Поиск

«От Мезени веет эпосом…»

«От Мезени веет эпосом…»

Фото: Азаполье. Фотография С. Рапенковой. 2011 год


Стрелка Вашка — Мезень. Фотография А. С. Панкратова. 2008 год

Путешествие в прошлое Мезенского края.

Этот край был хорошо известен двинянам и новгородцам еще в XII веке. Позже — в XIV–XVII столетиях — здесь пролегал путь на Печору и в Югру, куда русские направлялись через Пинегу, Кулой, Мезень, Пезу и Цильму. Поморы никак не могли миновать реку Мезень1 и ее устье, где ко времени их активных походов, судя по летописям, существовало торговое поселение. Мезень в качестве волости, реки или места впервые упоминается в 1367 году, когда Великий князь Московский и Владимирский Дмитрий Иванович по «розмирю» с новгородцами «взял <…> Печеру, Мезень и Кергольские»2. Селение в устье Мезени уже как слобода3 Сокольня Новая фигурирует в жалобе самоедов царю Ивану Грозному (1545). В «Списке Двинских земель» 1471 года территория Мезенского края (Мезенской области) указана «от усть <…> Двины взле моря до усть Мезени».
До появления русских и на первых этапах заселения ими нижнего течения Мезени эту область занимали прибал­тий­ско‑­­фин­ские племена. Земли же в верховьях речного бассейна в Средние века являлись владениями удорцев и именовались Удорским краем, или Удорой4. С началом активного освоения новгородцами Нижней Мезени и продвижением их вдоль реки было произведено разграничение этой территории между ними и удорцами. «Отписание» удорских погостов на Усть-Вашке к Вычегодским землям и отмежевание Средней Мезени и Нижней Вашки к Мезенской волости Русского государства произошло в 1567 году. По этому разграничению занятая славянами часть Помезенья до получения статуса самостоятельного уезда входила в состав «Двинской земли», что подтверждается документами XVI—XVII веков («Кеврола и Мезень с Двиною одна земля»)5.

Впервые географические объекты, относящиеся к Мезенскому уезду, появились на европейских картах в начале XVI столетия. В частности, одно из них — русское поселение Слобода — указано на карте, составленной австрийским послом бароном Сигизмундом Герберштейном, дважды (1516–1518, 1526–1527) побывавшим в Мос­кве. При дворе Василия III Герберштейн ознакомился с «Русским дорожником», содержащим описание путей на Печору, Югру, Обь, и, «сохраняя те названия местнос­тей, которыми они именуются у русских», отметил их на изданных в первой трети XVI века нескольких вариантах географических карт Московии.
В 1562 году в Лондоне вышла другая карта — англичанина, торгового агента Энтони Дженкинсона. На ней можно видеть не только Слободу, но и другое селение, расположенное севернее, ближе к Мезенскому заливу, Лампас (искаженное название Лампоженской слободы). По правилам тогдашней картографии для обозначения населенных пунктов использовались значки в виде церквей. Лампас был показан тремя такими значками, Слобода — двумя, что отражало действительное положение вещей: в конце XVI — начале XVII века в Лампоженской слободке имелось три, а в Слободе — два храма.
В 1611 году путешественник и торговый агент английской «Московской компании» Джосиас Логан отправился в плавание к устью Северной Двины. Среди важных торговых пунктов региона он называет Слободу на реке Мезени6. По данным англичанина, здесь в конце лета — начале осени собиралась ярмарка. Такая же ярмарка, только в начале года, проходила в селении Усть-­Ваш­ка в среднем течении Мезени на земле удорцев. Логан отметил, что из устья Мезени и Мезенского залива отправляются суда в Ледовитое море.

