Поиск

Синее Домино

Синее Домино

Иллюстрация: Н. С. Иванов. Рязань. Вид на Старобазарную площадь. 1840-е годы. Из фондов Рязанского художественного музея


Вид на Смольный монастырь и Институт благородных девиц. Из книги: Соловьев В. М. История Отечества (М., 2000)

О выступавшей под этим псевдонимом известной в прошлом исторической беллетристке и журналистке Александре Ивановне Соколовой (18331–1914).

А. И. Соколова появилась на свет в семье рязанских дворян, принадлежавшей к известному роду Денисьевых. Восприемниками новорожденной записаны полковник Ингерманландского гусарского полка Григорий Васильевич Владиславлев, Александра Дмитриевна Денисьева (тетя по отцу), гусарский майор Александр Дмитриевич Денисьев (старший брат отца) и его сестра Варвара Дмитриевна2.
О жизни Денисьевых в Рязани сведений чрезвычайно мало. Александра, единственный ребенок в семье, получив хорошее домашнее образование, 2 сентября 1842 года была зачислена в Смольный институт. Финансовое положение ее родителей к тому времени сильно пошатнулось, но дворянское происхождение позволяло девочке учиться в столичном привилегированном учебном заведении в качестве пансионерки императора Николая I. К тому же в Смольном институте работала классной дамой, а затем инспектрисой родная тетя Александры по отцу — Анна Дмитриевна Денисьева, которая представила свою рязанскую племянницу императрице Александре Федоровне. Позже А. И. Соколова вспоминала: «Императрица милостиво потрепала меня по щеке и сказала, что передаст государю, какую «petite merveille» (маленькое чудо) привезли ему в пансионерки»3.

Очень скоро Александра заняла первенствующее место среди воспитанниц по успеваемости и получила прозвище «Восьмое Чудо». О годах учебы она оставила интересные, наполненные живыми подробностями воспоминания. Атмосфера в Смольном в те годы была далеко не идеальной. В стенах института царили «бестолковые окрики, вздорные придирки и, что хуже всего, обидные прозвища и клички, которыми классные дамы награждали воспитанниц и на которые дети отвечали, в свою очередь, такими же прозвищами и кличками». <…> «Положение учителей было до крайности приниженным. Они должны были приносить по праздникам «почтительные поздравления» не только начальству, но и воспитанницам»4.
Нередко институт навещали члены императорской фамилии. «Все эти визиты, <…> занимая нас и наполняя наши детские сердца восторгом, слегка кружили нам головы, и уже со второго класса развивали в нас тщеславие и чувство едкой и горькой завис­ти к тем из подруг, которых, заведомо всем, ожидал тотчас после выпуска фрейлинский шлейф»5.