Поиск

Сто рисунков к «Мертвым душам»

Сто рисунков к «Мертвым душам»

Сто рисунков к "Мертвым душам"


В 2001 году в серии «Библиотека газеты «Труд» вышло новое издание поэмы Н.В.Гоголя «Мертвые души», иллюстрированное гравюрами Александра Агина и Евстафия Бернардского. Эти иллюстрации были выполнены еще при жизни писателя и считаются классическими.
В начале 1846 года Бернардский через посредство П.А.Плетнева предложил Гоголю, жившему тогда в Италии, выпустить второе издание «Мертвых душ» со своими гравюрами, сделанными по рисункам Агина. Гоголь отказал, мотивируя это тем, что он «враг всяких политипажей и модных выдумок. Товар должен продаваться лицом и нечего его подслащивать этим кондитерством». Художники решили печатать гравюры отдельно — тетрадками, по четыре листа в каждой. До начала 1847 года вышло в свет 18 таких тетрадок (72 гравюры), после чего издание неожиданно прекратилось.
Появления первых иллюстраций к ставшей уже знаменитой поэме ждали с нетерпением. Журнал «Отечественные Записки» опубликовал соответствующее объявление. 31 октября 1846 года С.П.Шевырев сообщал Гоголю в Рим: «Бернардский издает 100 рисунков к «Мертвым душам». Ты, конечно, об этом слышал. Должны выйти на днях». В первой книжке «Современника» за 1847 год молодой И.С.Тургенев писал, что начинание Агина и Бернардского достойно похвалы «если не за исполнение, то, по крайней мере, за намерение и добросовестный труд… Со стороны внешнего исполнения рисунки… чрезвычайно удовлетворительны, рисованы и резаны на дереве очень хорошо. Однако они ему (Агину. — В.В.) не вполне дались… иные даже приближаются к истине, но только приближаются, только намекают на настоящее понимание». По мнению Тургенева, художник совершенно незнаком с тем «человеческим материалом», который ему пришлось изображать: «Мы не знаем, покидал ли г. Агин когда-нибудь Петербург, но все его лица — чисто петербургские и вовсе не провинциальные».
Это суждение Тургенева подтверждается приводимым в послесловии высказыванием художника Льва Жемчужникова, современника и близкого знакомого Агина: «Он никогда не бывал в провинции, и изображаемые им типы представляют собой результат его воображения и серьезного отношения к своей задаче».
В рецензии на «Сто рисунков к сочинению «Мертвые души» (СПб., 1846) В.Н.Майков утверждал, что график «понял картинность описаний Гоголя, бездну красок, потраченных на эти описания, и все достоинства его поэмы». Особенно удачным найдено изображение Плюшкина: «Художник с особенной любовью взялся за это лицо, он глубоко понял, что такое скупость и как сушит, как деревянит она лицо человека». Что же касается Чичикова, то на ряде гравюр последний представляет собой «фигуру отвратительную, неуклюжую, толстую и решительно карикатурную». Майков солидарен с Тургеневым, видевшим основной недостаток иллюстраций именно в несовершенстве изображений главного героя поэмы: «Это толстое, коротконогое созданьице, вечно одетое в черный фрак, с крошечными глазками, пухлым лицом и курносым носом, — Чичиков» Да помилуйте, Гоголь же сам нам говорит, что Чичиков был ни тонок, ни толст, ни безобразен, ни красив. Чичиков весьма благовиден и благонамерен, в нем решительно нет ничего резкого и даже особенного, а между тем он весь с ног до головы — Чичиков. Уловить такой замечательно оригинальный тип, при отсутствии всякой внешней оригинальности, может только весьма большой талант».
Менее строгим критиком оказался Ф.М.Достоевский. В одной из своих «Петербургских летописей» 1847 года, перечисляя книжные новинки, он извещал читателей: «Карандаш и резец художников тоже не оставались праздными, прекрасное предприятие господ Бернардского и Агина — иллюстрация «Мертвых душ» — приближается к концу, и нельзя достаточно нахвалиться добросовестностию обоих художников. Некоторые из политипажей окончены превосходно, так что лучшего трудно желать».
В полном составе альбом гравюр Агина и Бернардского появился спустя почти сорок лет. В 1892 году петербургский издатель Д.Федоров приобрел все доски Бернардского, резанные с агинских рисунков, — 72 доски, оттиски с которых были выпущены в 1846 году, и 28 досок, гравюры с которых ни разу не издавались. Вскоре вышли в свет «Сто рисунков к поэме Н.В.Гоголя «Мертвые души». Н.С.Лесков, сравнивая рисунки А.Агина с иллюстрациями к «Мертвым душам» Петра Боклевского, явно «впадающими в шарж и даже карикатурность», указывал, что Агин «рисовал очень правильно и старался дать типы гоголевских лиц, которые ему были знакомы как современнику» («Нива». 1892. » 8).
Третье издание альбома появилось в том же 1892 году — на сей раз под названием «Сто четыре рисунка к поэме Н.В.Гоголя «Мертвые души», так как у известного библиографа и библиофила Петра Ефремова нашлись еще три выполненные Агиным иллюстрации к «Повести о капитане Копейкине» и афиша о выходе в свет издания 1846 года.
Гравюры Агина и Бернардского неоднократно переиздавались и потом. В книге XX века в одном из таких начинаний, прерванных первой мировой войной, участвовал И.Е.Репин. В советское время наиболее значимым оказалось факсимильное воспроизведение альбома, осуществленное издательством «Книга» в 1985 году.
Литературное произведение — явление словесное, и не все в нем графически изобразимо. Так, Юрий Тынянов отмечал: «Самый конкретный — до иллюзий — писатель, Гоголь, менее всего поддается переводу на живопись… Половина русских читателей знает не Гоголя, а Боклевского или в лучшем случае Агина». Тем не менее «Сто рисунков…» — памятник русского искусства. Ибо «все, что касается такого произведения, как «Мертвые души» Гоголя, без сомнения, достойно полного внимания каждого образованного русского человека» (Н.С.Лесков).