Поиск

Сын русского воинства

Сын русского воинства

Сын русского воинства


От редакции
Как говорится в неоднократно уже опубликованной «Автобиографии», Виктор Александрович Титов (1922-2003) «родился в селе Мышкино (ныне Можайского района Московской области). С 1938 по 1941 год учился в Московском областном художественном училище Памяти 1905 года у художников П. И. Петровичева и Н. П. Крымова. В 1952 году окончил Московский институт прикладного и декоративного искусства. Учился у А. А. Дейнеки, П. П. Соколова-Скаля, В. И. Козлинского. В годы Великой Отечественной войны воевал на Центральном, 1-м, 2-м, 3-м Белорусских фронтах, был командиром пулеметного взвода. Старший лейтенант. Дважды ранен. Освобождал Белоруссию, Польшу. Участвовал в боях на территории Австрии и Германии. Оставил победную роспись на поверженном Рейхстаге. Награжден орденами Александра Невского, Отечественной войны 1-й степени, медалями «За взятие Кенигсберга», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов», «Сорок лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» и другими. С 1969 года участвовал в выставках. В 1969-м принят в Союз художников СССР. Награжден грамотой МОСХ РСФСР, дипломами Комбинатов декоративно-оформительского искусства и монументально-декоративного искусства МГО ХФ РСФСР. Основные произведения: картины «1905 год», «Красная площадь», «Крестный ход в Москве в 1941 году», мозаики в Доме культуры имени М. И. Калинина (Пермь), в МВТУ имени Н. Э. Баумана, роспись трапезной Богоявленского кафедрального (Елоховского) собора. Работы находятся в музях, а также в частных коллекциях в России и за рубежом».
Публикуемые ниже (с минимальной редакторской правкой) фрагменты «Записок» В. А. Титова проиллюстрированы хранящимися в семейном архиве фотографиями и сделанными художником на фронте зарисовками людей и событий.

Фотография на память. Виктор Титов (слева) с другом Леонидом Рудовским и Ниной Новожиловой. Рязань, 1941 год

Первая тревога

Перед войной все мы жили в ожидании чего-то страшного, надвигающегося, чего невозможно было избежать. Вокруг меня говорили: «Мы будем воевать на чужой территории! Своей земли ни пяди не отдадим!». Звучали песни: «Броня крепка и танки наши быстры!», «Если завтра война, если завтра в поход, мы сегодня к походу готовы!». Находились и такие, которые говорили о сильной, технически оснащенной современной армии Германии, о том, что немцы «шутя» победили Францию.
22 июня 1941 года. Москва. Был прекрасный летний день, светило солнце. В 11:00 все решилось объявлением по радио о начале войны.
Мне и моим товарищам было тогда по 19-20 лет. <…> И вот я побежал к другу, у которого собирались однокашники. <…> Пробегая мимо закрытого храма Сергия Радонежского, мы заметили, что на Андрониковской площади стоит толпа. Я приостановился и спросил: «А что здесь собрались?». Мне ответили, что служат молебен о победе русского воинства. И это через 30 минут после объявления войны! Перед забитой дверью храма стоял священник и творил молитву, на двери храма висела икона.
Через неделю на Таганской в райкоме начали формировать ополчение.

В. А. Титов. Молебен о победе  Русского воинства  у храма преподобного Сергия Радонежского в Москве в 1941 году. Холст, масло. 1995 год

21 июля 1941 года. Я проснулся от шума у соседей, поднялась какая-то тревога. Время было 4-5 часов утра. Я посмотрел в окно и увидел огоньки от разрывов зенитных снарядов. Я был уверен, что это тренировка ПВО.
22 июля 1941 года. Двенадцать или час ночи. Я увидел первый реальный налет немецкой авиации на Москву. Во дворе дома было много народу, и все в волнении. В воротах стоял военный, и я заметил недалеко от него автомашину с боеприпасами. Военный говорил, что если в машину попадет бомба, то все разнесет сильный взрыв. Мне было интересно посмот­реть на Москву с крыши высокого дома, и я побежал на угол Большой Рогожской и Факельного переулка. С крыши четырехэтажного дома была видна вся панорама. В перекрестных лучах прожекторов были заметны отдельно летящие самолеты немцев, где-то виднелись разрывы и столбы дыма.

Крестный ход в Москве в 1941 году. Холст, масло. 1997–1999 годы
После отбоя, часов в 5-6, я поехал посмотреть. Зацепский рынок был разбит (крыша рынка была стеклянной), и только еще дымила какая-то постройка с правого края рынка. Я поехал по Садовому кольцу к Киевскому вокзалу. Передо мною возвышался шестиэтажный дом, один край которого срезало взрывом снаряда. На развороченных остатках стен висели вещи, находившиеся в комнатах: коляски, велосипеды, картинки и обрывки обоев.
Впечатление было жуткое.

 

 

 

 

АвтопортретВыход в разведку

 

Для получения полной версии статьи обратитесь в редакцию