Поиск

Правдивое зеркало театра

Правдивое зеркало театра

Правдивое зеркало театра


Вл. И7 Немирович-Данченко в музе МХАТа. 1936 годК.С.Станиславский
и Вл.И.Немирович-Данченко много лет всерьез думали о том, как сохранить
для будущего память о созданном ими театре, закрепить реалии самого
хрупкого из искусств, живущего лишь в сиюминутном течении спектакля и
отлетающего навсегда, как только угасают огни рампы. Оба они пришли к
мысли о создании музея, и в этом были едины и солидарны. Станиславский
десятилетиями собирал исторические костюмы, театральные реликвии, редкие
книги. В 1902 году в его записях впервые появляется такая: «Музей
драгоценных вещей» (в списке помещений нового здания в Камергерском).
Инициативы Немировича-Данченко сыграли решающую роль в практической
организации музея. Оба основателя театра и их единомышленники — артисты
Георгий Бурджалов, Василий Лужский передали музею свои личные архивы
такой ценности и в таком изобилии, что без них музей вряд ли мог бы
мечтать об отражении действительного лица Художественного театра. Так
было положено начало личным вкладам в фонды музея, которые потом
пополнились архивами Ивана Москвина, Ольги Книппер-Чеховой, Василия
Качалова, Николая Хмелева, Аллы Тарасовой, Павла Маркова, Иннокентия
Смоктуновского.
Сегодня музей МХАТ — один из крупнейших в России
театральных музеев, где собрана и зафиксирована — год за годом —
удивительная история Московского Художественного театра — от времен его
блистательной молодости до сегодняшнего дня.
Одна из уникальных
особенностей этого музейного собрания в том, что здесь впервые подробно
представлен процесс создания спектакля — от первоначального
режиссерского замысла до сценического воплощения.
Для осмысления
художественного метода МХАТ неоценимо собрание режиссерских экземпляров
Станиславского — подробных режиссерских партитур, не имеющее аналогов в
мире. Сотни страниц «перевода» литературного текста на сценический язык
дают ключ к пониманию художественного новаторства в первом театральном
воплощении Чехова и Горького, современной (тогда) европейской
драматургии, новых неведомых прежде принципов режиссуры и актерского
исполнения.
Некий впечатлительный острослов когда-то обмолвился,
будто музей об искусстве представляет собой кладбище искусства, и нигде
так остро это не бросается в глаза, как в театральном музее. Возможно,
доля правды тут есть — кто хотя бы раз не испытал музейной скуки?
Да,
нельзя «остановить мгновенье» театра. Он живет только в настоящем.
Невозможно зафиксировать душевное волненье, живое чувство, смех и слезы.
Порою безжизненными кажутся фотографии когда-то блестящих и полных огня
прославленных кумиров сцены, статичными — мизансцены, потускневшими —
роскошные костюмы. Да, потери невосполнимы. Но! Особенность музея в том,
что в нем воссоздается новая — музейная — реальность в иных, чем в
спектакле, движениях, ритмах, красках, звуках, изображении. Новая
реальность возникает и в сопряжении материальных свидетельств театра с
техническими достижениями времени: в музейном пространстве звучит и
голос актера, и целый спектакль, в котором и паузы, и «накладки», и
«фон», и дыханье зрительного зала; театральная видеозапись воссоздает
атмосферу спектакля, его движение и краски; введение в экспозицию
голографии придает театральной реликвии объем, мерцающий воздух вокруг
нее обостряет подлинность вещи и предмета.
Когда исторические
документы, хранящиеся в фондах, собраны вместе, дополняют и разъясняют
друг друга и еще окрашены настроением очень личного письма, семейной
реликвией, тогда порой выстраиваются острые, увлекательные театральные
сюжеты. Самое пронзительное в них — человек театра, мир актера,
особенный склад его личности, факты биографии, скрытые душевные драмы,
несыгранные роли, словом, художник сцены во всей неповторимости судьбы и
характера. Какое уж тут «кладбище искусства»!
Гордостью собрания
музея является коллекция театрально-декорационного искусства, которая
позволяет проследить, какой триумфальный путь прошла отечественная
сценография, как менялись в ней театральные эпохи, шли поиски новых
выразительных средств, рождались новаторские идеи. От историко-бытового
сценического реализма В.Симова — к изысканной красочности мирискусников
А.Бенуа и М.Добужинского — к мощной живописности Н.Рериха и Б.Кустодиева
— к театральным экспериментам авангардистов И.Рабиновича и В.Татлина.
В.Егоров, А.Головин, Н.Ульянов, К.Юон, В.Дмитриев, П.Вильямс,
П.Кончаловский, Н.Акимов. Работы этих первоклассных художников
показывались на крупнейших выставках в России и за рубежом. Остались в
музее произведения работавших в Москве всемирно известных сценографов
англичанина Гордона Крэга и чеха Йожефа Свободы.
