Поиск

«…Для Москвы и для ее населения»

«…Для Москвы  и для ее населения»

Иллюстрация: В.Е. Маковский. Ночлежники. (Ночлежный дом в Москве). Холст, масло. 1889 год


Детский приют Мясницкого попечительства в Сокольниках. Фотография 1914 года. Из книги: Ларина А.Н. История Москвы в почтовой открытке (М., 2010)

Общественное призрение в Москве в последней трети XIX — начале ХХ века.

Общественным призрением, то есть делом помощи малообеспеченным и неимущим, Московское городское управление стало заниматься с начала 1880‑х годов. Так, в 1882 году Московская городская дума подняла вопрос об учреждении приходских попечительств о бедных, для чего было решено воспользоваться церковно‑приходскими попечительствами и возбуждено ходатайство об изменении законоположения о них1. Однако намеченное устройство постоянных приходских попечительств претворить в жизнь не удалось, поскольку совместное заведование ими городским управлением и духовным ведомством оказалось неудобным. Результатом стала организация благотворительности не по приходам, а по участкам. Тогда же был намечен план организации участковых попечительств о бедных. В 1887 году городу передаются заведения Приказа общественного призрения.
Ранее городское управление в общественном призрении принимало лишь незначительное участие, ограничиваясь отпуском средств благотворительным ведомствам и учреждениям, раздачей бедным денег от процентов с благотворительных капиталов и другими разовыми акциями. До 1887 года городу принадлежали только два заведения общественного призрения — Рукавишниковский приют для малолетних преступников и ночлежный дом. Исследователь проблем нищенства и благотворительности Е. Д. Максимов в начале ХХ века отмечал: «Это было слишком и слишком мало для такого города, как Москва, и для такой организации, как ее городское управление. Впрочем, Москва <…> могла утешаться в этом печальном факте сознанием того, что другие городские управления не учредили даже и такого количества благотворительных заведений»2.
В состав переданных городу учреждений входили больницы, Екатерининская и Демидовская богадельни, Ахлебаевский странноприимный дом, а также дом призрения имени Горихвостова из ведомства учреждений императрицы Марии Федоровны (вмес­те с 1‑й городской больницей)3.

