Поиск
  • 21.06.2017
  • Мастера
  • Автор Галина Владимировна Аксенова

«Мир грез, поверий и преданий…»

«Мир грез, поверий и преданий…»

Иллюстрация: Почтовая открытка. Писарь. (фрагмент)


Апраксия Королевична

О художнике Сергее Сергеевиче Соломко (1867-1928).

Во второй половине XIX – начале XX века в России новый импульс к развитию получило такое направление изобразительного искусства, как книжная графика. В этой области с издательствами, выпускавшими роскошно оформленные книги (например, издательства А. Ф. Маркса, М. О. Вольфа и А. Ф. Девриена, Экспедиция заготовления государственных бумаг, издательство картографического заведения А. Ильина; подарочные и дорогие подносные издания выпус­кали также сторонники дешевой доступной книги И. Д. Сытин и А. С. Суворин), сотрудничали многие выдающиеся живописцы: В. М. и А. М. Васнецовы, М. В. Нестеров, А. П. Рябушкин, И. Е. Репин, Ф. А. Рубо, К. В. Лебедев, Н. С. Самокиш и Е. П. Са­мо­киш-Судковская, Н. К. Рерих, Д. С. Стеллецкий, А. Н. Бенуа, Е. Е. Лансере, В. А. Серов, Е. М. Бём, Б. В. Зворыкин­1.
Листая томики А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, Н. В. Гоголя, нельзя не прийти к выводу, что практически все маститые русские художники сочли необходимым проиллюстрировать издания этих классиков. Самыми известными иллюстраторами сказок Пушкина стали В. М. Васнецов, И. Я. Билибин и Б. В. Зворыкин. «Песнь о купце Калашникове» Лермонтова украсили своими рисунками И. Я. Билибин и М. В. Нестеров. Благодаря иллюстрациям к «Ревизору» и «Мертвым душам» Гоголя прославились А. А. Агин и П. М. Боклевский.
Одним из интереснейших графиков, обратившихся к пушкинским сказкам и поэмам, «Песне о купце Калашникове», «Мертвым душам», был Сергей Сергеевич Соломко. Его не раз обвиняли в «салонном изяществе», «галантерейном реализме», «потрафлении вкусам толпы», «пошлости и вульгарнос­ти»2. Более снисходительно высказывался И. Э. Грабарь, назвавший художника «генералом от символистики, декадентства и мис­тицизма»3. Что ж, давайте, как говорится, разберемся.
Все имеющиеся очерки жизни и деятельности Соломко похожи друг на друга. В них чаще всего дается только краткая характеристика его графического наследия и рассказывается о заслугах в области создания художественной почтовой открытки4. Жизне­описания включают лишь самые общие сведения5. Серьезными иследованиями в библиотеках, музеях и архивах, видимо, никто не занимался. А ведь уже первые наши разы­скания, позволившие уточнить ряд фактов биографии художника, показали: представители рода Соломко сыграли заметную роль в истории России, а сам Сергей Сергеевич на данном фоне сформировался как яркий журнальный график, оригинальный творец «исторических аллегорий», «исторический стилизатор», воплотивший «мир грез, фантастических поверий и преданий русской старины»6.
С. С. Соломко родился в Санкт-Пе­тер­бурге в семье «православных и первобрачных» полковника (на тот момент) Сергея Афанасьевича Соломко и Ольги Фавстовны, урожденной Занадворовой. Крестили младенца 12 сентября 1867 года в Исаакиевском соборе, в числе восприемников были «тайный советник Иван Демьянов Булычев и жена губернского секретаря Екатерина Александ­ровна Занадворова, ге­не­рал‑вагенмейстер Главного штаба Его Императорского Величества генерал‑­лейтенант Афанасий Данилович Соломко и дочь губернского секретаря Анна Фавстовна Занадворова»7.
Сергей Сергеевич по мужской линии происходил из потомственных дворян Черниговской губернии, имевших родовое имение в Кролевецком уезде. Его дед Афанасий Данилович Соломко (1788–1872) начал военную карьеру подпоручиком артиллерии8, а завершил в чине ге­нерал‑вагенмейстера9 Главного штаба. Как специалиста по крепостным и полевым орудиям А. Д. Соломко в 1807 году направили в распоряжение Дюка де Ришелье, командовавшего расположенными в Крыму русскими войсками. Соломко должен был обучать артиллеристов Константиновской и Александровской батарей, а также провести съемки южного берега Крыма и «предоставить соображения об укреплении этой части полуострова против возможной высадки неприятельских войск». С поставленными задачами молодой офицер успешно справился10.
