Поиск
  • 21.06.2017
  • Былое
  • Автор Татьяна Владимировна Руденко

«Музеум непостоянной моды»

«Музеум  непостоянной моды»

«Музеум непостоянной моды»


Ф. С. Журавлев. Жена-модница. Холст, масло. 1872 годЗаботы о туалете — неотъемлемая часть нашего быта, они занимают в той или иной мере каждого человека. Занимали они и наших предков. Представительницы всех сословий стремились обладать по возможности богатым и неповторимым гардеробом. Например, в Воронежской губернии до революции иная молодая крестьянская женщина могла иметь до 12 праздничных нарядов1. Что уж говорить о горожанке, особенно если она обладала состоянием и положением в обществе. Надо заметить, и мужья интересовались тем, как выглядели их супруги. Художник Лев Бакст, создававший среди прочего эскизы для дамских туалетов, писал своей будущей жене, дочери П. М. Третьякова Любови Павловне Гриценко: «Одевайтесь, как цветок — у Вас столько вкуса! Да это ведь одна из радостей этой земли! Клянусь Вам. Носите у корсажа цветы, душитесь, завертывайтесь в кружева — все это безумно красиво — все это жизнь и ее прекрасная сторона»2.

На протяжении XIX века количество модных магазинов в российских городах неуклонно росло. «Указатель жилищ и зданий в Санкт­петербурге» на 1823 год приводит адреса 40 таких магазинов, к которым следует добавить 23 магазина разных вещей, 6 шалевых, а также магазины перьев и искусственных цветов3. Аналогичный московский справочник 1826 года содержит адреса 26 модных лавок, 7 магазинов разных вещей, 8 шалевых, 6 шляпных, 7 перчаточных заведений4. Десятилетие спус­тя в Моск­ве насчитывалось уже 58 модных магазинов, а в Петербурге только на Невском проспекте и близ него — более 2005. Правда, столичный бытописатель И. И. Пушкарев, говоря о дамской моде, указал только 137 модных заведений, добавив, однако, что «в иных домах найдется по три и четыре белошвейки и женских портных»6. Московский справочник 1868 года содержит адреса 74 модных магазинов, 67 белошвейных заведений и магазинов готового платья, 191 женской портнихи, а также нескольких десятков мануфактурных и галантерейных магазинов7. Под магазином разных вещей надо понимать универсальный магазин, например — Английский магазин Никольса и Плинке в Петербурге, основанный в 1789 году и располагавшийся на углу Нев­ского проспекта и Большой Морской улицы. Здесь продавали бриллианты, золото, сереб­ро, бронзу, стальные изделия, разнообразные ткани, кружева, кисеи, шинели, плащи, шляпы, готовое платье, принадлежности дамского и мужского туалета, дамские уборы, косметику, хрусталь, кожаные чемоданы, ковры, охотничьи ружья, вина «и даже салат в банках!»8
Обозреватель газеты «Северная пчела» отметил сходство и различие двух столиц: «Кузнецкий мост в полном блеске: пропасть магазинов всякого рода, модных лавок; тут можно в один день истратить бездну денег. Великолепных магазинов, какие нередки у нас в Петербурге, там нет; помещение тесно, комнаты темны и низки, но товары группированы изящно и продаются так же дорого, как в Петербурге. В последнем Кузнецкий мост не отстает от Невского проспекта»9. Однако, по наблюдению иностранцев, петербургские магазины уступали европейским. Вот, к примеру, замечание англичанина, посетившего Россию в 1829 году: «Петербургские магазины не столь приметны, как лондонские, не столь богат в них и выбор товаров»10.
Тем не менее столичная торговля предлагала богатейший выбор изделий, в том числе по качеству и по цене. Обилие товаров и вывесок, оживленность и разнообразие картин на главной улице столицы находили отражение в литературе. Сохранилась поэтическая зарисовка Невского проспекта середины столетия и одновременно путеводитель по всем его достопримечательностям:
Как струнка улица прямая,
Верст семь с начала и в конец;
А ширина‑то уж какая:
Для всех проспектов — образец!
И здесь, я вам скажу не ложно,
Нельзя нужды ни в чем терпеть;
И не сходя с проспекта, можно,
Чего захочешь — все иметь.
Все что угодно — под руками:
Зубным нет счету докторам,
Ступите шаг и, перед вами,
Уж магазин для модных дам. <…>
Все здесь с изяществом, все с тоном,
Во всем здесь виден светский быт.
А вот модистка и с картоном,
С наколкой новою спешит.
Столичный франт в усах, с очками
За шляпкой гонится порой,
А вот почти что перед нами
Гусар несется молодой.
Для многих Невский — разоренье!
Последний грош идет ребром,
Иной убьет свое именье
За честь считаться Невским львом.
Лихач его развозит всюду, —
Одет по моде, раздушен;
Везде сорит он денег груду,
И все ж, по‑моему, — смешон!
Видал я многие примеры,
Как часто этакой герой
Кутит год, два, не зная меры,
А там идет почти с сумой. <…>
На завтра те ж опять картины,
Зачем мне снова повторять;
Так поглавнее магазины
Хочу на Невском описать:
Что дом, то вывесок без счету
Размещено по всем местам.
Купить имейте лишь охоту.
Вот шляпы, чепчики для дам.
И этим Вихман11 щеголяет,
Трепхàн12 и Крюгер13, Кеньереш,
По моде Тринклер14 одевает.
А вот токарь известный Эш.
На все французы очень тонки,
Во всем у них изящный вкус;
У Пельц15 же чудо амазонки,
У Ад — прелестнейший бурнус.
Брюно известен башмаками
По всей столице с давних пор,
Но, верно, знаете вы сами,
Что это правда, а не вздор.
Так и хвалить мне стать какая,
Скажу об нем лишь я одно:
Что, дамской обувью снабжая,
Всем услужить готов равно16.

 

 

 

Для получения полной версии статьи обратитесь в редакцию