* * *

Пределы Мезенского уезда на протяжении его многовековой истории не раз менялись. Современный Мезенский район Архангельской области — это только незначительная часть бывшего одноименного уезда, в состав которого изначально входила огромная территория от левобережья реки вплоть до Урала. Одно из первых узаконений границ будущего уезда, а тогда волости, произошло в начале XVII века. В писцовой книге (1623) указано положение новой межи:
«от моря, от усть Мезени реки, вверх по Мезени реке до рубежа, что меж Мезенские волости и Вычегодские земли Еранского горотка уезду, до усть речек Курмыша да Везы, где впала в Мезень реку»7.
До выделения из Мезенского уезда «двух станов — второго и Запечорского — в отдельный Печорский округ» (1891) он был самым большим не только в Архангельской губернии, но и во всей европейской части Российской империи. Помимо собственно Помезенья, в него входили архипелаг Новая Земля, острова Вайгач и Колгуев, полуостров Канин, Большеземельская, Ти­манская и Малоземельская тундры, Попечорье. Из описания 1895 года:
«Поверхность Мезенского уезда большей частью ровная, наклоненная к северному океану. Южная часть уезда покрыта дремучими лесами, северная же — одними болотами, на которых сначала встречается мелкий кустарник, а по мере приближения к морю и океану и эта растительность исчезает, и тянутся одни тундры — Тиманская, или Малоземельская, и Канинская. Сколько‑нибудь пло­до-
родными местами, на которых возможно хлебопашество, явля­ются только гористые возвышенности по р. Мезени, особенно в южной части уезда, как удаленные от болот и защищенные от северных ветров густыми лесами. Но и здесь холодный суровый климат вместе с ранними (осенью) и поздними (весною) заморозками очень часто не дают созревать посевам или убивают их совершенно.
Берега той же р. Мезени, заливаемые при ледоплаве водою, изобилуют большою сочною травой, что дает возможность жителям заниматься скотоводством (лошади‑­ме­­зенки, коровы и овцы) и продажею получаемых от него продуктов восполнять средства к своему существованию. Кроме того, жители занимаются охотою на лесных зверей (медведи, песцы, лисицы, куницы и др.) и птиц, рыбною ловлею, промыслом морских зверей, оленеводством (самоеды), порубкою и сплавом леса на Мезенский лесопильный завод, судостроением и т. п. Продукты своего промысла они сбывают преимущественно на ярмарках в гг. Мезени и Пинеге»8.
Река Мезень, «взяв начало в болотах на западных склонах Тиманского кряжа, спокойно течет в высоких лесистых берегах и только в своем нижнем течении, от места впадения в нее реки Вашки, разливается широко, раздвигая берега на многие километры. И каждый впервые приехавший на Мезень, словно зачарованный, не может оторвать взгляд от тихой блестящей черно‑серой поверхности воды, от синеющего вдали леса, от красных, высоких, отвесных берегов, которые иногда вдруг неожиданно понижаются, только, казалось бы, для того, чтобы приютить деревушку, защитив ее от жестоких северных ветров. От Мезени веет эпосом, легендой. Она неповторимо прекрасна в холодную ветреную погоду, когда дует сиверко с мелкой пылью дож­дя, а по небу низко ползут, почти касаясь гребней волн, серые рваные тучи»9.

Уездная статистика на тот момент выглядела так: 105 селений (32 тысячи дворов и более 230 самоедских чумов), население — 26 тысяч человек, 31 приходская и 13 приписных церквей, 33 часовни10.
Всех, кто попадал в Помезенье — на саму реку и в устья ее притоков, поражала первозданная красота здешних мест. «Мезень, у устья прозрачная, голубоватая, морская, словно раскинутая за дымкой, скоро становится уже, теплее, живее. Она одета в яркие оранжевые откосы, в мохнатые береговые леса, в неж­но‑­зеленую свежесть кустов, окаймляющих песчаные отмели. Чем глубже, чем дальше от моря, тем больше лесного тепла и запаха цветущих трав»11.
Малонаселенность уезда — следствие «холодного и сурового климата», который «не предоставляет никаких удобств населению12. Известный русский пи­са­тель‑­эт­ног­­раф С. В. Максимов, посетивший Мезень в 1850‑х годах, отмечал, что, например, в 1718 году до 24 мая здесь стояла жестокая зима, «когда едва не вымерло все живущее в городе», а «в 1808 году жители <…> потерпели новое бедствие от сильного разлития реки и разбрелись бы по соседним селениям, если бы правительство не выдало им пособия в 10000 руб.»

Мезенские просторы. Фотография автора. 2001 год