Поиск

Музей «Малые Корелы»

Музей «Малые Корелы»

Музей «Малые Корелы»


Генеральный план музея «Малые Корелы».  1975 год. Из журнала «Реставратор». 2002. №1В конце XIX – начале XX века складывавшийся столетиями на Русском Севере образ жизни с его своеобразной архитектурой, обычаями, способами хозяйствования стал постепенно утрачивать свою самобытность, нивелироваться под натиском современной цивилизации.
В 1950‑х годах общественность забила тревогу. В числе прочего выдвигалась идея создания научного этнографического музея, где могли бы обрести вторую жизнь еще сохранявшиеся шедевры севернорус­ского деревянного зодчества. В 1964 году власти Архангельской области приняли решение основать такой музей. Его будущими экспонатами должны были стать старинные жилые, хозяйственные, культовые постройки, причем оригиналы, а не макеты. Отсюда необходимость размещать их под откры­-
тым небом.
Подходящее место нашли в 25 километрах к югу от Архангельска у селения Малые Карелы1. Тут, выше областного центра по течению Северной Двины, территория имела все основные ландшафтные признаки этого сурового региона.
Начало экспозиции было положено в 1968 году, когда в «Малые Корелы» перевезли ветряную мельницу-«шатровку» из села Бор Холмогорского района. Последний Генеральный план музея (1975) разрабатывался архитектором Ольгой Георгиевной Севан под руководством одного из ведущих отечественных архитекторов‑реставраторов, крупнейшего знатока народного деревянного зодчества Бориса Васильевича Гнедовского (1914–1998). Позже много интересных идей по формированию экспозиций и выбору объектов предложили сотрудники сектора этнографии восточных славян Института этнографии АН СССР, Русского отдела Государственного музея этнографии народов СССР, кафедры этнографии и антропологии Ленинградского государственного университета. Были подняты архивные материалы, записки путешественников XVIII –
начала XX века, посещавших самые отдаленные районы Архангельской губернии. Пригодились и результаты исследований послевоенных энтузиастов изучения русского деревянного зодчества, в первую очередь Александра Викторовича Ополовникова (1911–1994) – в будущем одного из создателей музея‑заповедника в Кижах и реставратора часовен «Кижского ожерелья».
Начав с малого, через несколько десятилетий музей стал крупнейшим на Русском Севере этнографическим центром, где широко представлены памятники деревянного зодчества и народного прикладного творчества. В наши дни основная часть экспозиции включает свыше сотни объектов, вывезенных сюда из разных районов бывшей Архангельской губернии и разместившихся почти на 80 гектарах; еще около 140 гектаров переданы музею в качестве охранной территории, окружающей его по периметру. Архитектурное собрание «Малых Корел» по своему составу и значению не имеет себе равных в мире. Помимо этого, в фондах музея хранятся тысячи экспонатов, раскрывающих свое­образие культуры северной русской провинции, — уникальные коллекции колоколов, деревянных лодок, традиционных поморских костюмов, старинных предметов быта и местных промыслов.
В 1983 году музей «Малые Корелы» стал членом Европейской ассоциации музеев под открытым небом, в 1985‑м получил статус государственного и новое название – «Архангельский государственный музей деревянного зодчества и народного искусства», в 1996‑м его переименовали в ГУК «Архангельский государственный музей деревянного зодчес­тва и народного искусства «Малые Корелы» и внесли в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации.
Еще при разработке первоначального Генерального плана музея за основу формирования экспозиций был принят принцип секторов, представляющих собой модели наиболее характерных для Русского Севера поселений с типичной для них планировкой и полным набором жилых, хозяйственных, общественных построек, что позволило показать все богатство и многообразие народного деревянного зодчества региона.
Мне посчастливилось неоднократно бывать в «Малых Корелах». О наиболее интересном из увиденного хотелось бы рассказать в этом очерке.

