достаточно небрежно. Так, например, он собирался «разрезать на куски» выпускную академическую работу «Плач о Христе» — «Голгофа». Подобный способ уменьшения и переделки больших картин стал со временем для Рябушкина привычным. Показавшиеся почему‑то неудачными эскизы Андрей Петрович без колебаний сжигал, хотя среди них было «чрезвычайно много даровитых вещей»…