Поиск
  • 21.06.2017
  • Мастера
  • Автор Иван Иванович Магер

«Последний взгляд в натуру»

«Последний взгляд в натуру»

«Последний взгляд в натуру»


Окрестности Свято-Введенской Оптиной пустыни.  Бумага, тушь, перо. 1980-е годыМ. Н. Гребенков родился в Москве. Рисовать начал очень рано. Его работы были на международной выставке детского творчества (Лондон, 1934). Часть их опуб­ликована в книге «Искусство детей» (Л., 1935); одна из глав там так и называется — «Миша Гребенков». С 1933 по 1936 год Михаил учился в Ленинградской художес­т-­­венной школе‑интернате, затем (1939–1941) — в средней художественной школе при Художественном институте имени В. И. Сурикова. На войну пошел добровольцем. После тяжелого ранения (август 1942) последовала частичная ампутация ноги. В 1944 году Михаил Николаевич поступил в МГХИ имени В. И. Сурикова, где про­учился с перерывами до 1954 года. Работал художником‑оформителем в Метрострое, занимался батиком и выполнял небольшие заказы для газетно‑журнальной периодики.
В 1969 году М. Н. Гребенков познакомился с Петром Дмитриевичем Барановским (1892–1984) — выдающимся архитектором‑реставратором. Эта встреча определила его последующую жизнь, посвященную отныне изучению, реставрации и реконструкции памятников архитектуры. Более десяти лет под руководством П. Д. Барановского он участвовал в восстановлении архитектурного комплексаКрутицкого подворья. Параллельно в 1972–1974 годах в группе сподвижника Барановского О. И. Журина занимался обследованием зданий исторической застройки Москвы с целью предотвращения их сноса. В результате 450 домов в центре столицы были спасены. По заданию П. Д. Барановского М. Н. Гребенкову приходилось также выезжать на обмеры памятников архитектуры в самые разные уголки России. В 1985–1986 годах он, руководствуясь заветами Петра Дмитриевича и приобретенным в сотрудничестве с ним опытом, возглавлял строительство каменной трехпрестольной Введенской церкви на месте сгоревшей деревянной в селе Сухарево Валуйского рай­она Белгородской области.
К Михаилу Николаевичу начинают обращаться за содействием в восстановлении разрушенных храмов и монастырей. В 1989 году он консультировал проведение реставрации подмосковной церкви великомученика Димитрия Солунского, в 1990‑м помогал возрождать Свято-Введенскую Оптину пус­тынь, в 1992‑м — проектировать иконостас Казанского придела московского храма святителя Николая в Кленниках, в 1993‑м здесь же по его проекту был выполнен портал южного дверного проема; наконец, зимой 1995 года М. Н. Гребенков принял участие в проектировании фигуры Ангела Господня для часовни Иверской иконы Божией Матери.
Судьба художника, при всей его занятости на архитектурно‑реставрационном поприще никогда не забывавшего о своем призвании живописца и графика, сложилась неординарно. Так вышло, что диплома об окончании Суриковского института он не получил: во‑первых, тему диплома, им выбранную («Похороны И. В. Сталина»), не утвердили, во‑вторых, в годы учебы Михаил Гребенков заинтересовался художественной системой академика Петербургской Академии художеств П. П. Чистякова (1832–1919), каковой интерес в институте отнюдь не поощрялся. Однако именно творческие поиски в рамках чистяковской системы стали для Михаила Николаевича определяющими. Он заново обратился к истокам классической академической школы, последовательно овладевал приемами П. П. Чистякова и его учеников (Сурикова, Серова, Врубеля, Репина и других). В этом же духе строилась и преподавательская деятельность М. Н. Гребенкова, начавшаяся в 1975 году в мастерской на Чис-­тых прудах.
В воспоминаниях И. Е. Репина читаем: «После его (Чистякова. — Ред.) урока рисования с гипсовой головы на первый раз, для удобства и простоты, он объяснил нам систему своего рисования. Она заключалась в перспективе плоскостей головы. Встречаясь на черепе, эти плоскости, то есть границы этих плоскостей, образовали сеть на всей голове, что и составляло основу рисунка головы. Особенно интересной получалась перспектива встреч этих плоскостей. Дробясь и разбиваясь в разные детали головы, эти плоскости совершенно правильно определяли величину этих деталей до меньших плоскостей, и голова получала верный каркас, во всех возвышенностях и углублениях целой головы. Она получалась стройная и рельефная. При этом торжествовало правило, что рельеф зависит не от тушевки, во что так свято верят все начинающие, а от линий этих правильно построенных оснований. Перспектива всякой детали от верного основания необыкновенно математически держит весь ансамбль головы. И даже странно видеть, как голые линии неумолимо лезут вперед, если они поставлены на своем месте». Сам Чистяков четко и выразительно определял рисование как «науку ощущать реальный объем плоскостью». Аналогичную задачу в рисунке — широко смотреть на натуру, стараться почувствовать «переломы» ее форм и правильно зафиксировать их, начиная с главных и кончая второстепенными, — ставил перед учениками и М. Н. Гребенков. В живописи: уяснить, какие краски составляют свет, а какие тень, и найти эти краски. Необходимым условием и непреложным законом было требование: «Последний взгляд в натуру!», что и давало возможность предельно правдиво изобразить данную форму и цвет, не искажая их своими домыслами.
Фальши, «кукольности», приблизительности в живописи Михаил Николаевич не терпел, учил верному изображению Божиего творения и самоотверженной преданности Истине. Поэтому не случайно с самого начала оказался в числе преподавателей основанного в 1992 году Свято-Тихоновского богословского института. И сейчас его ученики, избравшие разные пути служения, каждый на своем месте стремится воплощать заветы Учителя не только в творчестве, но и в жизни.

Портрет матери.  Бумага, кисть, тушь. 1960-е годы

 

Кони в ночном.  Бумага, тушь, перо. 1990-е годы

Портрет П. Д. Барановского. Бумага, карандаш

Крутицкое подворье. Бумага, угольный карандаш

Ахтырка. Бумага, карандаш.  1960-е годы

Портрет сына Кости.  Бумага, карандаш. 1966 год

Женский портрет. Бумага, тушь, кисть

Женский портрет. Бумага, тушь, перо, кисть

Этюд с лодкой.  Оргалит, масло

Собачка. Этюд. Бумага, акварель

Часовня в Кижах. Бумага, карандаш

Архитектурный этюд. Бумага, маркеры

Автопортрет.  Картон, масло. 1960-е годы

Фронтовик. Бумага, карандаш. 1968 год

Крымский этюд. Холст, масло

Городской пейзаж. Картон, масло

Деревня в Костромской области. Картон, масло. 1976 год