Зерновые амбары

Долина реки Карелки делит территорию музея на две части, два плато — «Большое» и «Малое». «Малое» плато занято Каргопольско-Онежским сектором; здесь представлен запад Архангельской области, а на «Большом» плато размещены экспозиции, представляющие остальную ее часть. Все сектора объединяются кольцевой обзорной тропой, позволяющей познакомиться с главными архитектурными памятниками музея, особенностями хозяйственной деятельности севернорусского крестьянства, а также с материальной и духовной культурой населения огромной Архангельской губернии второй половины XIX – начала XX века, простиравшейся от границы с Норвегией до Урала.
«Изюминкой» музея, отличающей его от всех других, можно считать уникальную коллекцию ветряных мельниц – опять же не макетов, а оригиналов. Все они находятся в рабочем состоянии и могут хоть сейчас молоть зерно. Эти мельницы – самые северные мукомольни в мире, действовавшие в облас­ти, как сейчас говорят, экстремального земледелия. В «Малых Корелах» представлены все существовавшие на Русском Севере типы этих инженерных сооружений.
Упомянутый выше А. В. Ополовников писал: «Старые русские мельницы — это настоящая кладезь строительной мудрости и смекалки деревенских механиков. Умно, просто и удобно делали этот своеобразный, почти первобытный механизм, здесь все рублено и тесано из дерева, и только жернова каменные, да шкворень в них железный! <…> Редко в какой деревне нет мельницы; она является одним из немногих высоких элементов застройки северной деревни, формирующим ее характерный архитектурный пейзаж»2.
В бывшей Архангельской губернии ставили мельницы двух типов – столбовые и шатровые. «Столбовки», которых было несколько видов, отличались от «шатровок» наличием центрального неподвижного столба, вкопанного в землю. В музее представлены столбовые мельницы из деревень Большая Шалга, Калгачиха, Юксозеро Онежского района и Медлеши Шенкурского района.
Среди областей Русского Севера, где вет­ряки применялись особенно широко, – Мезенский уезд Архангельской губернии. Например, в 1870 году их в уезде насчитывалось более 60, причем в Азаполье действовало 18, в Кимже — 10, в Дорогорском — 6, в Мезени и Лампожне — по 5, в Погорельце — 3, в остальных деревнях — по 1–2. Эмоциональное описание мезенских мельниц дал в свое время М. И. Мильчик:
«Очень высокие, стройные, <…> встали посредине поля, словно древние воины с копьями в дозоре. <…> С реки казалось, что три ряда сливаются в один. Это был настоящий парад мельниц, которые, как представлялось с проплывающей лодки, медленно двигались в торжественном шествии»3. А вот отзыв исследователя народного искусства Русского Севера англичанина Роя Грегори: «Я видел много мельниц. Был во всех странах Западной Европы, кроме Португалии. В Венгрии, Польше, на Украине… Но ничего подобного, как на Русском Севере, я не видел. Мезенские и онежские мельницы совершенно уникальны! Я посмотрел мельницы в Кимже, Козьмогородском и нашел их очень впечатляющими!»4.

Традиционная обстановка северной  деревенской избы

В «Малых Корелах» имеются и «шатровки». Их появление на Русском Севере в начале XVIII века связывают с деятельностью Петра I, который пропагандировал идею использования этих механизмов в России после своего европейского путешествия, отчего за ними закрепилось другое название — «голландки». Применялись они не только для помола зерна, но и для пилки бревен. В музее экспонируются две шатровые мельницы — из деревень Бор Холмогорского района и Кожпоселок (бывшее владение Кожозерского монастыря) Онежского района. Есть здесь и водяная мельница, привезенная из села Ошевенск Каргопольского района; этот тип мельниц в старину был широко распространен по всему Русскому Северу.
Музейная экспозиция с внешней стороны напоминает древнее укрепленное поселение: за «крепостной стеной» – храмы, крыши домов, ветряки. Вход в музей, соответственно, – через ворота с проезжей частью и калиткой. Это не стилизация «под старину», а реконструктивный прием. Подобные капитальные изгороди, обрамлявшие заселенную территорию, раньше устраивались при всех северных деревнях.
И, наконец, храмы. Среди них — шатровая Георгиевская церковь (1672) из деревни Вершина Верхнетоемского района, по сей день считающаяся одним из выдающихся произведений русского деревянного зодчества. Она рублена «кругло» — восьмериком от земли. С северной и южной сторон к ней примыкает крытая консольная галерея, восстановленная уже в музее. Алтарный прируб и трапезная увенчаны «бочками», «бочка» завершает также двухсходное крыльцо с резными столбиками и перилами. Главка, барабан, шатер и бочки крыты городчатым осиновым лемехом. При реконструкции в церкви восстановили остов иконостаса в стиле барокко.
Интереснейший памятник северной деревянной архитектуры – кубоватая Вознесенская церковь (1669) из поморского села Кушереки Онежского района. Рублена она как четверик на четверике. Пять главок покрыты осиновым лемехом. Храм двухэтажный; в нем располагаются зимняя и летняя церкви. С севера и с юга к срубу примыкает крытая галерея. С запада располагалось «боярское» крыльцо, ведущее в трапезную. Рядом высится шатровая колокольня (1854) из того же села. Церковь с колокольней образуют замечательный по пропорциям и силе художественной выразительности архитектурный ансамбль.
Упомянем здесь еще колокольню конца XVI века из деревни Кулига-Дракованово Красноборского района – едва ли не самую древнюю среди ныне известных колоколен башенного типа. Ее основание — приземис­тый четверик, на который поставлен мощный восьмигранный сруб, завершающийся резными лопатками — «полицами». Затем следует ярус звона с колоколами. Венчает колокольню шатер строгих пропорций, на который, минуя барабан, насажена миниатюрная главка, крытая лемехом, – уникальный прием в деревянном шатровом зодчестве.

 

 

Для получения полной версии статьи обратитесь в редакцию