* * *

Острейшей социальной проблемой, стоявшей перед городским управлением, являлось нищенство. «Ни в одном даже захудалом европейском городе не было такого громадного количества нищих, как в нашей Белокаменной, нигде они не приставали так назойливо к прохожим на улицах, как у нас. В середине 1880‑х годов, когда после одиннадцати ночи с трудом можно было найти извозчика, а к полуночи заканчивалась работа в модных магазинах и у портных, на улицах появлялись мрачные группы, одетые в отрепья. Завидя их, люди переходили на другую сторону. Полиция выгоняла нищих из города в одни ворота, а они возвращались в него через другие. В Черкизове находился их «Нищенский трактир». Там тоже были грязь, смрад, и становилось страшно от такого скопления лохмотьев, страшных лиц и физических уродств»4.
В. А. Гиляровский отмечал: «В Москве купечество грошовыми подачками только разводило нищих. В Замоскворечье были старики‑купцы, как, например, Заборов, который два раза в году, в дни именин – своих и жены, готовил у себя на дворе обед: щи с говядиной и кашу. Нищие знали эти дни, являлись — иногда до тысячи и больше человек — и обедали, хлебая из деревянных чашек. Кроме того, такие «поминовенные обеды» в Рогожской и Таганке устраивались для нищих по случаю смерти какого‑нибудь «серого» миллионера его наследниками, по завещанию тятеньки или дедушки. Впрочем, чаще в этих случаях подавали деньгами — от пятачка до гривенника, что тоже собирало сотню‑другую местных нищих»5.
По состоянию на 1873 год нищих в Мос­кве насчитывалось около 26000 человек. Ими занимался созданный в 1838 году Комитет для разбора и призрения просящих милостыни, который, однако, действовал малоэффективно: «Так, в 1888 г. Комитет рассмотрел всего лишь 811 дел о нищих, в 1889 г. — 463. <…> Комитет не мог привлечь к себе внимания общества, и средства его были ничтожны»6.
В 1886 году правительство признало целесообразным передать дела призрения нищих в столицах местным властям. В Петербурге приняли решение выдавать Комитету необходимые субсидии, а в Москве городское управление постановило взять призрение нищих в свои руки. Вопрос рассматривался в Московской городской думе Комиссией о пользах и нуждах общественных, которая в сентябре 1888 года подготовила соответствующий доклад7. При обсуждении доклада председатель Комиссии Н. И. Мамонтов заявил: «Предлагается первая в России организация общественного благотворения, имея в центре всесословное общественное представительство. Подобного рода объ­единение <…> поднимет самодеятельность общества и даст этой самодеятельности наибольшее развитие. <…> Подобного рода объединительная деятельность во главе с Московским городским общественным управлением сама по себе будет содействовать развитию нравственных идеалов в жизни общества»8.
По поводу дальнейшей деятельности Комитета для разбора и призрения просящих милостыни среди участников обсуждения сформировалось мнение, что следует заменить репрессивный подход по отношению к нищим принципом предупредительной помощи. «Все усилия Комитета были направлены на борьбу с нищими при совершенно равнодушном отношении к причинам этого общественного зла. Городское управление, взяв в свои руки дело призрения нищих, определило свои задачи в этом отношении именно как борьбу с бедностью, а не с нищенством как производным явлением»9.
Важную роль в деле призрения нищих сыграл профессор Московского университета В. И. Герье, занимавший пост председателя Комиссии о пользах и нуждах общественных в 1876–1906 годах. В своих воспоминаниях бывший московский городской голова Н. И. Астров указывал, что именно Герье Москва обязана созданием городских попечительств о бедных10.
В 1891 году Дума постановила ходатайствовать перед правительством о разрешении городскому управлению Москвы учреждать «участковые попечительства о бедных для сбора пожертвований, раздачи пособий нуждающимся, постоянного наблюдения за призреваемыми» и, получив «добро», приняла разработанный особой комиссией под председательством В. И. Герье проект положений об участковых попечительствах11. Призрение нищих в ведение города было передано 29 января 1893 года12. В последовавшем 28 июля докладе городской управы говорилось:
«<…> 1) Высочайше утвержденный <…> Московский Комитет для разбора и призрения просящих милостыни упразднить.
2) Все состоящее в ведении Комитета заведения, а равно и все подлежащие Комитету средства, за исключением лишь права сбора пожертвований через постановку кружек, все вообще имущество, как движимое, так и недвижимое, в полном составе передать в ведение Московского городского общественного управления.
3) Возложить на сие последнее ныне лежащую на Комитете обязанность по разбору и призрению нищих, для чего учредить при оном особое по сей части присутствие.
4) Предоставить городскому управлению право учреждать в Москве участковые попечительства о бедных – для сбора пожертвований, раздачи пособий нуждающимся, устройстве их и постоянного наблюдения за призреваемыми»13.
С упразднением Комитета в число городских благотворительных заведений вошли работный дом с богадельней, Тихвинская богадельня и Долгоруковское ремесленное училище. В том же 1893 году при Бахрушинской больнице был открыт дом призрения братьев Бахрушиных.
15 марта 1894 года Дума принимает проект положения об участковых попечительствах о бедных. Создается Городское присутствие по разбору и призрению нищих. В Москве ориентировались на пример немецкого города Эльберфельда, где «раздача милостыни, плодившая нищих, уступила место планомерной помощи нуждающимся»14. Е. Д. Максимов писал: «Целесообразность и успешность общественного попечения о бедных обусловливается непосредственным попечением о каждом из них и личным к каждому участием благотворящего, а следовательно, прямо зависит от возможно большей индивидуализации помощи»15. Сущность намечаемой системы состояла в привлечении к делу призрения возможно большего числа добровольцев, в ознакомлении с каждым случаем нищеты и оказании нуждающемуся целенаправленной помощи16.
Городские попечительства о бедных начали функционировать в конце 1894 года, а к 1912‑му их насчитывалось 2817. Они располагали имеющимися на отведенной им территории богадельнями, детскими приютами, «коечными квартирами», столовыми, учебными мастерскими и другими подобными заведениями.
Районы деятельности попечительств по численности населения значительно разнились между собой — от 10500 до 80000 жителей18. Каждое возглавлялось советом, в который входили председатель, его товарищ (заместитель), 5–10 членов и сотрудники — количество последних не регламентировалось и в разных попечительствах составляло от 14 до 164 человек. Председатель (участковый попечитель) избирался Думой сроком на 4 года. Первыми участковыми попечителями стали широко известные благотворители и общественные деятели — профессор В. И. Герье, князь А. А. Щербатов, предприниматель Н. И. Гучков, представитель купечества В. А. Бахрушин и другие. В дальнейшем попечительствами руководили не менее авторитетные люди. Так, в 1913 году Арбатское попечительство возглавлял В. В. Пржевальский, Пречистенское — В. А. Лыжин, Пятницкое — Е. С. Бахрушина, Хамовническое 1‑го участка — князь Д. А. Кугушев, Хитрова рынка — графиня В. Н. Бобринская19.
Попечительства занимались только лицами, проживавшими в городе не менее двух лет — этим условием стремились сократить приток в Москву профессиональных нищих из других мест. Из‑за недостатка средств приходилось ограничиваться небольшими денежными выдачами, которые в целом не могли изменить положение нуждающихся. Практиковалось снабжение бедных одеждой, продуктами, медикаментами, поиск для них работы, оказание медицинской помощи. В начале XX века попечительствами призревалось 3102 человека, 10358 человек получали помощь на дому и в заведениях, 1398 лицам было оказано содействие в трудоустройстве20. Число просителей постоянно росло…