«В 1814 г. 17 сентября по высочайшему повелению» А. Д. Соломко был затребован на Венский конгресс и «находился там до 13 мая 1815 г.»11 в должности обер‑­квар­тир­мейстера главной квартиры. Сначала ему поручили «составление разных проектов для передвижения войск, маршрутов для их следования и черчение планов для представления государю», затем — присутствие у императора «при докладах о передвижении войск вообще»12. После завершения Конгресса в ведение А. Д. Соломко передали «все вояжные экипажи» государя. Начинается «неотлучная служба» Афанасия Даниловича при Александ­ре I. Он стал «одним из наиболее приближенных и доверенных лиц императора»13, который называл его «моя золотая соломка»14.
В 1825 году А. Д. Соломко «находился в путешествии с Его величеством» по южным городам России, а «с 28 декабря того же года по 17 марта 1826 года по высочайшему повелению находился при сопровождении тела в Бозе почивающего императора Александра I из Таганрога в С.-Петербург»15.
Историк и генерал Н. К. Шильдер, не обошедший вниманием деятельность А. Д. Соломко, писал: «Афанасий Данилович Соломко <…> был неразлучным спутником императора Александра I во всех его многочисленных путешествиях и проявлял редкую заботливость о сохранении здоровья государя и предохранении его от различных опасностей, возможных в пути. А. Д. Соломко сопровождал Александра Павловича и в Таганрог, а после его кончины, во время перевозки тела почившего государя в Петербург, был одним из главных распорядителей печального кортежа»16.
На долю А. Д. Соломко выпали еще две ответственные миссии: сопровождать «тело в Бозе почивающей государыни императрицы Елизаветы Алексеевны» от города Белева до Санкт-Петербурга в мае 1826 года17 и «тело в Бозе почивающего государя цесаревича и великого князя Константина Павловича» из Витебска в Санкт-Петербург в июне 1831‑го18. «Заботливость и особенное усердие» Афанасия Даниловича «по высочайше возложенному на него поручению содействовать к устроению наилучшим образом всех приготовлений, касавшихся до печального шествия с телом в Бозе почивающего цесаревича и великого князя Константина Павловича» 19 ноября 1832 года особо отметил император Николай I19.
Афанасий Данилович «отлично усердно и ревностно служил» более 45 лет20, удостоившись орденов Святой Анны 2‑й степени, Святого Владимира 3‑й степени, Святого Станислава 1‑й степени и Белого Орла21. Он счастливо прожил в браке с Марией Николаевной, урожденной Колюбакиной, родившей ему троих сыновей и шестерых дочерей22.
Отец художника Сергей Афанасьевич Соломко (?–1896) в 1854 году окончил Пажеский корпус, поступил корнетом в лейб‑­гвар­дии Гусарский полк и дослужился до ге­не­рал‑­майора23. Мать, Ольга Фавстовна, была внучкой отставного горного чиновника Петра Егоровича Занадворова, в чьем доме в Петровском заводе снимала квартиру жена декабриста княгиня Е. И. Трубецкая. Отец Ольги Фавстовны, губернский секретарь Фавст Петрович Занадворов (1811–1888), живя в Иркутске, женился на племяннице известного золотопромышленника Е. А. Кузнецова Екатерине Александ­ровне Малеевой. После смерти Кузнецова Фавст Петрович стал его душеприказчиком, унаследовал большую часть состояния и разбогател на золотодобыче. Имя Ф. П. Занадворова оказалось тесно связанным с делом о сокрытии наследства и подкупе чиновников — так называемой «Занадворовской историей», подробно описанной в мемуарах декабриста А. Е. Розена24. Следствие и разбирательства по делу тянулись до 1855 года. После вынесения оправдательного приговора Фавст Петрович уехал из Иркутска и нашел свое последнее пристанище в Рязани25. Екатерина Александровна Занадворова, перетерпев все судебные тяготы, покинула мужа и уехала с детьми в Петербург. Здесь ее дочь Ольга познакомилась с молодым офицером С. А. Соломко…