Музей хранит
реликвии, связанные с именами Л.Толстого, А.Чехова, С.Рахманинова,
Ф.Шаляпина, М.Ермоловой, Вс.Мейерхольда, Е.Вахтангова, Мих.Чехова.
Частная переписка, дневники, записные книжки, семейные бумаги.
Архитектурные листы Ф.Шехтеля, нотные тексты С.Рахманинова и И.Саца,
стихотворные автографы А.Блока и Б.Пастернака. Творческие записи
М.Булгакова.
Театр наших дней со временем тоже станет историей. И
сегодня сотрудники музея сами создают документальные свидетельства жизни
современного МХАТ: ведут записи репетиций новых спектаклей. Так,
зафиксирован интереснейший репетиционный процесс всего чеховского цикла —
от «Иванова» (1976) до «Трех сестер» (1997); создается уникальный фонд
аудио- и видеозаписей голосов сегодняшних актеров МХАТ, юбилейных
вечеров, театральных воспоминаний.
В юбилейные дни музея уместно
вспомнить о тех, кто собирал, хранил, изучал, пропагандировал историю
МХАТ. Так счастливо сложилось, что в музей сразу пришли люди высокой
культуры. Первым его директором стал Николай Телешов — писатель круга
М.Горького, И.Бунина, Л.Андреева. Много лет возглавлял музей Федор
Михальский, живая легенда МХАТ, с коего писал Булгаков в театральном
романе одного из самых притягательных персонажей — Филиппа Филипповича,
Филю. Верно служил музею его благородный рыцарь Сергей Мелик-Захаров,
хранитель фонда Станиславского. Женщины в музее выполняли основную
работу — непоказную, рутинную, требующую терпения и глубоких знаний. За
нищенскую зарплату, не ожидая почестей и наград, они сохраняли музей в
годы войны, дали ему новую жизнь в 1947 году, когда музей переехал в
собственное помещение в доме ? 3-а и открыл новую капитальную
экспозицию. Их имена — Елизавета Асланова, Варвара Левашова, Татьяна
Модестова, Маргарита Маркарова и другие.
С годами музей вырос,
пополнился новыми собраниями и коллекциями (сегодня фонды музея
насчитывают около трехсот тысяч единиц хранения). Прежние рамки стали
ему тесны. И у музея закономерно появились два филиала — мемориальный
Дом-музей К.С.Станиславского и мемориальная Музей-квартира
Вл.И.Немировича-Данченко. Дом-музей в Леонтьевском переулке был открыт в
1948 году и нынче отмечает свое 50-летие. Мемориальные комнаты
Станиславского и его жены — актрисы МХАТ М.П.Лилиной хранят память о
проведенных здесь годах. В Доме открыта выставка «Жизнь и творчество
К.С.Станиславского», в Онегинском зале отмечаются юбилеи выдающихся
мхатовцев, выступают известные певцы и музыканты, играют дипломные
спектакли студенты Школы-студии МХАТ и других театральных вузов Москвы.
В
Музее-квартире Вл.И.Немировича-Данченко, что в Глинищевском переулке,
мемориальные комнаты сохранили в неприкосновенности тот облик, который
они имели при жизни хозяина. О его творческом пути режиссера,
драматурга, общественного деятеля, о спектаклях, поставленных им на
драматической и музыкальной сценах, рассказывает выставка,
разместившаяся здесь.
Время не стоит на месте. Меняется театральная
эпоха, обновляется сценическая эстетика. Время вносит поправки и в наши
традиционные представления о том, как сегодня следует представить
сценическую историю в театральном музее. Изменившиеся законы визуального
восприятия привычных предметов и вещей заставляют нас искать новые
подходы к проблеме: как показать «остановившееся мгновенье» театра
музейными средствами? Именно теперь возникла необходимость создания
принципиально новой постоянной экспозиции музея:
максимально-театральной, включающей в себя декорационные фрагменты по
мотивам сценографии МХАТ, активное введение цвета и света, звука и
визуальной динамики. Уже готов и ждет своего осуществления
тематико-экспозиционный и художественный проект новой экспозиции (автор
проекта — директор музея МХАТ В.С.Давыдов, художники В.В.Вильчес-Ногерол
и О.Кирюхина).
Радовались и гордились основатели театра, когда музей
— их детище — встал на ноги и зажил собственной, отличной от театра
жизнью. Станиславский с гордостью отмечал, что музей выполняет «важное
для нашего искусства дело: наши достижения и ошибки, которые не находили
раньше закрепления, нашли его в музее, где можно следить шаг за шагом
за тем, как мы росли, строили театр, терпели неудачи и добивались
хороших результатов». А Немирович-Данченко назвал музей «правдивым
зеркалом театра» и заметил, что «музей сохраняет и делает рельефным не
только то, что служит к славе театра; в своем благородном историческом
объективизме он занимается и нашими слабостями, и ошибками, и нашими
преступлениями. Все, что мы сейчас делаем, он подберет в красках,
письмах и фотографиях и покажет будущему. Не вспоминать ли нам почаще об
этом правдивом летописце? Да, вспоминать в самой гуще нашей работы!
Ведь не уйти нам от суда музея…»